Германия, 9 мая 1945 года. Военный госпиталь в Бад-Липшпринге. Солдат из села Брейтова Павел Ивин пережил кровопролитные сражения, плен, концлагеря, голод, издевательства фашистов. Ничто его не сломило. Все это ерунда в сравнении с радостью победы. В концлагере один день казался вечностью. Перенести его не было сил, но он терпел. Из последних сил, но держался. Это продолжалось несколько лет.
ОТДЕЛЬНО ОТ ОСТАЛЬНЫХ ЗАКЛЮЧЕННЫХ В концлагере голландского Амерсфорта в декабре 1941 года советских военнопленных разместили отдельно от остальных заключенных. Это было сделано для того, чтобы создать нашим парням особенно невыносимые условия. Многие солдаты были не в силах выдержать издевательства. В январе умерло 6 наших ребят, в феврале — 12… 8 апреля комендант концлагеря Генрих приказал рыть огромную яму недалеко от колючей проволоки. 9 апреля 77 русских солдат разделили на группы по четыре человека в каждой. Первую четверку подвели к краю ямы и расстреляли. Команды подгоняли одну за другой. Работал конвейер смерти. Когда в яму упал 77-й боец, немцы педантично высыпали на теплые тела непогашенную известь. И НИКТО НЕ УЗНАЕТ, ГДЕ МОГИЛА МОЯ Делопроизводитель концлагеря Эрнст Алсхер произвел в журнале запись, что наших 77 солдат отправили на каторжные работы в другое место. Павел Ивин прекрасно понимал, что для своих брейтовских родственников он пропал без вести, но, конечно, надеялся, что когда-нибудь они все-таки узнают о нем всю правду. Уйти в никуда для близких, друзей, да и всей страны очень не хотелось, а главное, надо было еще сделать хоть что-нибудь для победы, которую в тот момент заключенные тоже приближали как могли, хотя бы и своими молитвами. Поэтому оставалось одно — жить, пусть это невыносимо, но надо жить… КАК ДЕЛАЛИ КИНОДОКУМЕНТЫ Первые русские военно-пленные появились в Амерсфорте 27 сентября 1941 года. Наших парней целенаправленно морили голодом, потому что предполагалось их участие в съемках пропагандистской кинохроники. Многие, не выдержав издевательств, умерли от истощения. 11 октября в концлагере появилась съемочная группа. Исхудавших, голодных военнопленных заставили встать толпой на специальную площадку, перед которой были установлены на штативах кинокамеры. Устроители шоу-инсценировки были уверены, что все произойдет по их сценарию. Весь мир должен был увидеть нечеловеческое лицо советских солдат, как они начнут зверски избивать друг друга. Куски хлеба, которые будут бросаться в толпу военнопленных, зрители «документальной» ленты не увидят. Они в кадр не попадут, неудачные сцены вообще вырежутся, и все будет выглядеть, как надо фашистским пропагандистам. Камеры застрекотали, в толпу полетели буханки. Операторы в предвкушении отличных кадров прильнули к окулярам, но солдаты почему-то не превратились в зверей и друг на друга не бросались. Какую выдержку и хладно-кровие должны были иметь замученные русские военно-пленные, чтобы спокойно поднять с земли хлеб и поровну разделить его на всех? Не может быть такой силы воли у человека. Фашистские пропагандисты в этом были уверены. Однако они ошиблись. Русские солдаты испортили им сотни метров кинопленки. Теперь уже они издевались над фашистами, а не наоборот, как это было до сих пор. За это на участников неудавшейся киносъемки враги затаили особую злобу. Вскоре их расстреляли и сделали все, чтобы и место их захоронения никто никогда не нашел. НА РУССКОМ КЛАДБИЩЕ В 1944-м и особенно в 1945 году мученики концлагерей с особым нетерпением готовились встретить стремительно наступавшую Красную Армию. Павел Ивин ждал наших, но его, совсем уже обессиленного, освободили американцы. Солдата пытались спасти в госпитале, но — увы… После Победы Павел прожил всего неделю. Он, истощенный и больной туберкулезом, умер 16 мая. В настоящее время Павел Ивин похоронен на русском кладбище в голландском Амерсфорте. До последнего момента его ближайшие родственники об этом не знали. Вообще не было известно, кто он, этот Павел, и откуда. На могильной плите было написано: «Советский воин Павел Ивин». И все, больше никакой информации. Почти неизвестный солдат. Рядом с Павлом лежало еще 865 бойцов, у большинства из них не было даже имени. У Ивина были призрачные шансы «вернуться» к своим брейтовским родственникам, но, увы, в Голландии его искать было не в их силах. И даже попади кто-то из них на русское кладбище в Амерсфорте и прочитай на надгробной плите родные имя и фамилию, разве можно быть уверенным, что здесь покоится именно их Павел? ДРУГОЙ ПАВЕЛ После войны в Брейтове родился другой Павел Ивин, его назвали в честь того, который бесследно пропал в Великую Отечественную. Отец маленького Павла Николай всю жизнь пытался хоть что-нибудь узнать о судьбе брата, но все было бесполезно. Существовала лишь запись в местном краеведческом музее, что Павел Васильевич Ивин в 1910 году родился в деревне Суминское, в годы Великой Отечественной войны, участвуя в боях, пропал без вести. Уже после смерти отца Павел Николаевич Ивин тоже предпринял попытку вернуть имя своему дяде-тезке. Никакой зацепки тогда заполучить не удалось. Буквально три года назад молодой голландский журналист из Амерсфорта Ремко Рейдинг решил вернуть имена советским солдатам, похороненным на местном русском кладбище. Он работал с немецкими, американскими, голландскими и российскими архивами. ВОЗВРАЩЕНИЕ ЯРОСЛАВЦЕВ Позднее к поиску Ремко подключилась его жена Ирина. И у них получилось! Почему до них никто не пытался проделать то же самое? Это непонятно. Скорее всего, никто не верил в успех поиска. Ремко и Ирина нашли информацию по трем ярославцам, похороненным в Амерсфорте. Родственников Ивана Шулемина нашли в Пречистом работники Ярославского областного военкомата. Об этой истории наша газета писала 18 февраля в материале «Мы все ему в ножки должны поклониться». А вот следы других двух ярославцев, Сергея Панова и Павла Ивина, терялись. Все, кто участвовал в поиске, стали склоняться к тому, что эти солдаты родились в других областях. Однако по просьбе Ирины и Ремко «Золотое кольцо» опубликовало собранную голландцами информацию об этих солдатах. ЧИТАТЕЛЬ ВЗЯЛСЯ ЗА ДЕЛО Читатель «Золотого кольца» — вдумчивый и ответственный. В день выхода материала с редакцией связывается ярославна Любовь Ермакова. Она родилась в деревне Оберучево Первомайского района и, не зная достоверно, делает предположение, что разыскиваемый нами Сергей Панов родился в их деревне, возможно, умершая несколько лет назад Екатерина Михайловна — его родная сестра. Гипотеза Ермаковой оказалась правильной. Вскоре мы находим родственников Панова в Первомайском районе и Ивановской области. Об этом наша газета писала 19 марта под заголовком «Солдат вернулся через 60 лет». Однако поиск по Павлу Ивину заходил в тупик. И вдруг удача! Вновь на помощь пришел наш читатель. Павел Николаевич Ивин присылает письмо в редакцию, и все встает на свои места. Он встречает нас в Брейтове в условленном месте и вместо приветствия несколько раз произносит: «Спасибо!» Долго молча рассматривает фото надгробного памятника своему дяде, и вновь звучит: «Спасибо». На снимке: здесь, в голландской земле, покоится русский солдат из Брейтова Павел Ивин.
