Он выступал перед английской королевой в Букингемском дворце, папой римским в Ватикане, Биллом Клинтоном, Борисом Ельциным, Владимиром Путиным в Кремле, генералами НАТО, арабским шейхом. В филармонии дал концерт один из самых востребованных и перспективных молодых музыкантов мира Денис Мацуев.

Он впервые принял участие в волжском турне Русского национального оркестра под управлением народного артиста России Михаила Плетнева. В Ярославль оркестр прибыл почти в полном составе — 90 человек — на теплоходе «Адмирал Глушков». В зале был полный аншлаг- билеты раскупили за месяц. Правда, получить какую-либо информацию о турне было архисложно. Ни менеджеру концерта, гламурному молодому человеку по имени Сергей, ни директору филармонии Фрадкину, облачившемуся по сему торжественному поводу в шикарный костюм с розовым галстуком, было не до журналистов. Сведения пришлось выуживать у музыкантов, которые вели себя как-то напряженно. Вскоре выяснилась и причина. В ходе турне оркестр сначала лишился руководителя — Михаил Плетнев из Нижнего Новгорода срочно вылетел в Москву, а потом дирижера — у Андрея Рубцова в Саратове случился приступ аппендицита, и его пришлось заменить. А Мацуев в середине турне улетел с сольным концертом в Париж и в Ярославль прибыл прямо с самолета. Общительнее всех оказался контрабасист оркестра Сергей Корниенко. Он любовно прижимал к себе инструмент, как оказалось настоящий раритет работы мастера Гильома 1740 года выпуска, и был явно навеселе.

— Сергей, откуда прибыли?

— Не помню.

— (?)

— А что в этом такого? Утром примешь 150 грамм, в обед 300, и уже не помнишь где и в каком городе играл.

— Несколько слов о турне.

— Оно было задумано много лет назад в память о контрабасисте и дирижере Сергее Кусевицком, основателе первого в России независимого оркестра. Оркестр совершал турне на теплоходах от Москвы до Астрахани и обратно. Солировали Шаляпин, Нежданова. Выступали в тех городах, где есть оперные театры, а где их не было прямо на пристани сооружали настил. Народ садился на косогор и слушал.

— Как вас принимали в других городах?

— Замечательно. И публика очень разная. В Казани на концерт пришло много молодежи. Город консерваторский, народ там ученый, между частями не хлопают. Нижегородцы попроще. Для каждого города у нас своя программа. Для вас сыграем Листа, Чайковского. Еще мы играем на палубе для туристов. Среди них много иностранцев. Они купили этот тур за огромные деньги — 5000 долларов. А завтра отплываем в Углич.

— В оркестре, вижу, все молодые музыканты.

— У нас вообще мало людей со званиями. Ведь оркестр не имееет статуса государственного. Власти относятся к нам с предубеждением. За 10 лет мы получили четыре звания — это при том, что считаемся одним из лучших оркестров России. Сравните — оркестр Спивакова за три года года своего существования получил 18 званий.

— Как вам работается с Денисом Леонидовичем?

— Легко. Он компанейский, веселый, никакой звездной болезни у него не наблюдается. Знаете, я от вас впервые слышу его отчество.

Сергей оказался прав. У Мацуева не оказалось и следа звездной болезни.

— Денис, вы уже выступали в Ярославле…

— Был у вас всего один раз, три года назад — меня очень тепло приняли.

— Сложно было простому пареньку из Иркутска покорять столицу?

— Не то слово! Это случилось в 1991 году, мне было 15 лет.

— Многих музыкантов в детстве заставляли играть из-под палки…

— Да я и сейчас себя заставляю (cмеется).

— Вашим именем названа звезда в созвездии Лиры.

— Мы с друзьями только посмеялись над этим.

Тогда это было в диковинку, а теперь это может сделать любой при наличии денег. Это призошло после конкурса Чайковского, где я выиграл первую премию.

— Правда, что за вами возят рояли?

— Нет. У меня три рояля — один стоит в Европе, другой в Америке, третий в Азии. У всех у них усилена дека. Из-за темпераментной игры я иногда вышибаю струны. Рояли — это наша большая беда. В городах, где проходило турне, рояли в ужасном состоянии. Они должны служить 30 — 40 лет, а служат от силы 2 — 3 года. Вот у вас новенький «Стэйнвей» — дай Бог, с ним ничего не случится.

— А что за случай с упавшим роялем?

— Это произошло в Париже во время исполнения седьмой сонаты Прокофьева. Я вошел в раж, и у рояля сломалась задняя ножка — пришлось держать его ногами.

— Денис, какова судьба классической музыки в России?

— Классика была и остается элитарным искусством. И слава Богу. Вы возьмите наше телевидение — кругом эти идиотские рейтинги. Сплошная дебилизация населения. А тот остаток, который смотрит канал «Культура» и ходит на концерты классической музыки, надо развивать. Недавно я заболел, лежал дома, переключал каналы и понял, что начинаю тупеть. Ощущение такое, что живешь в огромной тюремной камере. Все говорят на бандитском жаргоне. Недавно я вернулся из Шанхая, где открывал музыкальный фестиваль. В Китае 100 миллионов пианистов при населении 1 миллиард 400 тысяч. Это настоящий бум! И занимаются с ними русские педагоги. Как можно рассуждать о русской фортепианной школе, если вся наша профессура занимается с китайцами?

— Денис, вы отказались от роли Шаляпина в одном из фильмов. Почему?

— И это вам известно?! Зачем лезть не в свое дело? Это смешно. Я много времени провожу в театре, но ведь я не мечтаю стать актером.

— Вы играли в четыре руки с королем Таиланда.

— В декабре я поеду на его 80-летие. Он меня лично пригласил. Буду играть Гершвина.

— А ваши хобби — мотоциклы, футбол — остаются неизменными?

— По поводу мотоциклов — вранье, что касается футбола — я ярый болельщик «Спартака».

— У вас много именитых друзей, а неизвестные?

— Самые настоящие друзья у меня в Иркутске. Все они занимают достойное место в жизни. Но мы идем в баню, пьем пиво, едим омуль, ныряем в холодный Байкал и забываем о стрессах.

— Ваше самое любимое место на Земле?

— Эти места появляются каждый год. Люблю Бразилию, мне нравится стиль жизни бразильцев — они неунывающие, живут в хорошем драйве. Обожаю карнавалы, танцы, футбол на пляже. А бразильяночки! Они такие темпераментные!

— Самая ценная награда в вашей жизни?

— Диплом выпускника Московской консерватории и золотая медаль на конкурсе Чайковского, которую у меня, кстати, украли. А с ней и часы, подаренные президентом Ельциным.

Кстати, год назад я играл на 75-летии Ельцина в Кремле, и он подарил мне новые часы, точно такие же. Его уход — для меня большая трагедия.

— Ваши планы на будущее?

— Через неделю отправлюсь в Швейцарию, в дом Рахманинова на виллу Сенар. Буду записывать произведение на его рояле.