Литературная хроника

ИЗ ДАЛЕКОГО ПРОШЛОГО СЛЕДИсполнилось 145 лет со дня рождения известного просветителя, журналиста, общественного деятеля, нашего земляка Николая Петровича Дружинина. Он родился в Угличском уезде, учился в Москве.

Печатался в столичных журналах «Нива», «Мысль», «Русское богатство», «Живописное обозрение». Его имя было широко известно в прогрессивно настроенных кругах молодежи и студентов. В 1901 году вернулся в Ярославль, где вскоре вместе с Константином Некрасовым основал газету кадетской направленности «Голос». В период белогвардейского мятежа был арестован, а после освобождения некоторое время жил в местечке Мулино Рыбинского уезда, где занимался педагогической деятельностью. В 1926 году был снова арестован и выслан с семьей в Липецк. Умер в 1941 году в Ленинграде. Недавно в музее истории города открылась большая выставка, посвященная памяти именитого ярославца. ЮБИЛЕЙ СОДРУЖЕСТВА В ярославской библиотеке N 15, носящей статус краеведческого музея, прошел литературный вечер «Прекрасное содружество поэтов», посвященный 85-летию со дня основания Ярославского союза поэтов. Собравшиеся познакомились с историей существования этой организации, судьбами его членов — Дмитрия Горбунова, Ивана Ханаева, Владимира Королева, Марии Петровых. Прошла презентация поэтического сборника «Ярославские понедельники», вышедшего в 1926 году. Уникальность этого события заключается в том, что на сегодняшний день в Ярославле осталось лишь два экземпляра этой книги, ценной помимо своей исторической значимости еще и тем, что в ней состоялась первая публикация двух стихотворений никому тогда не известной Марии Петровых.

Не молчи бесструнной скрипкой

Любителей поэзии и самого занятия стихосложением в Ростове, как, вероятно, и в любом другом городе, всегда было предостаточно. Большую роль в объединении и наращивании поэтических сил сыграла созданная в начале шестидесятых при местной газете «Путь к коммунизму» литературная группа.

Просуществовала она как минимум лет тридцать. Через нее прошло несколько поколений стихотворцев, большинство из которых вполне удовлетворялось публикацией своих стихотворений на литературных страницах районки. Но были среди литгрупповцев и особо одаренные люди, которых своевременно заметили и поддержали маститые ярославские поэты — члены СП. Одним из таких молодых да ранних был ростовец Александр Гаврилов, ставший в свое время самым молодым членом Союза писателей СССР. К сожалению, жизнь нашего талантливого земляка рано оборвалась, выпустил он всего три или четыре небольших сборника стихов и, может быть, поэтому широкой известности не получил. Однако для всех последующих поколений стихотворцев Ростова он остался ярким примером творческой смелости и предметом гордости, если так можно сказать о поэте. В начале нового тысячелетия сразу несколько интересных имен высветилось на поэтическом небосклоне Ростова Великого. Возможно, этому способствовало появление здесь литературного альманаха. Или, может быть, всплеск этот обусловлен всеобщим, всероссийским, на волне гласности, высвобождения духовной энергии. Радуют сегодня своим творчеством петровчанин, кандидат философских наук Валерий Топорков, поречанин, работник музея «Ростовский кремль» Валерий Куликов, ростовчанка, кандидат филологических наук Марина Львова, переселившаяся к нам из Казахстана педагог Мария Васильева, художник из Шурскола Игорь Сапунков. Есть интересные находки и у другого художника — Анатолия Зайцева-Картавцева. Все они не просто писали и пишут стихи, а стремились и достигли в этом деле весьма заметного мастерства и чистоты откровения, у каждого прорывается свой голос, имеется своя излюбленная тема, появляется почерк, отличный от других. Уважаемые читатели «Уединенного пошехонца», предлагаем вашему вниманию стихи ростовских поэтов. Николай РОДИОНОВ. Игорь САПУНКОВ. На рыбьих косточках ограды Расселись птички-невелички. Скользнул закат — мазок помады, Как поцелуи по привычке. И щепоть взгляда ткнув в пространство, Махнул кому-то грубой лапой Мужик в торжественном убранстве — В фуфайке, валенках, с лопатой. Не молчи бесструнной скрипкой, Человек не частный случай. Не тянись с приманкой липкой, Пчелкой в сети, в жар паучий. Слишком многого не зная, Торопись узнать так много, Чтобы, тут же забывая, Обрести любовь и Бога. В массе листьев, в зеленой и душной массе Ольхи, черемухи, ивняка Солнце лучи свои гасит, А поджигает — облака. И речку. Рыбы выглядывают, всполошились, Круги, всплески то тут, то там… В истерике рыбаки забились, Заметались по берегам. Хороша речка! А ночью Она, соревнуясь с дождем, Молний всплески и многоточия Зачерпнет своим ртом. Утром, как ни в чем не бывало, Солнце нырнет в реку рыбкой, Коровой слизнет с лугов росы покрывало, Засияет улыбкой. Валерий ТОПОРКОВ. Когда заветные стихи В тебе созреют, как колосья, Совсем не важно, от сохи Возьмешь их или белой кости. Пойми, откладывать нельзя (Ведь что-то внове будет завтра) То, в чем сегодня бьется вся Тобою добытая правда. И пусть идея не нова, Не бойся жить законом книжным: — Преобрази свои слова Одной большой любовью к ближним. И, может, для каких-то ста Сердец невымерших, негнусных Как хлеба вкус, как правота Твое останется искусство. FRAGMENTUM SOCIOLOGICUM «Средний уровень жизни» и — … бледность. «Продолжительность жизни» — … и вой. Мы теперь вымирающий этнос, Что вот так вдруг поник головой, У которого сердце пробито, Хлещет кровь, — и ее не унять! Ведь не флаг нашей кровью пропитан, А все то, что смогли мы понять: Жизнь не годы. И время не числа. Вера в Бога не тишь и не гладь. Человек не любить разучился, Он едва научился… Страдать (!) Справа храм и геройская стела. Слева рынок и реки людей. Ничего невозможно поделать С этой маленькой жизнью Твоей. Мария ВАСИЛЬЕВА. Этим солнечным ранним утром В бесконечном разливе рек Пели песню две синих птицы, Пели песню свою две птицы, Где-то в городе падал снег. Где-то в городе падал город. И деревья трещали вслед, Был столетний великий голод, Очень светлый великий голод, Очень яркий голодный свет. Облетали балконы-листья, За окном умирали дни. А поэт, пропив свою нежность, Свою долгую пьяную нежность, Задыхаясь, глотал стрихнин. Я тобою отболела, Отвздыхала, отревела по тебе. Что ж ты хочешь от уставшей, От саму себя предавшей для побед? Не целуй меня, не надо, Даже мимолетно взглядом не коснусь. Не тревожь меня словами. Я навек себя сковала — да и пусть. И оков моих не снять мне Ни молитвой, ни заклятьем — не хочу. Ты иди своей дорогой, И нечаянно не трогай прошлых чувств. НОВОГОДНЯЯ СКАЗКА Вы в Новый год входили в дом без стука? Вы заставали елку в тишине, Когда она с собой наедине Сплетала песнь из шорохов и звуков Стеклянных бус? И тень огня свечи Мерцала плавно в сумраке ночи. Кружат полупрозрачные картинки На полотне полуупавших штор, И снова загалдят наперебой Случайно залетевшие снежинки. И зеркало расскажет в полусне Вам сказку о чудесной о стране. О королеве с карими глазами, О мужественном честном короле, О доброте на ласковой земле… Поверьте мне. Нет, посмотрите сами. Хотите видеть в полуночный час Миг волшебства? Войдите, не стучась. Николай РОДИОНОВ. И все-таки небо, и все-таки небо, И все-таки небо прекрасней всего: Смотрю, и душа наполняется негой, Буквально вот только сошедшей с него. И все-таки небо — земное, родное, Коль дом для бессмертных, так, стало быть, наш — Представишь иное — и сердце заноет, Заплачет, как будто кого-то предашь. Привычка, быть может? Но — нет, не привычка: Как можно привыкнуть к такой красоте! Закаты, рассветы — всегда необычны, Знакомо загадочны, те и не те, Что были в твоей удивительной жизни, В которой есть утренний шелест листвы, В которой есть легкий, воздушный, эскизный Набросок простора, в котором есть ты. Ну что может с этим простором сравниться! Каким же красавцем, каким богачом Мне надо бы было на свет появиться, Чтоб больше с тех пор не мечтать ни о чем? Да нет тех богатств, красоты, что могла бы, Сравниться вот с этим безоблачным днем. Щемит, когда в небо уходит мой табор. Я буду скучать, буду думать о нем.

Лагерные миниатюры на клочках бумаги

Виртуоз, импровизатор… Подобными эпитетами наделяют чаще музыкантов. Но художника Михаила Соколова можно смело назвать виртуозом в живописи и графике. На прошедшей недавно выставке в Ярославском художественном музее был представлен по большей части неизвестный Соколов, его ранний период творчества.

Работы из частных коллекций Москвы и Санкт-Петербурга и из фондов Ярославского художественного музея. Романтичные блоковские незнакомки, туманные набережные Петербурга, старинные московские улицы, портреты неизвестных, словно возникающие из небытия, сделанные одним легким росчерком. В картины Соколова окунаешься с головой, он держит, не отпускает, заставляет всматриваться в эти строгие и нервные ломаные линии, в вихри, в каскады света и теней. Михаил Ксенофонтович Соколов родился в Ярославле в 1885 году в семье ремесленника. Отец — бондарь, мастер высшей пробы, выполнявший даже государственные заказы. Желание сына стать художником отец не воспринял. Поэтому на помощь родителей особо рассчитывать не приходилось. Михаил поступил в знаменитую Строгановку, нашелся меценат, поддержавший талантливого юношу. Соколов служил во флоте, мечтал посмотреть другие страны, но удалось увидеть лишь Финляндию. Большую часть жизни художник прожил в Москве. Он никогда не входил ни в какие творческие объединения. Разве только в Союз художников. Экспонировал свои произведения на выставке мирискусников в 1916 — 1917 годах. Впрочем, он участник многих престижных выставок, не был обделен вниманием лучших искусствоведов и критиков страны. Михаил Соколов не писал идеологических картин с Лениным и Сталиным на трибунах. Но он не был и бытописателем. В его картинах только красота, глубина, философия, страсти… Чтобы как-то прожить, много преподавал и в Москве, и в Ярославле. И у него была своя школа, свои ученики. Судьба художника сложилась трагически, как и судьба многих его ровесников. По ложному доносу он был репрессирован и в 1938 году сослан в Сибирь. Михаил не мог не творить и на каторге. Там он создал свой замечательный цикл миниатюр. На маленьких кусочках бумаги возникали филигранно выписанные пейзажи, портреты. До 1943 года — Сибирь. А после ссылки столица для художника закрыта. Соколов поселился в Рыбинске и преподавал рисование во Дворце пионеров. Вскоре в издательстве «Молодая гвардия» в серии «Близкое прошлое» выходит книга о Михаиле Соколове. В ней мемуары, письма, фотографии… Составитель книги и автор вступительной статьи — ярославский искусствовед Нина Голенкевич, бережно сохраняющая для потомков творческое наследие нашего земляка, талантливейшего художника Михаила Соколова.

Классика для баяна

2 апреля исполнилось 85 лет со дня рождения основателя ярославской школы баянистов Юрия Пименовича Егорова. Сорок лет Егоров преподавал в музыкальном училище имени Собинова, и на его кабинете до сих пор висит мемориальная табличка как дань признания и уважения. Юрий Егоров умер в 1982 году, оставшись в памяти благодарных учеников не только талантливым музыкантом, обладающим редким педагогическим даром, но и яркой, незаурядной личностью.

Юрий Егоров родился 2 апреля 1919 года. Детство и отрочество его прошли в деревне Кузнецово Красносельского района Ярославской области (с 1936 года Костромская область). Село, расположенное на живописном берегу Волги, славилось ювелирами. Дед и тетки тоже были ювелирами и гравировщиками. Отец, Пимен Сергеевич, служил на флоте и очень гордился этим. В семье было трое детей, их воспитанием, так же, как и домашним хозяйством, занималась мама Юрия — Александра Леонидовна. Спокойная семейная обстановка благоприятно влияла на развитие музыкальных способностей мальчика. Еще в детстве он очень полюбил игру на балалайке — гармошки и баяны в то время были большой редкостью, самостоятельно научился играть несложные мелодии и на всю жизнь сохранил любовь к этому инструменту. Рано лишившись отца, мальчик стал первым помощником своему деду, наравне с которым выполнял всю тяжелую работу по дому и на земле. Однажды простудившись, Юра долго болел. В результате болезнь дала осложнение на ногу. Врачи поставили диагноз: туберкулез голено- стопного сустава. Для хорошего лечения из родной деревни семья переезжает в Кострому. В 1937 году в Ярославле при областном музыкальном училище организуются музыкальные классы по баяну. В Кострому приехала комиссия для отбора учащихся, в их число попал Юрий Егоров. Начал он заниматься у преподавателя Леонида Семеновича Полянина. В Ярославле юноша жил один, совмещая учебу в училище с заработками на жизнь. Зная о нелегком материальном положении семьи, никогда не просил денег у матери. Самостоятельно накопив деньги на баян, а инструмент по тем временам стоил очень дорого, купил его и всю жизнь им очень дорожил. В сентябре 1937 года, будучи студентом, Егоров был принят на работу как баянист в театр имени Ф.Г. Волкова. С этого периода начинается его яркая творческая деятельность в театре. Он занимался музыкальным оформлением спектаклей, составлял музыкальный репертуар. Не только как баянист, но и как актер был занят Юрий Егоров в спектаклях, исполняя эпизодические роли или выступая в массовых сценах. С 1939 года Егоров работу в театре совмещает с преподаванием в музыкальном училище, хотя сам продолжает учиться. Училище он окончил в 1941 году с блестящим аттестатом. Решением государственной комиссии ему присваивается квалификация «Исполнитель-солист, педагог ДШМ, музыкального училища, руководитель ансамбля». Формулировка «исполнитель-солист» Юрию Егорову была присвоена одному из первых и очень помогла ему при работе в театре. Началась Великая Отечественная война. В здании Собиновского училища разместилась станция переливания крови. Занятия проходили в подвале, в деревянной пристройке, а чаще всего у преподавателей на дому. Егоров жил в то время в номере гостиницы «Центральная» и все свободное от работы в театре время отдавал занятиям со своими студентами прямо у себя в номере. Летом 1942 года при театре была организована бригада артистов для обслуживания фронтовых частей, в которую входил и Юрий Егоров. Назначение получили на Смоленский фронт. Программа составлялась тщательно, и выступления проходили с огромным успехом, ярославские артисты и музыканты получали много благодарностей. Около полутора лет Юрий Пименович находился во фронтовой бригаде, в 1943 — 1944 годах выезжали на Западный и 3-й Украинский фронты. Регулярной была военно-шефская работа по госпиталям, Юрий Егоров неоднократно получал благодарности от высокого фронтового начальства за помощь «в восстановлении физических сил и морального духа защитников социалистической Родины». Несмотря на большую загруженность во фронтовой бригаде, Егоров не прекращал и сольной исполнительской деятельности. В то время он одним из первых музыкантов начал исполнять классическую музыку в переложении для баяна. Обладая тонким чутьем исполнителя, Егоров к каждому произведению имел свои индивидуальные исполнительские краски. В 1943 году в городе Свердловске прошел республиканский конкурс концертных исполнителей на народных инструментах. Многогранная и сложная программа, исполняемая Юрием Егоровым, состояла в основном из собственных высокопрофессиональных переложений классической музыки: М. Глинка «Вальс — фантазия», Н. Римский-Корсаков «Полет шмеля», русская народная песня «Лучинушка», В. Желабинский «Прелюдия ля минор». Егоров занял второе место. Когда закончилась Великая Отечественная война, стали возвращаться бывшие студенты для продолжения учебы, появились перспективы для создания различного рода ансамблей. Было организовано трио баянистов в составе Ю. Егорова, Б. Красинского, В. Казанцева (иногда В. Гаврилова), которое выступало с концертами с репертуаром классических произведений в транскрипции Ю. Егорова. Но все больше времени приходилось уделять педагогической работе. От исполнительской деятельности пришлось отказаться. Юрий Пименович Егоров горячо любил свою работу, своих студентов, переживал и заботился о них. На уроках всегда царила доброжелательная обстановка, творческий настрой. К сожалению, так до сих пор и не изданы оригинальные переложения классических произведений для баяна, сделанные Юрием Пименовичем Егоровым. Все меньше и меньше остается современников, лично знавших Егорова. Но именно ему принадлежит одно из первых мест в становлении ярославской исполнительской баянной школы. И это тоже наша культура, наша история, которую мы не имеем права предавать забвению.

Попутного ветра, «волгарь»

По субботам на первом этаже корпуса юридического факультета ЯрГУ на улице Собинова необычайно оживленно. Солидные мужчины с портфелями и дипломатами в руках нетерпеливо спешат в аудиторию. Одни входят, другие выходят…

Это, как обычно, собираются члены ярославского клуба коллекционеров «Волгарь». Чтобы поговорить о любимом увлечении, узнать нечто новенькое, купить понравившиеся вещи для коллекции. — Многолюдные собрания для нас стали уже привычными, — комментирует президент клуба Лев Андреевич Полушкин. — Ведь в настоящее время нет больше клубов в Иванове, Костроме, Вологде, Архангельске… Отсутствуют деньги на аренду помещения. Для примера: в Архангельске за 4 часа плата 500 долларов. Вот и получается, что во всем российском северо-западном регионе, исключая Москву и Санкт-Петербург, клуб коллекционеров имеется только в Ярославле. — Как же ярославцам удалось уцелеть? — С одной стороны, повезло, — объясняет Лев Андреевич. — Когда здание передавали ЯрГУ, оговорили, что клуб коллекционеров должен находиться в этом помещении. С другой стороны, помог губернатор Анатолий Лисицын, твердо обещавший, что клуб не выгонят и он сможет функционировать. — В середине мая 2004 года «Волгарь» отметит 15-летие. Как же все начиналось? — Довольно оригинально, — отвечает президент клуба. — В 1971-м был просто клуб филателистов. И вдруг нам предлагают послать делегацию на конференцию представителей клубов коллекционеров. Меня выбирают председателем фактически еще не существующей организации. Ведь клуб коллекционеров — гораздо более широкое понятие, чем филателистов… Когда вернулся с конференции, предложил всем собирателям объединиться. Это удалось далеко не сразу, лишь в 1989-м. «Волгарь» ведет большую культурно-просветительскую работу: устраивает выставки, организует встречи со школьниками… Причем именно по количеству сделанных экспозиций ярославский клуб занимает лидирующее место среди остальных объединений коллекционеров России. — Летом прошлого года, — рассказывает Лев Андреевич, — мы сумели организовать очень интересную выставку «Знаменитые евреи мира», единственную в России. Затем — «Награды за освоение космоса». 96 медалей было представлено! К юбилею «Волгарь» планирует необыкновенную экспозицию — «Космос — в монетах и бонах мира». Надо поддерживать авторитет. Ведь ярославский клуб коллекционеров, являясь коллективным членом Ассоциации космонавтики России, неоднократно награждался дипломами, грамотами. В частности, дипломом им. академика В. Н. Челомея — по пропаганде достижений отечественной космонавтики. Съезжаются в Ярославль коллекционеры не только из ближайших городов, но и из Москвы, Санкт-Петербурга… А куда еще ехать-то? Во времена Советского Союза насчитывалось 214 клубов (сейчас 36). Они были на Украине, в Прибалтике… Везде. Может, и сейчас есть… Только попробуй попади! Визы, границы, загранпаспорта… Из-за огромной стоимости билетов вряд ли встретятся когда-нибудь коллекционеры Ярославля с собратьями из Читы, Екатеринбурга, Челябинска… Что коллекционируют в «Волгаре»? Монеты, медали, марки, значки… Ого, как много! Их владелец, Федор Сергеевич Мачнев, не пропускает ни одного заседания. — 48 лет уже собираю значки по нескольким темам, — рассказывает коллекционер. — Давно не подсчитывал, сколько их у меня, но что более двух тысяч — точно! Они располагаются в квартире на стендах. — Интересно, домашние не против? — А что им против-то быть? — удивляется Федор Сергеевич. — Дело ведь хорошее… К тому же за такой срок уже привыкли. Даже нравится. Повезло Федору Сергеевичу: удалось собрать богатую коллекцию. А нынешним мальчишкам и девчонкам, приходящим в клуб «на посмотреть», трудно приходится. Раньше купить марки, значки можно было в каждом киоске. Буквально за гроши. Теперь коллекционеры везут из Москвы, Санкт-Петербурга пополнение для альбомов. Ребенок в столицы не поедет. Единственная надежда на клуб, на взрослых единомышленников. И те малышню не грабят… Как иначе? Сейчас клубу 15 лет… А 50? Кто праздновать станет? Те, кому теперь 10 — 15 лет. Дай им Бог не утонуть в море проблем, выплыть, выдержать… Попутного ветра, «Волгарь», будущий и настоящий! На снимке: президент клуба «Волгарь» Лев Андреевич Полушкин.