В ярославской филармонии с аншлагом прошел концерт, посвященный Юрию Визбору, «Не верь разлукам, старина!». В нем приняли участие дочь известного барда, журналист Татьяна Визбор, а также участники народного проекта «Песни нашего века» Дмитрий Богданов, Константин Тарасов и Лидия Чебоксарова.
ЛЮБИТЕЛЕЙ таежных романсов набрался полный зал. На них с огромного портрета с ироничным прищуром, табачком попыхивая, смотрел тот, кто сердце оставил в Фанских горах. В память о трагедии, недавно произошедшей в городе, исполнили «Серегу Санина». Помните: то взлет, то посадка?.. Помолчали. А потом было еще много песен, и веселых и грустных, под мелькающие на экране черно-белые фото из семейного архива. Хором подпевали «Александре» из культовой картины «Москва слезам не верит», в которой Визбор написал последний куплет.
— В Ярославле вы частые гости…
Костантин Тарасов:
— Да у нас тут почти что абонемент. Знаем каждый трактир по дороге сюда. И особенно по дороге обратно. А Лидочка и вовсе ваше Волковское училище окончила.
— В афише заявлена внучка Визбора Варвара…
— Она сейчас очень перегружена: восемь спектаклей. Мы ей звонили и сказали, что она полная дура, что не приехала. Это для нее величайшая похвала. Ведь она работает в Театре клоунады Терезы Дуровой.
— Татьяна Юрьевна, как вы еще помимо концертов пропагандируете творчество отца?
— Самим фактом своего существования. На «Радио России» веду программу по авторской песне «Воскресенье в Москве». А что касается памяти… Есть мемориальная доска на Чегете, есть планета Визбор. Даже улица Визбора в Самаре и то есть! На этом настояли сами жители.
— Согласитесь, барды сейчас другие, нежели в 60-е. Даже Грушинский фестиваль и тот стал коммерческим.
— А что плохого в экспериментах? Раньше ведь и гитары были только производства Шиховского завода. Такие, с чугунными струнами. Они на шестой день разбивались на дрова. А на Грушинке мне некомфортно из-за большого количества людей.
— Но новых Визборов все равно не появилось…
— Знаете, как-то на одном из фестивалей ко мне подошел американец по имени Брайан и спросил с акцентом: «Говорят, авторская песня умерла. Я хотел бы знать о ее истории». Мы его сводили на один концерт, другой. Так он был в полном восторге и забыл, что говорил.
— Визбора часто сравнивают с Окуджавой.
— Это были люди разных эпох. Первый — литератор, любил философские обобщения. Второй — бытописатель, одним штрихом мог описать интерьер. Эти ходики, чайник со свистком. В лирике добился небывалых высот эротизма. Хорошо сказала?
— Последнюю встречу с отцом помните?
— Это было по работе. Я тогда брала у него интервью для журнала «Крылья». Было это в июне 1984 года, а в сентябре его не стало. Рак. Папа очень любил самолеты. В 10-м классе занимался в аэроклубе, летал на «Ла-2».
— Слышала, в младенческом возрасте вас вывешивали за окно в авоське на Неглинке.
— Что вы! Меня просто привязывали к подоконнику. Они в Москве широкие. А Варю мы в рюкзаке носили.
— Правда, что все три жены Визбора очень дружны между собой?
— Они даже похожи друг на друга! А сблизились мы после смерти Юры. Нину Тихонову поеду в эту субботу навещать, нездоровится ей. Женя Уралова недавно приезжала ко мне смотреть на внука. Ему полтора годика. Авдеем назвали. А по поводу количества жен… Им часто про меня говорили: «Осторожнее с Таней. У нее плохая наследственность».
— Самое необычное место, где вам приходилось выступать.
— Это плато Расвумчорр. Помните такую песню Визбора? Пела с трудом, от сильного ветра сносило щеки. Стояла на краю какого-то котлована без всякой страховки.
— Самая известная роль вашего отца — это Борман в фильме «17 мгновений весны»…
— С этим связана масса историй. Однажды у отца были съемки в Ставропольском крае и ему надо было срочно быть в Москве, а билетов не было. Так он подходит к кассе — весь такой форсистый: клетчатый пиджак, голубая рубаха — и говорит: «Я Борман. Мне нужно срочно улететь в Мюнхен». Вы бы видели глаза кассирши! В Москву папа все-таки улетел. Еще случай. Вклеила фото отца в роли Бормана в водительские права. Нарушила что-то, подаю документы гаишнику. Тот улыбается: «О, штандартенфюрер!» А я: «Берите выше — партайгеноссе!»
— Юрий Иосифович ведь успел еще и учителем поработать?
— В поселке Кизем Архангельской области. Преподавал предметов пять. Позже вспоминал, что в классе было много детей с фамилией Сысоев. Все ему хотелось посмотреть на ухаря, который столько наследников себе наделал!
На снимке: Татьяна Визбор.
Фото Ирины ТРОФИМОВОЙ.
