О состоянии российской легкой промышленности можно судить по выездной фабричной торговле в маленьких городах. Регулярно в Мышкин приезжают со своими изделиями из Ульяновской обувной фабрики, швейных фабрик из Торжка и Твери.
ПОД торговлю они арендуют фойе районного дома культуры. От привоза к привозу здесь становится все пустыннее, все меньше покупателей. Приятное исключение из этого ряда, по местным масштабам, конечно, товары, привезенные из Белоруссии. И обувь, и трикотаж, и швейные изделия более добротные и нарядные, чем с провинциальных россий-ских фабрик. Наверняка в Москве и Петербурге работают с большей фантазией. Но эти товары в глубинку не везут, потому что спрос на них и в крупных городах есть.
Помнится, в советские времена выбор у покупателя был между примитивной грубой, но добротной отечественной одеждой и редкой тогда импортной — немецкой или финской. Теперь в Мышкине выбирать приходится между не очень казистым российским товаром и якобы турецким, а на самом деле из каких-нибудь подвальных московских мастерских.
Увы, рынок, за который так ратовали в лихие девяностые, как был, так и остался в не менее лихие десятые годы нового века на низком уровне барахолки, поэтому мышкинские модницы, устав от поисков, отправляются в ближние города за одеждой и обувью. Иногда покупают и бывшую в употреблении — секонд-хэнд.
