Если думать о хоккейных болельщиках, то  воображение как-то само собой рисует образ мужчины, одетого в хоккейку, с фирменным шарфом  и непременно с дудкой. Так представляет себе болельщиков большинство людей, далеких от хоккея.  Среди болельщиков немало девушек. К моему удивлению, они оказались даже более активными и преданными, нежели представители противоположного пола. 

Это рассказы трех героинь, у каждой из которых свой «Локомотив». Это истории о прошлом и будущем, о неутихающей боли и надежде на хорошее будущее.

Анна Крылова — необычная девушка. Я не сразу договорилась с ней об интервью, а все потому, что «сегодня я не смогу, потому что будет хоккей и завтра хоккей». Анна начала болеть за любимую команду три года назад. И с этих пор не пропускает ни одной домашней игры. Активно общается с болельщиками из фан-сектора и по возможности с игроками возрожденного «Локомотива». Но в ее памяти навсегда останется любимый «Локомотив», который мы потеряли навсегда.

— Ребята были обычными, простыми людьми, а не зазнавшимися звездами, — рассказывает Анна. — С ними всегда можно было пообщаться, они были очень простыми и добрыми. До сих пор не могу поверить, что их нет…

Студентка Мария Прохорова болеет за ХК «Локомотив» с 1997 года.

— В моей семье не было хоккейных болельщиков, не знаю, почему меня это увлекло, — делится Маша. — С младших классов я ходила на игры одна, даже без сопровождения взрослых. Теперь даже не могу представить свою жизнь без хоккея.

Меня всегда удивляла и поражала преданность болельщиков. Мария рассказала историю, как однажды она вместе с другими любителями хоккея простояла в очереди за билетами на матч три дня.

— В кассах было всего две тысячи билетов, а желающих на него попасть — гораздо больше, — вспоминает Маша. — Поэтому мы решили сделать номерки и организовать у касс круглосуточное дежурство. Вечером и ночью дежурили молодые люди, а утром и днем — девушки. Сейчас все по- другому. Из-за гибели наших ребят многие болельщики перестали ходить на хоккей.

Ксения Широкова тоже болеет не первый год.

— На хоккей меня в еще совсем юном возрасте привел папа, а потом это переросло в сильное увлечение, — вспоминает Ксюша. — Часто выбирались на выездные игры, неоднократно были в Москве, Череповце, Казани.

Каждая игра была важным событием. Ксения готовила плакаты, придумывала кричалки. Ребятам всегда была важна поддержка болельщиков.

— Помню, как в матче с «Атлантом» мы проигрывали второй период, а когда болельщики подняли плакаты и начали кричать: «Локо, бей по воротам!» — команда смогла собраться и в последние секунды забить несколько шайб. Теперь это только воспоминания.

Девушка еще долгое время не могла приходить в «Арену-2000». Место, которое всегда ассоциировалось с праздником, теперь для многих стало напоминанием о страшном дне. Девушка с горечью вспоминает день прощания с хоккеистами.

— После того как в «Арену-2000» вошел Владимир Путин, двери закрыли, — рассказывает Ксения. — Премьер положил на каждый гроб по гвоздике — людям, которых он даже не знал. Это было формальностью, а между тем тысячи людей мокли под дождем и ждали, что их впустят попрощаться с любимой командой, не просто с игроками, а с друзьями.

Восемнадцатилетняя Анна Горланова одна из самых ярких и активных болельщиц, которых я когда-либо встречала. Аня решила пойти на хоккей в 13 лет, когда случайно увидела по телевизору глаза Ивана Ткаченко.

— Это были большие, по-детски чистые и добрые глаза, —

рассказывает болельщица. — Я захотела увидеть этого человека. А потом меня просто затянуло… Мне нравится эта атмосфера, спортивный дух, азарт, единение с болельщиками и командой. Это так меня увлекло, что я везде следовала за «Локомотивом» — не только посещала домашние игры, но и путешествовала по городам России.

ВСЕХ болельщиков сближает одно — отношение к трагедии в Туношне. После моего вопроса всегда возникала пауза, девушки отводили взгляд, глаза становились влажными.

Аня с теплотой вспоминает ушедших ребят. Они всегда давали автографы, зимой отвозили домой замерзших болельщиков, которые до последнего ждали их, чтобы поздравить с победой или подбодрить, если что-то не получилось.

— У меня было много фотографий с тем легендарным «Локомотивом», — говорит Анна. — Большую часть фотографий раздала друзьям и другим болельщикам. Я всегда думала, что успею еще с ними пообщаться, сфотографироваться, но так и не успела. Самая большая ценность и память для меня — хоккейка с автографами и счастливая монетка с изображением четырехлистника, которую мне подарил Йозеф Вашичек.

В день трагедии Аня готовилась к очередному выезду, поэтому отправилась в магазин, чтобы купить продукты в дорогу. Но когда вернулась домой, увидела на пороге маму в слезах, которая и рассказала о случившемся.

— У меня была настоящая истерика! От обиды и гнева я выбросила телевизор с балкона, —

рассказывает девушка. — Я очень благодарна своей маме за то, что она смогла поддержать меня в той ситуации: она ничего не спрашивала, не требовала, а просто увезла меня в деревню, подальше от этого кошмара. Я не смогла приехать на похороны и прощание. Приехала спустя некоторое время. Была у «Арены-2000» и на Леонтьевском кладбище. На кладбище всегда были родственники, к ним можно было подойти и, не спрашивая имен, просто обнять.

В те дни некоторые люди пытались заработать на горе и при этом еще хотели очернить болельщиков, которые потеряли любимую команду.

— Чтобы почтить память ребят, мы вместе с другими фанами приходили к «Арене-2000», оставляли там свои шарфы, но потом видели, что эти же шарфы отвязывали и продавали на ближайшей остановке, — рассказывает Анна. — Помню, как долгое время собирали подписи ярославцев на создание народного памятника Ивану Ткаченко, ходили с болельщиками по улицам со списками, а одна местная газета написала, будто мы с людей требуем деньги.

После трагедии Анна решила, что больше не пойдет в «Арену», туда, где нет ее любимых игроков, но потом вдруг осознала, что новому составу очень нужна поддержка, ведь на парнях лежит большая ответственность, они должны играть так же достойно, как и погибшие хоккеисты.

— Ребятам приходится нелегко как в физическом плане — они соревнуются со взрослыми, более опытными игроками, так и в моральном — все ждут от них хороших результатов, — поясняет Анна. — Сейчас фан-сектор практически полностью обновился, многие после трагедии не могут приходить сюда. Болельщики, поверьте, молодым ребятам очень нужна ваша поддержка!

Анна Горланова так и не закончила школу — часто пропускала занятия из-за выездных игр. Сейчас работает, но место работы тоже часто меняет, так как хоккей не позволяет сидеть на месте.

— Раньше родители ругали меня, но теперь все понима-

ют, — делится девушка. — Для меня хоккей — это тоже своего рода работа.

Сейчас она не только помогает игрокам нового состава, ездит на матчи, поддерживает их вместе с остальными фанатами, но и не забывает о погибших хоккеистах, их семьях. Анна решила поддержать невест погибших хоккеистов, вступила в фонд «Невесты «Локо» и перевела на их счет пять тысяч рублей.

— Деньги, конечно, небольшие, но я все равно решила поддержать девушек, — говорит Анна. — Женам хоккеистов и родственникам выплатили законные компенсации, а невесты — кто они такие, чтобы им платить?!

У Анны много планов на будущее: она мечтает переехать в Чехию, на родину ее друга хоккеиста Йозефа Вашичека.

А пока она собирает информацию и деньги для выпуска памятного журнала, посвященного игрокам ХК «Локомотив». Деньги даже на один выпуск требуются немалые, но Анне обещал помочь новый мэр Ярославля Евгений Урлашов.

Фото из личных архивов

болельщиц.