ВЕЧНОЙ ТРОПОЙ Наверное, многие из нас при походе в лес за грибами и ягодами, а то и просто ради прогулки, сами того не осознавая, идут одними и теми же путями, как ходили когда-то раньше: или еще с детских лет, или с того раза, когда впервые пошли в это еще незнакомое нам место.

ВЕЧНОЙ ТРОПОЙ

Наверное, многие из нас при походе в лес за грибами и ягодами, а то и просто ради прогулки, сами того не осознавая, идут одними и теми же путями, как ходили когда-то раньше: или еще с детских лет, или

с того раза, когда впервые пошли в это еще незнакомое нам место.

Разумеется, со временем мы, часто бывая в этом лесу, постепенно знакомимся с ним, изучаем его особенности, находим грибные или просто красивые и живописные места, которые становятся для нас заповедными, желанными и надолго запоминающимися. Мы находим в этом лесу дорожки или тропинки, ведущие в еще незнакомый нам мир густых ельников, пронизанных солнцем сосняков, белоствольных берез, трепетных осин, светлых моховых болот, и везде мы стремимся побывать, все посетить, запомнить и узнать. Потом, уже спустя некоторое время, а порой и годы, мы, вернувшись в эти края, хотим вновь пройти по этим местам, ставшим нам близкими. При этом нам кажется, что мы как бы возвращаемся в то время, когда впервые пришли сюда. Так лес становится для нас родным, большим, зеленым и, как нам кажется, вечным домом, под кровом которого мы всегда находили и находим приют. Конечно, и в лесу с годами многое меняется: зарастают дороги, проложенные когда-то к дальним, теперь уже исчезнувшим деревням, лес вырубают, часто варварски, оставляя изуродованные пустыри и разбитые лесовозами просеки. Очень большой ущерб наносят ураганы — их последствия ужасны, и лес после них восстанавливается очень медленно.

Но все же мы, оценив произошедшие с годами перемены, всегда обнаруживаем новые пути, ведущие в зеленые чащи, и опять ходим в лес по ним достаточно долгое время, пока не происходит каких-то существенных изменений. А как находят себе дорогу лесные обитатели? Какие ориентиры выбирают? Здесь масса нюансов, совершенно непонятных нам, людям.

В течение жизни я часто наблюдал в окрестных лесах и полях самых крупных представителей фауны наших мест — лосей. И каждый раз бывал очарован их величественным видом, легкостью их передвижения среди деревьев. Последний раз я видел красавца лося в лесу в конце сентября, когда собирал грибы, на которые была так щедра минувшая осень. Придя на знакомое грибное место и найдя один белый гриб, я тотчас же обнаружил другой, потом третий — и пошло, успевай только срезать да класть в корзину. Надо сказать, что после прошедшего урагана найти это грибное место среди поваленных деревьев, а тем более подойти к нему, было нелегко, и я долго обходил возникшие на пути завалы.

Неожиданно я услышал легкий треск сучьев и, подняв голову, увидел метрах в десяти-пятнадцати матерого лося, судя по отросткам на рогах никак не моложе шестилетнего возраста. Зная, что в это время у лосей гон и они становятся агрессивны, я насторожился, но лось, увидев меня, просто отбежал подальше и стал спокойно пастись, обгладывая кору упавшей осины. Видя, что лось настроен миролюбиво, я продолжил сбор грибов и, положив последний белый в корзинку, снова поглядел на лося: он ел свою любимую пищу.

А мне надо было идти к другим грибным местам, как раз в ту сторону, где был лось. Чтобы его спугнуть, я сильно постучал по березе найденной палкой, но лося это совершенно не потревожило. Тогда я громко крикнул — тоже эффекта никакого. Пришлось мне, на всякий случай перемещаясь за березами, идти в обход, но этот мой маневр лосю не понравился, и он двинулся прочь. Интересно было наблюдать, как лось, не останавливаясь, прошел за несколько минут через лесной завал, где мне пришлось бы пробираться полчаса, а может быть, и больше, и скрылся в не тронутом ураганом участке леса.

Чуть раньше, в середине лета, я, стоя утром на автобусной остановке у деревни Демино, видел сразу трех лосей, идущих со стороны базы лыжного спорта через недавно построенную стоянку автотранспорта. Лоси прошествовали совсем близко — метрах в двадцати от остановки — и, перейдя шоссе, направились через зарастающее кустарником поле к ближнему лесу. Кто знает, может, среди них был и тот лесной красавец, которого я встретил в сентябре.

А в прошлые годы, ожидая по утрам автобуса, мы достаточно часто наблюдали то одного, то пару лосей, идущих тем же путем. Допустим, что раньше, до строительства лыжного центра и всех его многочисленных сооружений, лоси ходили пастись в небольшой лесок рядом с уничтоженным ураганом сосновым бором или на болото неподалеку. Но строения лыжного центра и добротный металлический забор построены около десяти лет назад, а возраст тех лосей несколько меньше. Возникает вопрос: что же ведет их туда, если места эти уже достаточно давно освоены человеком, а сама территория лыжного центра обнесена забором?

Владимир МАКАРОВ.

Фото Ирины ТРОФИМОВОЙ.

ПОТЕРЯЛАСЬ СОБАКА

Вы меня не остановите.

Я и есть, да не про вас.

Потерялась — уши домиком

И доныне не нашлась.

Я теперь тиха и пристальна.

Я брожу до темноты

По бульварам и по пристаням,

По заулочкам пустым.

И сыта, а все как в голоде,

И светло, а все как тьма.

Словно там, в продрогшем городе,

Потерялась я сама.

Я сижу и мысли комкаю,

Букву с буквой не связать.

Мокрый нос и уши домиком

И печальные глаза.

Любовь НОВИКОВА

ОБРЕЧЕННАЯ НА ОДИНОЧЕСТВО

Белая ворона, как известно, существо мифическое. Ввиду того, что их в природе нет, белыми воронами называют людей странных, непохожих на всех. А вот пестрая галка в природе существует.

Встретишь ее нечасто. Вот эту одиноко сидящую пеструю галку наш фотокор Ирина Трофимова, хороший знаток птичьего мира, встретила на улице Автозаводской в Ленинском районе Ярославля. Обычные черные галки не принимают свою пестро раскрашенную родственницу, случается, что и силой отгоняют ее от себя. Наученная горьким опытом, красавица галка уже и не лезет в чужие игры. Видимо, и сама понимает, что чем-то не угодила одинаковым. Сидит одна-одинешенька, в черную галочью жизнь не вмешивается.

Значит, не только в человеческом обществе, но и в птичьем тяжело быть непохожей на других. Но до чего же красавица она! Не поскупилась природа на птичий наряд, щедро разбрызгала по перьям черное и белое, переливая эти классические цвета различными оттенками. Хороша птица! Глядеть на нее — глаз радуется. А задумаешься — и жалко станет ее, неповинную в своей красоте, обреченную этой красотой на одиночество.

Любовь НОВИКОВА.

Фото Ирины ТРОФИМОВОЙ.