Нам, журналистам, нравится принимать гостей из деревень. И хотя их рассказы в принципе похожи друг на друга, дескать, трудно живем, в каждом есть оптимистичная нотка. А в истории Татьяны Бородиной из деревни Олешково даже не нотка, а целый аккорд.
Улыбчивая женщина  рассказала о том, что жители ее деревни три года ходили на прием к главам Тутаевского района, чтобы решить главный для себя вопрос — о ремонте дороги к селу.

Нам, журналистам, нравится принимать гостей из деревень. И хотя их рассказы в принципе похожи друг на друга, дескать, трудно живем, в каждом есть оптимистичная нотка. А в истории Татьяны Бородиной из деревни Олешково даже не нотка, а целый аккорд.

Улыбчивая женщина  рассказала о том, что жители ее деревни три года ходили на прием к главам Тутаевского района, чтобы решить главный для себя вопрос — о ремонте дороги к селу. Обещали им сделать это и во времена Станислава  Маклакова, и в период  управления районом Игорем Назаровым, однако так никто и не выполнил своих посулов.

Нынче ситуация изменилась. Приехали дорожники, начали ремонт. Люди внимательно наблюдают за действиями работников ООО «Ключ»: не сделают ли абы как. Но нет, технологии соблюдаются, ремонтники относятся к обязанностям добросовестно.

— Наконец-то будем жить как люди! — воскликнула моя собеседница. Но, как говорится,  хорошего много не бывает.

— Нам бы еще остановку обу­строить, — тут же вспомнила она. — Сейчас ее разместили так, что из автобуса приходится выпрыгивать прямо в канаву. Стоит она неудобно, ветер ее уже два раза сносил. Нет лавочек. Короче, плохо: ни выйти, ни зайти. Надо и остановкой заняться, чтоб уж был полный порядок.

— Хотя, — еще раз задумалась моя собеседница, — и с колодцами в деревне беда. Несколько лет назад один на всю деревню вырыли, да нынче он уже сгнил, так как сруб сделали деревянный. И лавка с товарами приезжает в Олешково всего два раза в неделю, а продукты там дорогие, и выбор невелик. Приходится ездить на шопинг в Тутаев.

Впрочем,  теперь, с новой дорогой, бытовые проблемы обитателей деревни (а она не пустует даже зимой) не так страшны, как прежде. И мы за них очень рады.