В этом году осень пришла в наши края раньше обычного, и вместе с ней пожаловали ее неизбежные спутники — сырость, прохлада и простуда. Но куда оживленнее, чем в период недолгого летнего затишья, стало не только в коридорах детских и взрослых поликлиник, но и у кабинетов врачей психиатрического диспансера. Выражение «осеннее обострение» давно стало не только специфическим термином, употребляемым психиатрами, но и прочно вошло в повседневный обиход.

В этом году осень пришла в наши края раньше обычного, и вместе с ней пожаловали ее неизбежные спутники — сырость, прохлада и простуда. Но куда оживленнее, чем в период недолгого летнего затишья, стало не только в коридорах детских и взрослых поликлиник, но и у кабинетов врачей психиатрического диспансера.

Выражение «осеннее обострение» давно стало не только специфическим термином, употребляемым психиатрами, но и прочно вошло в повседневный обиход. Жизнь человека зависит от происходящего вокруг него и подвержена временным ритмам — суточным (специалисты называют их циркадианными), фазным, зависящим от положения луны, и сезонным, связанным прежде всего с продолжительностью светового дня.

Известно, что наш организм наиболее уязвим в предрассветные часы и, соответственно, психоэмоциональное состояние подавляющего большинства из нас, готовы мы в этом признаться или нет, хуже всего именно утром. Не зря говорится, что утро добрым не бывает. В период полнолуния резко возрастают возбудимость, раздражительность, склонность к конфликтам по самым малозначительным поводам. И относится это не только к лицам с неуравновешенной психикой, но и к самым обычным людям.

Со сменой сезонов практически то же самое. Причем сезонные обострения бывают и там, где времена года не столь контрастны, как у нас. Даже если световой день и температура воздуха почти одинаковы в течение всего года, все равно есть периоды сухие и дождливые, ветреные и спокойные, меняются атмосферное давление и влажность воздуха. И на стыке этих сезонов, когда организму приходится адаптироваться заново к изменившимся условиям, психика испытывает повышенную нагрузку. Хотя, конечно, в странах с менее суровым климатом все протекает менее масштабно. Тяжелей же всего приходится жителям приполярных стран, к которым можно причислить не только Норвегию с Финляндией и Швецией, но и значительную часть России. Здесь повсюду высок уровень сезонных расстройств настроения и, как прямое следствие этого, повышенный интерес к крепким напиткам, ставший неотъемлемой частью национального характера.

ДЕПРЕССИВНАЯ ОСЕНЬ —

НЕ МАНЬЯЧКА-ВЕСНА

Сезонная перезагрузка психики происходит не только на спаде светового дня, но и на его подъеме, но тогда картина обострений совершенно другая. «Сумачедчая» весна — это результат пробуждения от зимней спячки, когда начинается настоящее буйство гормонов, приводящее к неадекватному подъему настроения, нецеленаправленной суетливой активности, конфликтности, а зачастую и агрессивности. В старые времена, когда еще не было международной классификации психических болезней,  психозы делили на «буйное помешательство» и «помешательство тихое», под которым подразумевалось то, что сегодня называют депрессией. Как известно, пациентам психиатрических клиник никакие законы и стандарты не указ, но подавляющее большинство осенних обострений традиционно протекает именно в форме депрессий различной степени тяжести. Обычно депрессивный сезон начинается в конце октября и заканчивается к зимнему солнцестоянию, совпадающему с праздником Рождества. Но нынче крутой подъем психической заболеваемости наметился уже в сентябре, и не факт, что, рано начавшись, он так же рано и закончится.

Как тут не впасть в депрессию, если поводов для радости почти не осталось? Так что «унылая пора — очей очарованье» вдохновляет не только поэтов, производителей меховых и кожаных изделий, но и всех, кто в той или иной мере связан с фармацевтическим бизнесом. Антидепрессанты занимают сегодня самый большой сегмент глобального рынка лекарственных препаратов. У нас в стране уровень их продаж растет чуть меньшими темпами, чем в Европе и Америке, но тенденция та же. Если пару десятилетий назад представления российских и западных пациентов об идеальном лекарстве, которое они хотели бы получать, были диаметрально противоположными — наши просили средство, чтобы успокоиться, а их зарубежные коллеги по несчастью, наоборот, чтобы активизироваться, — то теперь такого нет. Да и сама депрессия поменяла свои маски, все чаще протекая в форме пресловутого «синдрома хронической усталости».

… В коридоре перед кабинетом психиатра на соседних стульях сидят две пациентки. Одна — молодая женщина 36 лет, мать двоих детей, имеющая  хорошо оплачиваемую работу и параллельно получающая второе высшее образование. С началом осени ее стали беспокоить повышенная утомляемость, забывчивость, рассеянность. Почти постоянно клонит в сон, и она боится задремать за рулем. Дела, которые раньше буквально спорились у нее в руках, теперь идут куда медленнее и не столь хорошо, как прежде, и у нее появились неуверенность, страх ошибиться, тревожные ожидания чего-то очень плохого. Когда она говорит об этом, на глазах появляются слезы. Она согласна принимать лекарства, но не такие, от которых она будет лежать целыми днями и ни о чем не думать, а способные заставить ее работать с прежней нагрузкой, вернуть привычный жизненный ритм.

Другая, 70-летняя пенсионерка, которой не надо ни поднимать детей, ни соревноваться с конкурентами по бизнесу, тоже находится в постоянном волнении и тревоге, хотя, казалось бы, тревожиться не о ком и не о чем. Причина этой зашкаливающей тревоги не только в унылой погоде за окном, но и в отсутствии так называемого «стимулирующего уровня проблем». Когда заняться особенно нечем, в голову лезут самые неприятные мысли. Женщина просит назначить ей средство против тоски и тревоги, но при этом не хочет впадать в благостную эйфорию, когда все становится по барабану. За нее привычных домашних дел ведь никто не сделает, а риск превратиться кому-то в обузу — еще один повод для тревоги. Оптимальный выход для такой пациентки — завести себе домашнего любимца, и тогда ее собственные душевные переживания отступят на второй план.

Не проходит и двадцати минут после ее ухода, как в кабинете в сопровождении жены появляется мужчина предпенсионного возраста, выглядящий весьма респектабельно. Но в глазах не просто тоска, а самый настоящий страх. Он просит как можно скорее положить его в «психушку».

— Иначе меня посадят! — с мольбой в голосе говорит он. На вопрос «За что?» начинает перечислять список «преступлений», тянущих, по его мнению, на пожизненное. В студенческие годы присвоил себе парочку библиотечных книг. Лет пятнадцать назад, находясь в командировке с коллегой по работе, приглашал в номер девушек по вызову. В позапрошлом году сел за руль после трех кружек пива, а совсем недавно купил у уличного торговца контрабандный айфон… Что и говорить, случай тяжелый, и одними антидепрессантами тут не отделаешься. Приходится выполнить просьбу пациента, но надолго ли он задержится в отделении, сказать пока трудно.

ДОКАЗАТЕЛЬСТВО СУЩЕСТВОВАНИЯ ДЬЯВОЛА

Впрочем, рабочий день еще не закончилс, и  через полчаса получаю еще одно доказательство существования «закона парных случаев». Приходит  один дяденька, тоже с женой и тоже трясется от страха. Его замучили звучащие внутри головы незнакомые мужские и женские голоса, которые сначала над ним посмеивались, потом стали ругаться, а последние двое суток, за которые он совершенно не сомкнул глаз, стали склонять к самоубийству, требуя то повеситься, то вскрыть вены ножиком. Обычно такое бывает у алкоголиков через несколько дней после окончания запоя, но в данном случае срок прошел куда больший — почти два года, хотя до этого было выпито бессчетное количество декалитров спиртного. Еще одна койка в стационаре находит своего постояльца…

Но и это еще не все. За пять минут до окончания приема, когда мне уже надо бежать по другим делам, на пороге появляется первичный пациент с направлением от психотерапевта. Это тебе уже не какой-то парный случай, а то, что я называю «доказательством существования Дьявола». Когда спешишь по очень важному делу, в самый последний момент обязательно возникает какая-то непредвиденная ситуация. Приходится разбираться. Начинаю беседовать с молодым человеком и понимаю, что между написанной в направлении безобидной «дистимией» (легкое расстройство настроения) и реальным положением вещей очень большая разница. Недавний выпускник университета, благополучно отслуживший год в Российской армии,  легче чем предполагал, нашел очень престижную работу в солидной фирме и из-за страха не справиться с ней перестал спать, а мысли в голове перепутались настолько, что возникло желание раз и навсегда со всем покончить. Хорошо, что на стационарное лечение он соглашается сразу и я никуда не опаздываю… Но следующий день вряд ли будет легче.

Когда обострение уже началось, сам человек, как правило, не может объективно оценивать свое состояние. Поэтому давать заочные рекомендации по приему тех или иных антидепрессантов не имеет никакого смысла. Тем более, что по вступившему в действие с 8 августа закону о психотропных препаратах без рецепта врача их вам все равно не продадут. А в самом рецепте должна быть указана не торговая марка препарата, а его МНН — международное непатентованное название. Обычно их несложно запомнить, но знаю по крайней мере  два случая, когда названия состоят почти из сорока букв…

Антидепрессанты, в общем-то, не так уж и безобидны. Не случайно большинство препаратов выпускается в упаковках, содержащих не более 20 таблеток. Для исцеления такого количества, конечно, недостаточно, но зато, даже если их принять одновременно, серьезной угрозы жизни это не представляет. А ведь на начальных этапах депрессии может случиться всякое, тем более, что у ряда лекарств стимулирующий эффект наступает раньше собственно антидепрессивного: энергия вернулась, а тоска остается и суицидальный риск в таких ситуациях достаточно велик.

РАЗГОНИТЕ ДЕПРЕССИИ ЧАРЫ

И ЛЕТИТЕ СКОРЕЙ

НА КАНАРЫ

Но зачастую, чтобы вернуть человеку настроение и желание жить, можно обойтись и без сильнодействующих средств. Природные антидепрессанты повсюду вокруг нас. Это прежде всего тропические и субтропические фрукты и свежевыжатые соки из них и наши лесные ягоды. Антидепрессивным эффектом обладают сыр и шоколад, а недавно в Европейском союзе способность улучшать настроение и избавлять от хандры официально признана и за мороженым. Натуральные виноградные вина антидепрессантами считаются пока неофициально, а вот с крепкими напитками на этот счет шутки плохи. После нескольких минут облегчения, как правило, становится еще хуже. Совмещение же алкоголя с большинством антидепрессантов токсично для сердца.

Бороться с депрессией можно и нужно не только с помощью того, что мы едим или пьем, но и собственными поступками. Идеальный вариант — из опостылой осени махнуть на пару недель на острова вечного лета. Так делают сейчас многие наши соо-течественники, но, увы, такие возможности есть не у всех. Приобрести новую машину тоже может себе позволить не каждый, но знаю немало случаев, когда это действительно помогало. Но масштаб приобретения в общем-то не так уж и важен. Это могут быть шубка, сапожки, колечки, сережки, айпад, айфон, ноутбук. Главное, чтобы вещь вас порадовала. Все уже есть или, наоборот, покупать не на что, тогда перетряхните свой гардероб накануне зимнего сезона. Поверьте, подчас выбросить что-то забытое и ненужное, даже приятней, чем купить что-то новое.

Учение «фэн-шуй» говорит именно об этом, считая, что все негативное, включая депрессию, порождается застойной энергией. Поэтому самый простой и надежный способ не довести себя ни до осеннего, ни до какого-то другого обострения состоит в том, чтобы постоянно быть чем-то занятым. Дурные мысли, как известно, поселяются в пустой голове, а изгнать их оттуда могут только занятые каким-то делом руки. В большинстве случаев человек, способный логически мыслить, может исцелить себя сам. Если же у него это не получается, психиатры обязательно помогут. Надо только вовремя обратиться за помощью…