Сегодня, 26 июня, исполняется 55 лет человеку, от деяний которого вот уже в течение десяти лет в той или иной степени зависит благополучие и социальная защищенность фактически каждого жителя Ярославской области. Впервые это имя широко прозвучало в конце 1991 года, когда указом президента России Анатолий Иванович Лисицын был назначен и.о. главы администрации Ярославской области. В 1992 году буквы «и.о.» отпали.
В 1993 году Анатолий Иванович победил на выборах в Совет Федерации. В 1995 году был избран губернатором области, а в 1999 году — переизбран на второй срок. Юбилейная дата — хороший повод для откровенного интервью, которое по нашей просьбе и дал для читателей «ЗК» Анатолий Лисицын. — АНАТОЛИЙ ИВАНОВИЧ, 55 лет для мужчины, по вашему мнению, это много или мало? — Для человека творческого возраст — явление философское. Есть люди, для которых главное — работа, профессия, дело. Они живут как бы прямолинейно. А есть люди, которые, несмотря на важность профессии или положения, воспринимают жизнь во всем ее многообразии и хотят все испытать, во всем поучаствовать. Людей такого плана я и называю творческими. Культура, спорт, охота, друзья — вот далеко не полный перечень моих увлечений. Именно многообразие жизни утешает в минуты горечи и разочарования, если они вдруг случаются. Мне всегда были симпатичны люди, которые умели все. Например, Петр Первый. И топором владел, и армией командовал, и корабли водил. Мне интересно жить, и то, что я делаю как администратор, мне тоже интересно, так что возраста я особо и не замечаю. 55 — для меня это всего лишь дата в календаре. И еще повод подвести некоторые итоги. — Анатолий Иванович, а можете ли вы выделить самый счастливый период в вашей жизни, к которому вы постоянно обращаетесь, с которым соотносите все прочие события жизни? — Последнее десятилетие, пожалуй, я бы и назвал самым счастливым, но и самым сложным периодом своей жизни. Счастливым, потому что я чувствовал себя участником всех происходящих в стране событий. В то же время я убежден, что понятия счастливого мгновенья для нормального человека не существует. Это иллюзия. Мы всегда к чему-то стремимся — кажется, вот это свершится, и я буду счастлив. Ничего подобного. Я помню, как я сдавал сопромат. Честно признаюсь, он мне тяжело давался. Я думал: если сдам сопромат, буду самым счастливым человеком на свете. Сдал — и появлялись новые цели, новые трудности. Помню, как «Арену-2000» строили. Ситуация порой казалась безнадежной. Думал, господи, дождусь ли сдачи Ледового дворца! Дождался. И что? Берешься снова за новые дела, и также преодолеваешь новые проблемы. Я пришел к выводу, что счастливое мгновение — это процесс накопительный. Бывает, что человек живет, работает и вроде бы делает все, как все. А потом оглядывается и видит, что за его плечами много хороших дел осталось, что у него, оказывается, есть много верных друзей. А бывает, наоборот: человек по жизни порхает, весело скачет, и здесь свой, и там — вроде бы душа компании, а приходит время подвести итог, и ничего конкретного, оказывается, не сделано, и друзей-то настоящих у него нет. — Анатолий Иванович, вы окончили сельскую школу. Когда вы уже стали известным российским губернатором, начали бывать на всевозможных элитных приемах, сельское образование и воспитание давало себя знать? Были ли у вас в связи с этим проблемы? — Я учился в сельской школе до 8-го класса. Конечно, пробелы были, потому уровень сельского образования тогда был, да и сейчас тоже, ниже, чем в городе. Но меня спасла бабушка, мамина мама. В свое время она окончила Смольный институт, и была человеком очень образованным, она всю жизнь много читала, собирала библиотеку и меня пристрастила к чтению. В 7 — 8 классах я жил с бабушкой и дедушкой в деревне, а мама вышла второй раз замуж и переехала в Рыбинск, и я помню, как по вечерам мы вслух читали втроем. Но тем не менее я испытал первые проблемы уже в Рыбинске, куда переехал после окончания 8 класса и где поступил в вечернюю сменную школу. Приходилось себя во многом преодолевать, особенно при вхождении в общество. Именно тогда я сделал главный вывод: чтобы чего-то добиться в жизни, надо много учиться и надо работать над своим имиджем. И необходимо следить за собой, своим внешним видом. Нельзя ходить в потрепанных брюках и в неглаженных рубашках. У меня есть еще одна проблема: по жизни я человек стеснительный. С детства был очень стеснительным, и все время учился в себе это качество преодолевать. — А сейчас, десять лет проработав губернатором области, тоже считаете, что вы человек стеснительный? — С годами я научился это качество делать незаметным для окружающих. Но много раз замечал, что стеснительность свойственна людям, долгие годы прожившим в деревне, в довольно ограниченном окружении. И вот когда я вошел в городской мир, я понял, что этот имидж деревенского стеснительного человека я должен с себя сбросить. Я поставил перед собой первую задачу: развить в себе чувство уверенности. Сейчас я убежден, что именно уверенность в себе — это и есть главное условие в достижении любой цели. — А в каких случаях природная стеснительность проявляется в вас сейчас, когда вы уже более 10 лет вращаетесь в высших политических кругах страны — при встречах с президентами, с вашими подчиненными, с простым народом или с женщинами? — Честно, с женщинами. Что касается президентов, коллег — это все я воспринимаю как работу, и, наоборот, у меня появляется задор, желание добиться поставленной цели от этой встречи. А вот с незнакомыми женщинами до сих пор чувствую себя робко. Но особенно неуютно я себя чувствую в кругу людей обездоленных, и самое тяжелое для меня бывать среди брошенных детей. Понимаете, я чувствую себя виноватым, в том, что именно этих детей бросили. — Анатолий Иванович, будучи простым деревенским пареньком могли ли вы представить, что займете такой высокий пост? О чем вы мечтали? — Таких далеко идущих планов у меня, конечно, не было, хотя мне всегда хотелось найти себя в этой жизни, у меня рано появилось стремление получить высшее образование. Мечтал я стать директором завода в Рыбинске. Впрочем, с воплощения этой моей мечты все и началось. Мне помог директор мебельного комбината в Рыбинске Анатолий Артемович Подоляк — начинал я у него работать сменным мастером, но он заметил, что из меня можно сделать руководителя. Работал со мной, продвигал меня. Когда в 1984 году он уходил на пенсию, он отверг все прочие кандидатуры и предложил занять директорское кресло мне. — Вы не кокетничали, сразу согласились? — Конечно, сразу. Здоровое честолюбие, амбиции в хорошем смысле этого слова мне всегда были присущи. Но, проработав три года директором, я почувствовал, что могу возглавлять более крупное предприятие. И чуть не переехал во Владимир главным инженером мебельного объединения. Но что-то меня остановило, а потом мне предложили перейти в исполнительную власть. Я согласился. — В том, что вы стали губернатором, вы благодарите свою судьбу, считая это провидением свыше? Или вы считаете, что это счастливая случайность? Или относите это исключительно за счет силы своего характера, умения добиваться проставленной цели? — Случайность тоже свою роль сыграла, и немалую. В то же время, в любой случайности я вижу фактор закономерности. Когда шли первые выборы в областной совет, я был заместителем мэра Рыбинска Рубцова, и я тогда хорошо выступил на сессии областного совета народных депутатов и сразу был замечен. Через год моя кандидатура возникла в числе четырех претендентов на должность главы администрации области. Все другие области в Москву посылали одного кандидата, а у нас на сессии областного совета было принято решение отправить весь список в Москву, и пусть, мол, в Москве и решают, кому быть главой области. В списке значились Анатолий Федорович Гусев, Владимир Андреевич Ковалев, Николай Иванович Непряев и я. Шансов у меня было меньше, чем у других. И в Москву я поехал безо всякой надежды. И потому чувствовал себя необыкновенно свободным, раскрепощенным, и сказал все, что хотел сказать. Мое назначение было для многих большой неожиданностью. Но я не отрицаю и роль судьбы в жизни каждого человека. — Вы человек верующий? — Я с большим уважением отношусь к православию, и как руководитель области, осознаю, какую положительную роль вера, церковь способны играть в обществе. Именно вера в Бога способна уберечь большинство людей от непорядочности, нечестных поступков. Но меня коробит, когда вчерашние атеисты поспешили во всеуслышание объявить себя людьми глубоко верующими. -Анатолий Иванович, только честно: хоть один раз за эти десять лет возникала мысль — и зачем я с этим губернаторством связался, жил бы себе спокойно, охотился, хоккей смотрел, на даче копался. Может, это возникало, когда президент страны проявлял недовольство делами в нашей области, или когда журналисты сильно доставали? И что вас больше всего как губернатора омрачает? — Честно, ни разу таких мыслей не возникало. Наоборот, я всегда думаю: если не я, то кто же? А омрачает меня больше всего нечистоплотность в отношениях между людьми. Под нечистоплотностью я понимаю и нечестные поступки, и переоценку своих возможностей некоторыми руководителями. — Как вы оцениваете роль команды? — Я понял, что создание идеальной команды — это вещь недостижимая. Команда — это живой, постоянно меняющийся организм. Вот пресечь брауновское движение и направить его в нужное русло — в этом и есть задача руководителя. Лично для себя я сделал такой вывод: уровень доверия к каждому члену команды — вот что делает ее мобильной и сильной. Нельзя членов команды подвергать мелочной опеке. Я не должен вмешиваться в дела членов команды, не должен заниматься текучкой, а должен думать о перспективах. Мне непонятно, когда члены команды смотрят руководителю в рот и не могут самостоятельно принимать решения. Мои заместители самостоятельны. — А потом вы узнаете из газет о тех или иных поступках ваших заместителей, очень удивляетесь и высказываете противоположную точку зрения. Я имею в виду недавний случай с ГУП «Защита» и поступком вашего заместителя Непряева. — Да, но и критика обрушивается на конкретного члена команды, а не на всю администрацию области. — Анатолий Иванович, говорят, что деньги и власть — это самое сильное испытание для человека, и что деньги и власть способны испортить любого из нас. — Я тоже много об этом думаю. Денег я как не видел раньше, так и сейчас не вижу. А испортила ли меня власть, это должно быть вам виднее. Во всяком случае, атрибутами власти я никогда не пользуюсь: хожу и езжу без охраны, без свиты помощников, ко всем встречам предпочитаю готовиться сам, вникая в мельчайшие детали. — А вот интересно, что говорит вам жена? Говорит ли она вам, что, став губернатором, вы сильно изменились? — Конечно, говорит, что изменился. Поначалу вообще возникало много семейных проблем: в театр пойти с женой я не могу, на дачу поехать не могу, выходных у меня нет. Раньше же был другой график, другой ритм жизни. Сейчас я работаю и в субботу, и в воскресенье, и мне без разницы, какой это день недели — у меня иное измерение. Но потихоньку все устроилось: приобрели машину, и жена научилась ее водить, хотя сначала и сопротивлялась. Теперь лихо водит, раза два за превышение скорости штрафовали. Но с большим удовольствием ездит на дачу. И я доволен. — Значит, вы лишены простых человеческих радостей — в выходные съездить на собственной машине на собственную дачу. А где у вас дача? — А то не знаете. «Золотое кольцо» писало не раз — рядом с дачей мэра Виктора Владимировича Волончунаса. Только забор нас разделяет. На даче я бываю очень редко. — Жену заставили научиться водить машину, а сами, наверное, не водите. — Не вожу, хотя права есть, но практики не было совсем. — Анатолий Иванович, вы Рак по гороскопу, а все Раки чрезвычайно обидчивы. — Я умею скрывать свои обиды. Даже когда пишут, что моя дочь с мужем разошлась или что у меня жена чеченка. Или что зять чеченец. И жена, и зять русские. Дочь с мужем живут вместе, нормальная семья, внук в этом году пойдет в школу, наверное, в тридцать третью, они еще думают. Внук занимается хоккеем — моя жена туда его водит. — А вы знаете, что вас упрекают в чрезмерных тратах на хоккей? — Народ всегда требовал хлеба и зрелищ. А зрелища требуют вложений. Я не могу быстро найти инвесторов, желающих для художественного музея купить раритеты за огромные деньги. А желающие вкладывать деньги в такие массовые виды спорта, как хоккей или футбол, есть. Я же не трачу на хоккей бюджетные деньги. На 70 процентов команды финансируют за счет привлеченных средств. Вот в этом искусство руководителя. В нашей работе, на первый взгляд, много непонятного. Создали Ротари-клуб. Нас сразу в масонстве обвинили. А на самом деле мы стремимся продемонстрировать мировым инвесторам, что у нас здесь, в Ярославле, цивилизованное общество и что мы этим привлекательнее, чем наши соседи. Мы идем навстречу цивилизованным формам. С этой целью я в свое время и Гайдара приглашал: он научил нас писать элементарные бизнес-планы и ввел в мир западных финансов. — Как губернатору вам сложнее было в самом начале, или наоборот, сейчас? — В начале было больше свободы, больше возможности для инициативы. Было сложнее, но интереснее. Сейчас мы опять встаем на путь административно-командной системы, многое диктуется из Центра. Меньше свободы, меньше инициативы, и лично у меня появляется элемент тоски. — Когда вы уехали в Москву выступать на заседании президиума Госсовета РФ, в Ярославле прошел слух, что вам хотят предложить портфель министра лесной промышленности. — Министерства такого нет. И к сожалению, видимо не будет. Печально, но развал лесного хозяйства продолжается. К советам губернаторов не прислушиваются. Я сам удивился, что мне пришло приглашение из администрации президента выступить на президиуме Госсовета по этой теме. Когда вошел президент, начал со всеми здороваться и вдруг около меня остановился и говорит: «Анатолий Иванович, это была моя инициатива пригласить вас, так как я помню, что вы 20 лет в лесной промышленности проработали». — Сейчас один из животрепещущих вопросов для политической элиты нашей области: будете вы на третий срок баллотироваться как губернатор или нет? — Областной закон мне это запрещает, а федеральный все еще находится в Конституционном суде. Так что поживем — увидим. Еще полтора года до выборов. А силы и желание есть. — Очень часто говорят «женское счастье» и почему -то никогда не говорят «мужское счастье». Существует ли таковое, на ваш взгляд, и что бы вы себе хотели пожелать в день своего рождения? — Мужское счастье — это работа. А пожелать я себе хочу новых интересных дел. Сейчас у нас главное: мост через Волгу, аэропорт в Туношне и развитие туризма. А это значит, надо выводить на должный уровень гостиницы и необходимую инфраструктуру. И дать жилье ярославцам. В этом большой смысл нашей с Юрием Михайловичем Лужковым программы строительства по инвестициям из Москвы.
