Голуби под крышей нашего дома поселились давно, как и вороны, присмотревшие под свои обиталища вытяжные отверстия в стене. Вначале пернатые ссорились между собой, но постепенно привыкли, прижились и даже кормиться стали вместе. И, самое интересное, в голубиной дымчато-сизой стае каким-то чудом стали появляться черные птенцы с повадками ворон: нагловато-вороватые, длинноногие, с изогнутыми клювами.
Именно такого птенчика мы нашли на горячем асфальте в один из июльских дней. Мальчишки-завсегдатаи дворарассказали, как взрослый голубь гнал малыша из гнезда. клевал и толкал грудью до тех пор, пока только что оперившийся голубенок не свалился вниз. Ребятня подхватила черно-серую птичку, подбросила ее вверх, но птенец не сумел подняться на крыло. Тут и подвернулось наше семейство: я, муж, собака Линда и кошка Машка. Мы забрали голубя у мальчишек, принесли в дом и положили на мягкую подстилку. Колли сразу прониклась к нашей находке добрыми чувствами, а вот пушистая сибирская Машка взревновала и, недовольно фыркая, взялась обнюхивать черно-серую спинку незнакомца. Тот, однако, не подавал признаков жизни. Кошке стало неинтересно, и она удалилась с гордо поднятым хвостом. Муж налил в плошку воды и поднес к длинному клюву — никакой реакции. Птичка или не могла, или еще не умела пить самостоятельно. Я взяла ее в руки и напоила изо рта. Кешка, как мы назвали нового жильца, глянув благодарно рыжим глазом, присмирел в ладонях. Да, похоже это был плод любви голубки и ворона (если это вообще возможно); необычный, но красивый, даже клюв крючком и неподвижные сейчас длинные лапы не портили его. Выздоравливал Кешка медленно, двое суток ничего не ел, а сердечко его стучало часто-часто. Он полулежал, привалившись на одно крыло и неестественно расставив отбитые во время падения лапки. На третий день попросил пить, проглотил несколько зерен. В это же время начала шевелиться правая ножка, а еще через неделю ожила и вторая. Кешка, казалось, привык к постоянному вниманию со стороны кошки и собаки, но — береженого Бог бережет — залетал на шкаф, когда мы уходили на работу и он оставался наедине с хвостатыми приятелями. Спускался с верхотуры лишь вечером, встречая нас курлыканьем и быстрыми взмахами крыльев. Научился он и обороняться клювом. При этом перья на шее вставали дыбом, крылья приподнимались, а резкие воинственные крики все больше напоминали воронье карканье. Пришел день, когда мы решили выпустить окрепшего птенца и вынесли его во двор, к небольшой полянке, на которой кормились голуби. Кешка вернулся к ним, но не сумел нормально приземлиться, упал, подвернув лапку. Стая демонстративно взвилась вверх, на полянке остался только вожак. Он, по-видимому, охранял корм. Красивой птице наш неуклюжий приемыш совсем не понравился, и, оглядев Кешку, она стала его клевать. Птенец пустился наутек, а потом замахал крыльями и взлетел на тополь. Оттуда — на крышу, где сидела вся стая. Но пришельцу и там не были рады, несколько крепких клювов нацелились в Кешкину голову, грудку… Нам оставалось только наблюдать, как голуби избивают Кешку, как он пытается обороняться. Драка продолжалась минут пять, после чего голуби улетели. Все — Кешка подался с ними. Погибнет? Освоится? Тревога снедала нас вплоть до следующей недели, когда вечером вышедший покурить муж увидел с балкона прихрамывающую птицу. В стае! — Порхатель прилетел, встречайте! — в ответ на крик Линда залаяла, а Машка помчалась в прихожую и запрыгнула на сиденье стоящего там велосипеда. Я выскочила на улицу и сразу же к моим ногам спикировал Кешка. Он еще хромал, но был весел и явно доволен жизнью: бодро ворковал, пушил перья, топорщил крылья. От принесенной воды и семечек не отказался, но после трапезы сразу же взлетел на крышу, сел рядышком с крупным белым голубем. И тут я, глядя на милую пару, сообразила, что у нас жил не голубь, а голубка: за проведенное на воле время недавний птенец повзрослел, стал элегантной, изящной и кокетливой самочкой. Теперь при слове «Кешка» колли спешит на балкон, кошка настораживает уши. Они все еще помнят нашего приемыша, как мне кажется, скучают без него. Мы с мужем поочередно заглядываем на крышу в надежде увидеть спасенную голубку и на всякий случай всегда имеем в запасе любимые Кешкины семечки.
