Папа Вова настойчиво учил Настеньку азбуке. Он показывал ей буквы алфавита, она старательно произносила. Когда Настя ошибалась, папа Вова клал ей на затылок ладонь и с силой тыкал ее носом в книжку. На странице тотчас расплывалось красное пятно. Так Владимир Проскуряков учил четырехлетнюю дочь своей сожительницы грамоте. Он изощренно издевался над беспомощным ребенком в течение десяти месяцев.
ВЛАДИМИР и Ольга сошлись в январе прошлого года. Одинокой женщине с маленьким ребенком приглянулся этот сорокалетний мужчина. Он умел быть обходительным. Тем более что какая-никакая, но от него была материальная помощь. От предыдущего брака Владимир Проскуряков имел несовершеннолетнего ребенка. Так что он сумел найти подход к Насте. Девочка стала называть его «папа Вова», что очень нравилось маме Оле. Она доверила Владимиру воспитание дочери. Полгода совместной жизни пролетели как в сказке. А потом начался кошмар — для Настеньки. «Папа Вова» превратился в Карабаса-Барабаса. Однажды июльским днем Настенька пришла в группу с распухшими ушками. Воспитательнице достаточно было беглого взгляда, чтобы понять: ребенка наказывали, выкручивая уши. В другой раз воспитательница заметила на левой щеке девочки свежий синяк, а укладывая ее в тихий час спать, не могла удержаться от вскрика: на теле ребенка было не менее десятка синяков — уже пожелтевших и багровых, а на ступнях — множество царапин. Девочка сказала, что папа колол ей ножки ножиком. Естественно, заведующая детским садом пристыдила мамашу, когда та вечером пришла за ребенком. Дома Ольга потребовала от сожителя объяснений: — Ты чего делаешь? — подступилась она к нему. — Я ей сделал иглотерапию. Это полезно ребенку, — Проскуряков смотрел на нее не моргая. Имея среднее образование, Проскуряков вдруг обнаружил у себя педагогические задатки для обучения четырехлетнего ребенка азбуке. Ольга была на кухне общежития, когда из комнаты, где Владимир занимался с Настенькой, раздался детский визг. Она опрометью кинулась туда. Он сидел рядом с ребенком как ни в чем не бывало, а на глазах у Насти блестели слезки. Впоследствии Ольга обнаружила на страницах азбуки бурые пятна. Однако Владимир наврал ей с три короба про непослушание ребенка, которого он учит грамоте и правилам хорошего тона. Он учил ее этому изобретательно. Бил кулаком и ремнем. Окунал лицом в содержимое ночного горшка, когда девочка его случайно опрокинула. Чтобы Настя не сопела во сне и не мешала ему спать, тыкал ей в лицо кулаком и клал ей на лицо подушку. Со временем Владимир перестал прикидываться заботливым отцом. В апреле этого года Настенька заболела и поэтому капризничала. Вернувшись 5 апреля с работы, Ольга не обнаружила дочери в своей общежитской комнате. Оказалось, что бабушка забрала внучку к себе, когда увидела у нее синяк под левым глазом. Это «папа Вова» ударил ее ремнем по лицу. В мае этого года гиря до полу дошла. Ольгино терпение лопнуло, когда на ее глазах Проскуряков просто так, безо всякого повода хлестнул Настеньку пряжкой ремня по ноге. Девочка зашлась в плаче, а у нее на бедре вспух огромный синяк. — У нее слишком нежная кожа, — Владимир невозмутимо взирал, как Ольга пытается успокоить дочь. Она больше не могла терпеть, что сожитель истязает ребенка, и написала заявление в милицию. До судебного заседания Владимир находился под подпиской о невыезде. По месту жительства он характеризовался положительно, ранее к уголовной ответственности не привлекался, прекратил проживание с Ольгой. Суд учел эти обстоятельства. Но суд принял во внимание и азбуку, страницы которой пропитаны кровью ребенка, и пришел к выводу, что лишь наказание в виде реального лишения свободы послужит истязателю настоящим уроком. Владимир Проскуряков был осужден на три года лишения свободы в исправительной колонии общего режима и покинул зал судебного заседания в сопровождении стражи. P.S. Имена девочки и ее мамы изменены, фамилии не называются по этическим соображениям.
