Шла вторая неделя нашего пребывания в Бразилии, еще пять дней — и мы отправимся в город кризиса и танго Буэнос-Айрес. И вдруг нас пригласили на праздник по случаю завершения сериала «Клон». Зная, что там снимается Каллони, попросили устроить с ним интервью и получили согласие.
Находит вдохновение в русской классике — Полное имя: Эджицио Антонио Каллони. — Родился: 6 декабря 1962 года. — Родители: Энино Каллони и Лаура Каллони. — Премии за роль Бартоло: специальная премия за заслуги на телевидении, премия «Качество Бразилии» и премия «Лучшему актеру». — Бартоло такой положительный, что не может не нравиться. Хотя его мечта о собственном винограднике немного смахивает на паранойю. Вы так не считаете? Антонио тихо смеется и качает головой. — Бартоло — простой парень. Человек земли, трудяга. Наверное, в своем стремлении открыть винодельню он немного перегибает. У меня самого никогда не было определенной мечты. Я люблю жить, наслаждаться каждой минутой бытия, изучать жизнь во всех ее проявлениях. Я не занимаюсь бизнесом, ничего не понимаю в деньгах — предпочитаю все расчеты перекладывать на плечи жены. Стараюсь жить так, чтобы каждый миг открывать для себя что-то новое и помогать другим осуществлять их мечты. А я ведь, между прочим, стихи пишу… Неожиданный переход застал нас врасплох. Трудно было представить этого мужчину корпящим над сочинением виршей. Крепкого телосложения, с грубоватыми чертами лица — ну кто угодно, только не поэт! Антонио неторопливо снял темные очки, венчавшие мясистый, несколько приплюснутый нос. И чудо преображения свершилось. Недаром говорят: загляни в глаза человеку — и узнаешь его душу. Глаза у Каллони замечательные. Ясные, чистые и сияющие, как у ребенка. Такая в них одухотворенность, несколько даже «не от мира сего», как в романах Достоевского. — А может, прочитаете нам что-нибудь свое? Антонио все с той же полуулыбкой начинает тихо, проникновенно декламировать и дико смущается нашим бурным аплодисментам. — Это только последняя строфа. Вообще стихотворение очень длинное и называется «История любви». — Вы публикуете свои творения? — Выпустил сборник стихов «Дети декабря», который завоевал престижную премию Жорже де Лима и титул «Открытие года» от Филологической академии Рио-де-Жанейро и Бразильского союза писателей. Есть еще книга рассказов «Остров Стрельца» — о ней тоже неплохо отзывались критики. А сейчас пишу роман, но выйдет ли он в свет — не знаю. — Надо полагать, ваша семья была артистической: вы просто прирожденный актер. — Не угадали. Отец работал инженером. А мама — она уже умерла — вообще не имела профессионального образования и всю жизнь была домохозяйкой. У меня есть две старшие сестры, они учительницы. Линда — английского языка, а Патриссия преподает в начальных классах. Впрочем, актрисой была моя жена Элсе Родригес Галу. Сейчас она журналистка. Мы женаты уже больше 9 лет (для меня это второй брак), а 7 лет назад родился мой любимый и единственный сынишка Педро. — И что подвигнуло вас на актерство? — Непреодолимая тяга. После колледжа я поступил на социологический факультет Университета Сан-Паулу, города, где я родился и вырос. Но через полгода бросил учебу ради театра. Окончил 3-летние актерские курсы, посещал школу Антунеса Фильу — одного из величайших театральных режиссеров Бразилии. На сцене я с 1979 года и по сей день. Если бы не страсть к игре, стал бы антропологом. А больше всего я люблю работать с произведениями русских классиков: Чехова, Гоголя, Горького. Самое потрясающее впечатление я получил от «Преступления и наказания» Достоевского. Да, в этой саге вся сущность человеческая как на ладони… Знаете, а я ведь играл в «Житейских невзгодах». Это был монолог, адаптация Чехова. Читали? Надо сказать, спросил несколько сурово и некоторое время после наших преувеличенно утвердительных кивков долго смотрел на нас с подозрением: а стоим ли мы дальнейших откровений? Носит на шее зубчик чеснока — У вас есть какие-нибудь приметы перед выходом на сцену? Антонио смущенно хихикает и уже в который раз теребит свой многострадальный нос. Обычно об этом не распространяюсь… Хотя, конечно, ничего страшного в этом нет… Э-эх… привязываю на шею под одежду зубчик чеснока. — От вампиров? Ну все, смутили парня окончательно. Каллони пошел багровыми пятнами: — Это не я суеверный, а моя бабушка-итальянка! Чеснок — он не только от вампиров, но и от сглаза, отгоняет всякую нечисть. — У вас, значит, итальянские корни? — Мои сестры родились в Италии, а я — в Бразилии. Родители эмигрировали сюда после Второй мировой войны. Кстати, интересно: моего прадеда можно считать одним из персонажей сериала «Земля любви» — он приехал в Бразилию как раз в тот же период первой итальянской эмиграции. Где-то в районе 1820 года. Он лично помогал возводить монумент Независимости — один из самых важных в Сан-Паулу… — На этом нам пришлось прервать беседу. Антонио срочно позвали на съемки последней серии «Клона», где он играл богатого мусульманина Мухаммеда. Мы только и успели, что взять у него автограф и спросить, чего бы он хотел пожелать нашим российским зрителям: — Главное — не унывать, когда приходится туго, ценить каждое мгновение жизни. Я очень люблю вашу страну и когда-нибудь обязательно к вам приеду. «ЗАЧАРОВАННОЙ» ГРОЗИТ РАЗВОД Всего лишь шесть месяцев длилось семейное счастье экс-звезды «Зачарванных» и «Беверли-Хиллз, 90210» Шеннон ДОЭРТИ. На днях ее любимый муженек Ричард СОЛОМОН со скандалом сбежал из дома. По объяснению Ричарда, он больше не мог выносить безумное поведение жены, ревновавшей его к каждой юбке. А новоиспеченную супругу раздражало то, что и после свадьбы ее супруг продолжал общение с бывшими подругами. В частности, с звестной секс-бомбой Пэрис Хилтон. Убедить Шеннон, что эти отношения не выходят за рамки приятельских, оказалось невозможным. «Ты должен порвать с этой сучкой и обещать больше никогда не разговариать с ней впредь!» — вопила Доэрти на все оправдания мужа. Вскоре Ричард узнал, что подруги жены шпионили за ним во время вылазок из дома. Несчастный бизнесмен дрогнул и… сбежал. Закончится ли дело полюбовно? Не факт. На расспросы о примирении Соломон отвечает, что человек он по природе мирный и ежедневные скандалы ему порядком надоели. «У Шеннон уже вошло в привычку с порога набрасываться на меня с обвинениями: „Ты был у нее! Вы трахались!“ А потом еще и личный досмотр устроит. Одним словом, ведьма».
