Радуются в областном комитете по статистике: похоже, такого массового характера переписи они сами не ожидали.
ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, на переписном участке N 3, который охватывает кварталы от проспекта Ленина до Большой Октябрьской, столпотворение. Четыре переписчика едва успевают, и в коридоре все равно кто-то стоит, ждет своей очереди. Правда, в основном это люди преклонного возраста. Почему не сидят, не ждут переписчика дома? На мой вопрос отвечают: «Так удобнее. А вдруг придут, когда меня не будет дома?» За участком закреплено немалое население — около семнадцати тысяч человек. Студенты, а в основном они ходят по квартирам, забегают на участок озабоченные и совершенно несклонные к разговорам. Виталия Разгуляева, студента ЯГПУ, застала на участке в восьмом часу вечера. Переписывал данные с черновиков в чистые листы. Обошел около сорока квартир. Конечно, устал, но держится — еще есть силы улыбаться: — Не привыкать — я по вечерам работаю на заводе. Не все же у матери на шее сидеть… Виталий — кстати, ему 22 года — вызывает доверие. Поэтому и отказников у него всего один человек — женщина. Не объясняя причины, отказалась пустить переписчика. А вообще за два дня переписи на участке тридцать отказников. В основном — по религиозным соображениям. Это одна из характерных деталей нынешней переписи. В доме социальной адаптации областного центра перепись идет полным ходом наравне с выдачей лицам без определенного места жительства талонов на обед. Очередь напоминает хрестоматийные картины исцеления Христом слепых и хромых. Плюс специфические запахи, фантазийные пятна на причудливой — не всегда по сезону — одежонке… Получив талон на обед и пачку супа с приправами из гуманитарной помощи, они подсаживаются к Ольге Корчагиной и рассказывают о себе. Поскольку клиентура — почти все знакомые лица, перепись перемежается диалогами типа: — Виталик, когда работать будем? — Да я не против. Только за копейки не буду. Виталик — молодой симпатичный парень. Только подвыпивший с утра. Окончил, по его словам, Московский институт физкультуры. Работать учителем — значит отдавать себя детям. А за копейки он отдавать себя не хочет. За дверями переписного участка беседую: с режиссером областного театра из Узбекистана, с полковником. Полковник оказался всего лишь старшим лейтенантом, режиссера разыскивают за неуплату алиментов. У него два прелестных малыша. На потертом снимке они обнимают папу — тот при параде, в костюме-тройке с галстуком. В графе «Доходы или средства к существованию» режиссер может проставить лишь слова «талоны на бесплатный обед». А на вопрос о месте проживания — дом социальной адаптации. Поэтому своим сыновьям — они сейчас воспитываются в разных детдомах — он ничем помочь не может. Эти бедолаги с охотой рассказывают о себе. Видно, переписная карусель закрутила как-то и их своим призывом вписать себя в историю страны. Ловлю и себя на мысли: а что-то на мою улицу не идет переписчик с черной сумкой на ремне? Как же Россия-то без меня? В областном комитете по статистике успокаивают: первые пять дней не беспокойтесь, придут ко всем. *** Короткой строкой. За первые два дня переписи, по данным Яроблкомстата, в переписи приняли участие 12,8 процента жителей области. В Ярославле — 12,4 процента горожан. Активнее переписываются жители сельской местности — Рыбинского, Пошехонского и Ростовского районов.
