Недалеко от станции Соть, средь полей и лесов стоит дом Михаила Георгиевича Мирзоева, где он живет со своей женой Галиной Ивановной. Словно хуторок дом его с постройками, поблизости нет ни больших сел, ни деревень. Но именно это место Мирзоев выбрал для своего жилища, поскольку с этой землей связаны у него самые трогательные воспоминания.
МИХАИЛ Георгиевич воспитывался в Даниловском детском доме, а у станции Соть были летние дачи. Место легендарное, когда-то здесь находилось имение немецкого барона, благодетеля местных жителей, дававшего им работу. Михаил Георгиевич был знаком с конюхом, служившим когда-то у барона, и он много хорошего рассказывал ему о своем хозяине. Нет теперь здесь дома барона, остался только фундамент, нет и других построек. Живы лишь липы, пихты и другие деревья старинного парка. МИРЗОЕВСКИЙ РОДНИК ДАНИЛОВСКИЙ район Михаил Георгиевич приехал с женой, когда вышел на пенсию. Решил осесть здесь. Не испугало отсутствие дороги, электричества близ бывшей усадьбы немецкого барона. Хотя отговаривали местные жители от этой затеи, но от своих решений Мирзоев не привык отказываться. Решил возродить это красивейшее место к жизни. Провел линию электропередач, пришлось устанавливать 18 столбов. Причем лес для строительства доставил аж из Тюменской области, где работал в последние годы. И теперь стоит этот дом на радость многим людям. Бывшие воспитанники детского дома благодарят Мирзоева, когда приезжают сюда. Почистил новый хозяин родник рядом с домом, сделал новый сруб. Теперь любой путник может испить чистейшей, вкуснейшей ключевой воды. Называют родник Мирзоевским. Маленькие сосенки у дома обложил Мирзоев красивыми камушками. Михаил Георгиевич с большой нежностью относится к природе — деревьям, ручьям… Романтик в душе, чистый и открытый человек. Деревьям он дает имена. Есть одно дерево, которое он назвал громко и торжественно — Россия. Береза с мощным стволом, разделяющимся еще на три ствола. А молоденькая стройная березка, на которой он написал имя Ама-дага, как бы символизирует для него младшего брата, умершего в шестилетнем возрасте. Обнимет Михаил Георгиевич березку и будто с братом поздоровается. Окончание. Начало на 1-й стр. ЯЗЫКУ УЧИЛИ РУССКИЕ СОЛДАТЫ ОЧНАЯ дата рождения Михаила Георгиевича Мирзоева неизвестна. Он говорит, что родился примерно в 1935 году. Родился на Кавказе, в небольшом ауле Шиякеран, недалеко от Ленкорани, на границе между Азербайджаном и Ираном. Отец Михаила Георгиевича — азербайджанец, мать — персиянка из древнего шахского рода. Это уже на русский лад его назвали Михаилом, а имя, данное при рождении, — Мама-дага. Отец погиб на фронте, а мать умерла от голода. Михаилу было тогда лет семь. Когда мать умерла, остались они вдвоем с младшим братом, помогала тетушка Фатима, но и она вскоре отошла в мир иной. Младший брат умер от холода, когда ночевал в винограднике, и остался Мама-дага один-одинешенек на всем белом свете. Неподалеку, на станции Астара, находился железнодорожный полк, и сердобольные военные решили взять шефство над мальчиком, так Мама-дага стал сыном полка. Сшили для него форму, кормили, учили русскому языку, тогда и дали азербайджанскому мальчику новое имя Михаил. Вскоре приехал в полк генерал Петр Петрович Федотов и забрал Михаила с собой. Так азербайджанский мальчик оказался в Москве, жил в квартире генерала. Петр Петрович часто бывал в разъездах. Приходилось и Мише ездить с генералом в правительственном вагоне высочайшего класса. Михаил Георгиевич говорит, что даже у Путина, по телевизору показывали, не такой шикарный вагон. Вскоре генерал перепоручил Мишу проводнице Полине Дмитриевне Дроздовой, которая сопровождала его в поездках, и ее мужу Иосифу Евгеньевичу. Михаил Георгиевич вспоминает об Иосифе Евгеньевиче восторженно. Ходил он в цилиндре, декламировал Пушкина, очень много стихов и поэм знал наизусть, учил Мишу писать, читать. Квартира Дроздовых была в Москве у Елоховской церкви, бегали с мальчишками в церковь кутью есть. «Господь нес меня всю жизнь на руках, — говорит Михаил Георгиевич. — Отталкивал от плохих людей, приближал к хорошим». МАМА ИЗ ДАНИЛОВА О и в семье Дроздовых Михаил прожил недолго, проводница Полина Дмитриевна вела кочевой образ жизни, а Иосиф Евгеньевич был уже в преклонных летах. А Михаилу надо было учиться, вставать на ноги. Все-таки генерал Петр Петрович Федотов решил отдать Михаила в детский дом. Вскоре в Москве был семинар директоров детских домов Министерства путей сообщения. Генерал привел Мишу на это совещание, и ему представилась возможность самому выбрать себе маму. Мальчик выбрал женщину, которая показалась ему самой красивой и самой доброй, обнял он ее и сказал: вот моя мама. Это была Надежда Петровна Смирнова, директор Даниловского детского дома. Она действительно стала ему как родная мать. Так Михаил оказался в далеком северном городке. Дату дня рождения выбрали уже в детском доме — 26 ноября и, как полагается, дарили подарки и отмечали этот день. В детдоме научился косить, на Горушке пасли лошадей. Ездили летом на отдых в те места, где сейчас поселился Михаил Георгиевич, в усадьбу немецкого барона. Каждую сосенку знает здесь Михаил Георгиевич. Ухаживали за могилой летчика, погибшего в войну. Могила до сих пор сохранилась, следят за ней и теперь. Жили в детском доме как одна семья. Украинцы, белорусы, азербайджанцы, латыши, были и цыгане. Какие обиды, какие раздоры… После семи классов Михаил поехал учиться в Ярославль на слесаря промышленного оборудования. Затем работал на станции Исакогорка Архангельской области, ремонтировал паровозы, ездил на паровозе кочегаром, помощником машиниста. ВИДЕЛ САМОГО ЖУКОВА ОТОМ решил поехать на родину. Поговорил, конечно же, перед такой поездкой с Надеждой Петровной Смирновой, в то время она уже жила в Москве. С ней Михаил Георгиевич советовался в самые ответственные моменты своей жизни. «Золотой человек, даже золото перед ней блекнет!» — говорит Михаил Георгиевич. Но поездка на родину оказалась неудачной, не доехал до родных мест километров тридцать. В Ленкорани остановили пограничники, поблизости граница с Ираном. Недалеко от Баку и ограбили, все деньги украли. Встреча с родиной не состоялась. Затем, как и у тысяч российских парней, была армия. Сначала в Челябинск в войсковую часть направили, затем, после учебки, попал в Свердловск, в штаб Уральского военного округа. В армии Михаил видел самого Георгия Жукова. Не только видел прославленного маршала, но и довелось ему собирать вещи Георгия Константиновича, когда его назначили министром обороны и он переезжал с Урала в Москву. К прочим своим рабочим специальностям Михаил приобрел в армии еще одну — инструктора по вождению автомобилей. А когда отслужил срочную, приехал в Москву. К кому, кончено же, к Надежде Петровне, своей второй маме. Здесь же, в столице, Михаил встретился и с генералом Петром Федотовым, тем самым генералом, сыгравшим такую важную роль в его судьбе. И опять Петр Петрович помог, предложил Михаилу работу на новой стройке, в Сырдарьинской области, где строился город Янгиер. После службы в армии Мирзоеву все-таки удалось побывать и на исторической родине, в Азербайджане. Здесь встретили его тепло, приветливо и невесту ему сразу нашли. Однако не мог он жениться не по любви, и тянуло его в Россию, где вырос. А встреча с суженой была еще впереди. ПОЛЮБИЛ ЗА ГОЛОС ЕМАЛО поколесил Михаил Георгиевич по России, нравилось ему начинать новое и хотелось посмотреть как можно больше. Работал на строительстве комбината синтетического каучука в Сумгаите, а потом была комсомольская стройка в Череповце, где возводился мощный металлургический комбинат. Романтичной была встреча с девушкой, которую полюбил. Сначала услышал ее голос. Был в гостях у друга в общежитии, а наутро после застолья вдруг слышит, кто-то поет замечательно душевную русскую народную песню. Это была его суженая Галина. Но она нравилась не только Михаилу, пришлось и подраться за нее. Потом поссорились. И Михаил сгоряча уехал на север, в Тикси. Таскали баржи по реке Анбар. Не выдержал, написал первый Галине письмо. А она ответила, но обидно, для него показалось. И здесь, на Севере, отличился Михаил. Тушил горящее общежитие и получил за это награду — отпуск в Москву. А в столице опять встреча с мамой Надеждой Петровной. Посоветовала она ему помириться с Галиной. Что Михаил и сделал. Поехал в Череповец, нашел свою любовь. А свадьбу справили в московском детском доме, где работала Надежда Петровна. С тех пор Михаил Георгиевич и Галина Ивановна живут вот уже 42 года вместе. Воспитали троих замечательных детей — Веронику, Арсена и Елену, всем дали высшее образование. КАЗАХСКИЕ СТЕПИ, КИРИШИ АТЕМ в судьбе Мирзоева опять произошел необычный поворот. В Москву приехал геолог Франц Христианович Бергер, друг Надежды Петровны. У него в детстве стащил Миша с мальчишками буровые инструменты и обменял их на рыболовные снасти. В то время Бергер работал на Горушке в Данилове. Вместе с Францом Христиановичем Михаил поехал в казахские степи, в Кустанай. Работали и в Кокчетавской области, искали воду. Еще одну специальность освоил Михаил — буровика. Затем судьба забросила Михаила под Ленинград, где восстанавливался разрушенный немцами город Кириши. Прописки не было, а без нее устроиться на работу было практически невозможно. Заходит Михаил к начальнику строительства, а тот ему и говорит: «Видишь на улице машину, сможешь починить?» А от машины осталась лишь груда железа. Но насобирал Мирзоев запчастей и принялся за казавшийся безнадежным ремонт. Начальника это очень удивило, и назначил он сразу молодого человека ни много ни мало заместителем начальника по снабжению. Несколько лет Мирзоев был директором автотранспортного предприятия. Вскоре в Кириши с маленькой дочкой приехала Галина. ДАРИЛ ГОРОДА ДНАКО Михаил Георгиевич не успокоился, желание видеть и строить новое не пропало, желание перемены мест тоже не исчезало. В то время начали осваивать месторождения газа в Тюмени. Михаил Георгиевич принимал участие в строительстве города Нягань, и здесь работал снабженцем, уж больно хорошо у него это получалось. Затем был Уренгой. Строить в условиях вечной мерзлоты было чрезвычайно сложно. Но стоило это усилий. В то романтичное время друзьям на память города дарили, такое было, как ни странно. Именем Михаила Мирзоева назвали улицу в Уренгое. Мирзоеву довелось поработать и в Иране, тянули газовую магистраль. В городе Нягани, построенном Мирзоевым, он работал в должности главного инженера автотранспортного предприятия. А когда семья уезжала из этого города, не отпускали его местные жители, даже дорогу перекрывали. ПО ЗОЛОТУ ХОДИМ, А ЖИВЕМ В НИЩЕТЕ О МИХАИЛ Георгиевич все же вернулся на Даниловскую землю, которую считает своей второй родиной. Хотя и в Азербайджан приглашали. Не привлекла Михаила Георгиевича идиллическая картина — сиди на бережку да ешь икру ложками, и делать ничего не надо. Как ни отговаривали Мирзоева даниловские жители строить дом в чистом поле, но настоял-таки на своем, и все же возвели дом, в котором теперь есть и отопление, и газ. Построили баню, посадили огород. Хотел Мирзоев дать работу, как когда-то тот немецкий барон, местным жителям. Не вышло. Все свои сбережения Мирзоев потратил на строительство, на линию электропередач, инфляция окончательно подкосила бюджет. Как и многие люди его поколения, Мирзоев хвалит советскую власть, которая дала ему все, и жалеет нынешних молодых людей, для которых все решают деньги. Очень печалит Михаила Георгиевича, что в округе много безработных молодых парней. Редко встретишь непьющего работящего мужичка. Пьют от безысходности, от слабости. Один лишь фермер по соседству с Мирзоевым, Геннадий Чистяков, трудится, вкладывая в свое хозяйство все силы. Предлагал как-то Михаил Георгиевич фермерам сброситься на скважину и добывать нефть. Ведь по золоту же ходим, а народ бедствует. Мирзоев уверен, что есть нефть в этих благословенных местах, опыт буровика ему подсказывает. Да и геологи, исследовавшие Даниловский район, подтверждают это. Но пока до промышленной добычи нефти дело не доходит, не хватает средств. А Михаил Георгиевич со свойственным ему жаром готов хоть в министерство ехать, деньги выбивать. Несмотря на то, что Мирзоев перенес четыре инфаркта, поражает он всех окружающих своей энергией, своим неравнодушием к судьбе земли своего детства и ее людей. И все-таки верит, что будут здесь жить когда-нибудь лучше, достойнее. Фото Виктора ОРЛОВА.
