История Александры Леонидовны Соловьевой из Любима вполне могла бы стать интересным сюжетом для передачи «Жди меня». Своего брата Александра Леонидовна потеряла четырехгодовалым, а встретила вновь 62-летним и сразу узнала. Все эти годы она искала его. Отсылала письма, обращалась в милицию. Случай помог им встретиться на родной земле.
Искать сейчас виноватых нет смысла. Что было, то было, и прошлое назад не вернешь. Но Александра Леонидовна вновь и вновь прокручивает в памяти те далекие годы и хочет пусть не простить, но хотя бы попробовать понять своего отца, принесшего столько страданий своим детям. Было их пятеро — 1936, 1937, 1939, 1940 и 1941 годов рождения. Старший умер еще в три года от воспаления легких, но и с четверыми мать крутилась день и ночь, успевая еще ухаживать за коровой и прочей живностью. Жили они в деревне Нижний Жар, вблизи железной дороги, на участке между Любимом и Жарком. Должность старшего железнодорожного мастера дала отцу бронь, когда началась война. Вскоре он стал заниматься восстановлением железнодорожных путей. Станцию Любим бомбили, как и многие другие, так что работы у него было невпроворот. Подвижной состав, в котором жили работники, стоял то в Любиме, то в Буе, то на других станциях. Дома отец бывал редко. Жена, для которой он был единственной опорой, в его редкие минуты приезда домой жаловалась на свою загруженность. Самым «умным» советом с его стороны оказалось предложение продать корову, после чего у полуголодных ребятишек не стало и молока. А вскоре отец приехал с женщиной, которая, по его словам, прибыла для обследования жилищных условий семьи. Матери уже тогда говорили в деревне, что муженек ее загулял, но она не верила. «Проверяющая» облюбовала двоих старших. Другого «имущества» в их доме не было, и, чтобы не платить алименты, отец поступил «по-джентльменски» — забрал у матери единственное, ради чего она жила на белом свете. В тридцать два года мать осталась мужней вдовой (свидетельство о браке сохранила до конца). У Александры Леонидовны, которой тогда было два года, и сейчас стоит в ушах истошный крик матери, когда уводили старших детей. Впрочем, законный супруг оставил ей искру надежды, пообещав отдать детей, как только она встанет на ноги. Сроки, правда, все время сдвигались. Сначала до конца войны (младшая Галиночка умерла в 4 года от голода), потом до конца разрухи, потом до совершеннолетия детей. Мать все время пыталась забрать детей, ездила за мужем по всей железной дороге, но самое большее, что он ей дозволял, — это взглянуть украдкой на старшую Лидочку, а сына даже не показывал, потому якобы, чтобы не травмировать ребенка. Даже когда появился его ребенок у женщины, с которой он прожил всю оставшуюся жизнь в гражданском браке, они продолжали удерживать старших детей. Безграмотная деревенская женщина была перед ними бессильна. В четвертом классе Александра написала отцу письмо, что хочет видеть его, брата и сестру. Он ответил: «У тебя есть мать, а про брата и сестру забудь». В семнадцать лет старшая Лида сама сбежала из Шарьи от отца и мачехи и разыскала мать и сестру, которые к тому времени жили в Любиме. Оказалось, что все эти годы отец рассказывал детям, что их мать пила и гуляла, оттого-то он и забрал их. Но они все время ждали маму, потому что для мачехи так и не стали родными. А потом судьба разбросала-разметала подросших детей в разные стороны. Лида завербовалась на стройку в Москве, вышла там замуж, Александра нашла мужа в Любиме, и они уехали по комсомольской путевке в Казахстан. Александр с отцом перебрался в Красноярск, женился да там и остался. А их мама молила Бога лишь об одном — хоть перед смертью увидеть сына и собрать всю семью за одним столом. На ее счастье Александра с мужем вернулись в Любим и подарили ей сначала внука, а потом внучку. А Сашу они не переставали искать, посылая письма и запросы туда, где, по их мнению, он жил. Лида жила перелетной птицей, объездив с мужем и пятерыми детьми всю страну. Она, сваливаясь как снег на голову в Любиме раз в пять-десять лет, в очередной приезд уже не застала мать в живых. На вопросы о брате отвечала, что потеряла его след. Письмо от Александры Леонидовны разыскало Александра Леонидовича только в 1999 году. Обошло оно многих Кирилловых в Красноярске и случайно попало в руки его свахи. — Александр Леонидович, не ваша ли сестра вас ищет? — протянула она замусоленный конверт. Как гром среди ясного неба. Потрясение — нет слов, чтобы выразить чувства, которые он испытал. Ответил он сразу. Год они переписывались, и недавно Александр Леонидович вместе с женой приезжали в Любим. Когда он сошел с поезда и они с сестрой бросились друг другу в объятья, все пассажиры на перроне плакали вместе с ними. А потом были разговоры, разговоры — всю свою жизнь до мельчайших подробностей рассказывали они друг другу. Приехал он с фотоаппаратом и видеокамерой и старался запечатлеть каждый момент, каждый миг недельного пребывания на родной земле, чтобы показать детям, которые собрали их с женой в эту поездку. На могиле матери попросил он у нее прощения, что так и не разыскал ее и только в 62 года узнал, что была она самая лучшая, самая добрая, самая любящая на свете.
