Они появились в наших краях, безусловно, гораздо раньше, чем возникло одноименное водохранилище. Свои корни им следует искать у первобытных рыболовов-охотников, которые с помощью примитивных снастей умудрялись добывать в Волге огромных щук и судаков.
Прогресс изменил не только окружающую нас природу, но и самого человека. Поморы же умудряются сохранять свою культуру чуть ли не в первозданном виде. Они — аборигены нашего края. Их, как и эскимосов, американских индейцев, нельзя вырывать из среды обитания. Вне ее они не способны существовать. Это в силах понять даже школьник-двоечник. Соответственно, это прекрасно усвоил и тот, кто сегодня устроил травлю поморов. Вот только с какой целью их начали истреблять? Не из кровожадности же. Должно быть логичное объяснение всему. Почему раньше поморы никому не мешали, а взялись за них лишь сейчас? Попробуем во всем этом разобраться. ИХ СЕГОДНЯШНИЙ ОБЛИК Помор сегодня? Это житель побережья Рыбинского моря. Летом он в него выходит на старенькой алюминиевой лодчонке, а зимой катается в поисках рыбы по льду на каракате — усовершенствованной собачьей упряжке. Вскоре после появления мотоцикла поморы научились его приспосабливать к местным условиям. Вместо колес они стали устанавливать на него огромные пневмошины — камеры от какой-нибудь большегрузной машины. В итоге, как говорится, с полпинка получился супервездеход. Он медленно, но верно пробирается по снегу любой толщины. По многим «боевым» качествам превосходит даже современные снегоходы. Например, в отличие от них он не тонет в полынье, может выехать на ледяной панцирь, даже если его отделяют от берега несколько метров открытой воды. Больше полувека ни одному чиновнику в голову не приходило запретить каракатисту выезжать на панцирь Рыбинского моря, впрочем, как и эскимосу — на лед Ледовитого океана. Нынче же произошел прорыв… ОМОНОВЕЦ ИЗ СУГРОБА Едет на своей «рыбинской собачьей упряжке» житель поселка Волжский Георгий Румянцев. Вдруг из-за сугроба выбегают омоновцы с автоматами. Окружили помора, затворы передергивают. Георгий Васильевич думал, что его за какого-то опасного бандита приняли. Оказалось, ошибся. Началась по всему морю охота на каракатистов. Их стали караулить у гаражей, на лесных просеках, на ледовых дорогах. От масштабов операции можно прийти в изумление, если подсчитать периметр и площадь Рыбинского моря. Чтобы перекрыть все, нужны были тысячи и тысячи омоновцев. Поморов почти извели, дав им, правда, маленькую надежду. Пообещали выпускать на лед моря, если они умудрятся зарегистрировать их чудо-вездеходики. КРУГОВОЙ ЗАГОВОР Георгий Румянцев пришел в отдел малой механизации и регистрации транспорта при администрации округа. Там удивились: «Не по адресу, топайте в ГИБДД». Теперь уже Георгий Васильевич пришел в недоумение, потому что днем ранее из той организации его отправили в отдел малой механизации… По этому же кругу не один месяц безуспешно ходили и все остальные рыбинские каракатисты. ГИБДД понять легко. С какой стати там будут регистрировать каракаты, которые двигаются не по проезжей части, а по бездорожью — льду Рыбинского моря, где нет ни светофоров, ни разделительных полос, ни пешеходных переходов? Каракаты поставишь на контроль, в следующий раз тебе и детские санки привезут для этой же цели. НА ЛЕД НЕ ПУСКАТЬ С малой же механизацией вопрос сложнее. Чтобы понять его, надо внимательно прочитать постановление «Верхневолжрыбвода»: «… Запрещены… передвижение не зарегистрированных в установленном порядке внедорожных мотосредств… за исключением транспортных средств рыбодобывающих организаций, органов рыбоохраны…». То есть добывающим рыбу и призванным ее охранять можно транспортные средства не регистрировать. Для местных же жителей, поморов, регистрация, которая не регистрируется, придумана лишь для того, чтобы на лед их не пускать? РАЗРЕШИЛ ПУГАТЬ А кто постановил каракатистов автоматами пугать по периметру Рыбинского моря? — Есть соответствующее постановление губернатора, — объясняет ситуацию межрайонный природоохранный прокурор Олег Виноградов. Чем отличается первобытный охотник от современного хищника-добытчика? Наш предок брал от природы лишь столько, чтобы не нанести ей вред. Нынешние заготовители в Рыбинском море ставят огромное количество сетей, в том числе и с мелкой ячейкой. В такие попадается даже малек. Идет самое настоящее истребление рыбьего поголовья. Никто с этим безобразием должным образом не борется. Каракатисты, как правило, ловят окуня на блесну или мормышку. Много таким способом не поймаешь, но им больше и не нужно, а на них устраивают облавы. ЗАИНТЕРЕСОВАННЫЕ СВИДЕТЕЛИ НЕ НУЖНЫ На Рыбинском море делается бизнес, а местные поморы как свидетели мешают его перевести в хищнические масштабы, когда численность рыбных запасов перестанет пополняться. Они, как первобытные охотники, привыкли брать у природы сегодня лишь то, что действительно им необходимо, чтобы и через сто лет море смогло то же самое подарить и их потомкам. Несколько лет назад с прибывших невесть откуда барж начали сгружать в Рыбинское море грунт с вредоносными компонентами. Местные жители — каракатисты и лодочники — заметили, что в этих местах стала гибнуть рыба. Тучами всплыл на поверхность ерш. СТИХИЙНО СПАСЛИ «Верхневолжрыбвод» бездействовал, природоохранный прокурор молчал, губернатор омоновцам добро не дал, рыбодобывающие организации не забеспокоились. Поморы — местные жители без всякого одобрения сверху установили круглосуточное дежурство, вышли в море на своих лодчонках и не давали сгружать ядовитый грунт с барж. Благодаря их стараниям сегодня в Рыбинском море есть рыба. Хотя ущерб природе, который успели нанести, до сих пор ощутим. Получается, что войну выиграли одни, а плодами победы…
