Интересные люди есть везде. В данном случае на краю земли Ярославской — в Брейтовском районе. В селе Черкасове, что в четырех километрах от райцентра, живет скромный пенсионер Евгений Петрович Гайтан. Наверное, в преддверии Дня России интересно узнать, как в молодости судьба свела его с первым президентом России. Евгений Гайтан и Борис Ельцин были соперниками.
СВЕРДЛОВСК. Конец 50-х годов. На волейбольную площадку выходят две команды — Свердловского политехнического института и Свердловского горно-металлургического техникума. Евгений Гайтан отстаивал спортивную честь техникума. А капитаном студенческой команды был рослый юноша. В течение недели они встречались по три-четыре раза. Игра двух команд всегда проходила остро. Институтская команда, как правило, побеждала. Сказывалась лучшая подготовка. Их капитан успешно играл на блоке и в нападении. Если он в прыжке бил по мячу, посылая его через сетку, то сопернику принять мяч было делом почти безнадежным. Удар у парня получался мощный, а ведь у него на руке не хватало пальца… — А вы знали, что это Борис Ельцин, — перебиваю я рассказ Евгения Гайтана о его спортивных баталиях. — А чего мне было его знать. Сыграли и разошлись. Евгений Петрович потер ладонь, словно ощутил жжение от касания волейбольного мяча. Родом он с Алтая. Гордится, что приходится земляком Василию Шукшину. Ему нравятся его рассказы о простых людях, на которых земля держится. Сам пытался сочинительствовать. Есть что вспомнить, о чем написать. Но до цепкого взгляда редактора его рассказы ни разу не дошли. Сначала уходили в стол, а потом в печку. На растопку не увидевшие свет произведения шли после критики со стороны супруги Валентины Павловны. Почти сорок лет они вместе — не шутка. Теперь водой не разлить. А в молодости было у него скоротечное увлечение молоденькой актрисой, которая, спев про пять минут, стала любимицей всего Советского Союза. Музыкальная комедия режиссера Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь», вышедшая на экраны страны в 1956 году, имела бешеный успех и принесла славу 20-летней Людмиле Гурченко. Куда бы она ни приехала, ее узнавали. Конечно же, запомнился зрителям своей эпизодичной ролью и ленинградский актер Сергей Николаевич Филиппов, ярко и убедительно сыгравший в этом фильме лектора. — Если посмотреть на небо вооруженным глазом, то можно увидеть одну звездочку, две звездочки, три звездочки, а лучше пять звездочек… — эту фразу Сергей Николаевич произносил со знанием дела. На банкете в гостиничном ресторане он доказал, что разбирается в «звездочках». И все-таки в центре внимания публики была легкая, с осиной талией Людмила Гурченко. Посмотреть на нее пришли в ресторан и студенты СГМТ. — Это меня сейчас жизнь согнула. Во всех республиках СССР пришлось поработать. У меня в трудовой книжке сорок четыре записи. И горняком в шахте на добыче сурьмы, и в Одесском морском порту докером, и сверловщиком, и меде-плавильщиком. Трудился в киргизском Мин-Куше на урановом руднике. И даже Брежневу звезды Героя рисовал. Евгений Петрович протянул фотографию, на которой он изображен с кистью в руках возле портрета дорогого Леонида Ильича. С детства у него были художественные задатки. Но развернуться на полную катушку не удалось. Хотя почему нет. На Карагандинском заводе резинотехнических изделий Евгений Гайтан был оформлен слесарем, а фактически почти десять лет являлся главным художником. Кому попало не доверят рисовать портрет генерального секретаря КПСС. Брежнев у Гайтана получился на славу. И две геройские звезды на пиджаке ярко алели. Двухзвездочный генсек был у него спустя двадцать лет после знакомства с Гурченко. Поэтому давайте вернемся в Свердловск конца 50-х годов. Помимо волейбола, баскетбола и спортивного бега Евгений увлекался танцами. Носил пиджак в клетку, брюки в дудочку, ботинки на высоченных каблуках и лихо отплясывал рок-н-ролл. Друзья его прозвали Жаном. Узнав о свердловских гастролях Филиппова и Гурченко, они дружной толпою повалили в ресторан. — Помню, артисты сидели за длинным столом. Наверное, метров десять в длину он был. Вокруг стола полно народу. Всем хочется со знаменитостями пообщаться. Не протолкнуться. Да я и не лез к ним. Потом объявили «белый танец». Дамы приглашают кавалеров. Слышу голос: «Можно вас пригласить». Гурченко сама ко мне подошла. Потанцевали. Поговорили. Евгений сумел произвести на Людмилу хорошее впечатление. Они обменялись адресами. Какое-то время переписывались. Чего теперь гадать, как дальше сложились бы отношения. Гурченко вскоре вышла замуж, и переписка сама собой заглохла. Евгений Петрович закуривает. Курит молча, вороша в памяти былое. Он вновь оживляется, когда заходит разговор о семье. Возвращается к началу фотоальбома, где старинная фотография его деда Кирилла с окладистой бородой. Подражая деду, Евгений Петрович тоже отрастил бороду. Он отдаленно похож на Карла Маркса. А его отец Петр Кириллович на всех фотографиях безбородый. Перебирая родню, доходит до внучки Наташи. В конце 80-х Евгений Петрович и Валентина Павловна обосновались в Черкасове. В 1988 году родилась Наташа. Время это было специфичное — разгар перестройки. Вышел закон СССР «О кооперации». Налоги для начинающих кооператоров были смешные. Кооперативы росли как грибы после дождя. Евгений Петрович Гайтан задумал открыть художественно-оформительский кооператив. В связи с рождением Наташи назвал его «Внучка». Однако развернуться как следует не удалось. Быстро отошла кооператорам масленица. Подкралась денежная реформа, объявленная тогдашним советским премьер-министром Павловым. Следом грянул август 1991 года. На экране телевизора президента СССР Михаила Горбачева потеснил российский президент Борис Ельцин. В нем Евгений Гайтан признал капитана победоносной команды Свердловского политеха, который лихо бил по мячу.
