Восьмого октября в Кировском районном суде Ярославля одного из посетителей, пришедшего узнать о рассмотрении своего иска, заковали в наручники и отправили в сумасшедший дом.
Пенсионера Владимира Царева в судах можно назвать завсегдатаем. Ходит он по ним уже не первый год. Началось все почти десять лет назад, когда Царев, устроившись по объявлению прорабом в фирму «Ярнефтехимсервис» и отработав полгода в Чечне на восстановлении разрушенного города, не получил обещанной зарплаты и командировочных. Судебная тяжба тянулась несколько лет, и в конце концов суд вынес решение об удовлетворении иска и взыскании с «Ярнефтехимсервиса» невы-плаченных рабочим денежных средств. Однако до сих пор истцы не получили ничего. За эти годы Владимир Царев подавал и иски на РЭУ Заволжского района, из-за того что коммунальщики отказывались устранять протечки в его квартире, судился с мэрией Ярославля, требуя пересчитать тарифы по оплате коммунальных услуг. И кстати, во многом с подачи неугомонного Царева некоторые расчеты в оплате услуг коммунальщиков в Ярославле были пересмотрены в сторону уменьшения. В общем, за эти годы прослыл Владимир Аркадьевич человеком неудобным, склочным и скандальным. Что произошло в марте нынешнего года в Заволжском суде Ярославля — не знает никто, кроме судьи Ирины Носковой и самого Владимира Царева. Свидетелей не было. Судья подала жалобу в прокуратуру о том, что Царев оскорбил ее, употребив слово «дрянь». Прокуратура возбудила в отношении Царева уголовное дело по второй части статьи 297 Уголовного кодекса — неуважение к суду. Наказание по этой статье предусматривает либо штраф, либо исправительные работы на срок до пяти месяцев, либо арест до шести месяцев. В ходе расследования этого дела следователь Патрунов потребовал провести психиатрическую экспертизу обвиняемого. Амбулаторное обследование не дало заключения о невменяемости Царева. Тогда прокуратура обратилась в суд с ходатайством о помещении Царева на принудительное психиатрическое обследование в стационар. 2 сентября 2003 года Кировский районный суд Ярославля, рассмотрев это ходатайство прокуратуры, отказал в принудительном помещении Царева в психиатрическую больницу. Прокуратура решение обжаловала в областном суде, и областной суд направил ходатайство на повторное рассмотрение в Кировский суд. После этого суд и вынес решение о принудительном помещении Царева в психбольницу. То, что произошло дальше, весьма похоже на хорошо спланированную акцию захвата опасного преступника. 7 октября Владимир Царев принес в Кировский суд встречный иск на прокуратуру. Судья Рябова исковое заявление приняла, сообщив истцу, что он должен еще представить квитанцию об уплате госпошлины. Договорились, что квитанцию Царев принесет на следующий день. Восьмого октября, едва только пенсионер ступил на крыльцо храма законности, навстречу ему выскочили люди в форме. Через пару минут Царева с закрученными назад руками, закованными в наручники, уже везли по направлению к Загородному саду. Родственники Владимира Аркадьевича больше суток считали его пропавшим без вести, обзванивали морги, милицию и больницы. Свидание с мужем в психбольнице жене разрешили только через три дня. По словам Любови Львовны Царевой, выглядел муж ужасно и с трудом узнал родных. По словам супруги, кто-то из врачей, наблюдавших Владимира Царева, по секрету сообщил ей, что никаких признаков психического заболевания у него не находит. Другой, опять же по секрету, посоветовал как можно быстрее вытаскивать его из больницы, поскольку сильнейшие психотропные препараты могут сказаться необратимыми последствиями. Как сейчас выясняется, Царев даже не был поставлен в известность о решении суда о его принудительной стационарной психиатрической экспертизе. В суде это объясняют недоразумением. На вопрос, почему родственники Царева также не были поставлены в известность ни о решении суда о направлении его на принудительное обследование, ни о его насильственном помещении в психбольницу, прокурор Кировского района Алексей Гришин дал ответ: в этом нет необходимости, Царев — совершеннолетний. В годы перестройки мы наслушались много страшных рассказов о том, как диссидентов, неудобных режиму, морили и уничтожали в психушках, а для тех, у кого не находили явных признаков психического расстройства, изобрели даже диагноз «вялотекущая шизофрения». Похоже, в нашей Ярославской области и при новом режиме хотят возродить эту традицию.
