Десять дней провела в больнице Татьяна Петровна Борздыко, гендиректор охранной фирмы «Пума», после нападения на нее неизвестного преступника, вооруженного ножом. Сейчас Татьяну Борздыко уже выписали, и она снова на своем рабочем месте, несмотря на две перенесенные операции. Первое интервью после покушения она дала нашей газете.
— ТАТЬЯНА Петровна, расскажите, как все произошло? — Тринадцатого октября около семи часов вечера мы с мужем возвращались домой. Мы поднялись на седьмой этаж на лифте. Муж вышел первым и стал открывать решетку, отгораживающую две квартиры, его пропустили, а когда стала выходить я, то из-за стенки лифта выскочил какой-то человек и напал на меня. Света на площадке не было, но горела лампочка за решеткой, поэтому я смогла рассмотреть, что нападавший был в маске из вязаной шапочки серого цвета с желтой и синей полосами, с прорезью в области глаз. Руки у него тоже были чем-то закрыты, видимо, он был в перчатках. Ростом нападавший был чуть выше меня. Сначала я не поняла, что он вооружен ножом, а только почувствовала удары, которые он мне наносил, а следом за этим сильную боль и какое-то бульканье. Я закричала. Муж обернулся, и в это время этот человек ударил его, видимо, все тем же ножом в область переносицы. К счастью, удар пришелся как раз в дужку очков на носу. Стальная оправа разлетелась пополам, а лезвие ножа поранило только кожу. Муж побежал за нападавшим и отставал от него на один лестничный пролет. Убегавший на ходу снимал шапку, но, так как света ни в одном из пролетов не было, мужу так и не удалось рассмотреть ни цвет волос, ни лицо. На улицу из подъезда никто не выбегал, зато в районе третьего этажа хлопнула дверь одной из квартир. Я очень переживала за мужа, потому что мне сразу стало ясно, что вся эта акция была спланирована, ведь кто-то должен был стоять внизу и предупредить о том, что мы поднимаемся в лифте, значит, у нападавшего был сообщник. Я пыталась вызвать милицию по «02», но с мобильного телефона это не получилось. Только тогда я увидела, что у меня кровотечение, и поняла, что это ножевые ранения. Когда прибежал муж и открыл квартиру, мы вызвали милицию и «скорую». По нашему звонку приехали сотрудники вневедомственной охраны и стали проверять квартиры. Что они выяснили, мне неизвестно. На «скорой» меня отвезли в областную больницу. В приемном покое я потеряла сознание от большой кровопотери. — Раны были серьезными? — Нож не достал до легкого 1 миллиметр. Меня оперировал хирург Михаил Траханов, которому я очень благодарна. Операция была эндоскопической. Я очень быстро пошла на поправку, но через неделю понадобилась вторая операция — в ноге образовался тромб из-за кровопотери и переливания крови. — В момент преступления у вас не было оружия или каких-то других средств защиты? — Я имею право на ношение оружия, но в тот момент при мне ничего не было. — Сейчас вас охраняют? — Еще в больнице ко мне была приставлена круглосуточная вооруженная охрана. И сейчас меня продолжают охранять. Это не дешевое удовольствие, но пока преступник и заказчик не будут найдены, эта мера вынужденная. — Как продвигается следствие по вашему делу? — 17 октября ко мне в больницу пришел мужчина и представился следователем Заволжского РОВД. Я попросила его предъявить удостоверение, чем вызвала большое неудовольствие с его стороны. Удостоверение он показал издалека, фамилию я не рассмотрела. Он кричал на меня: «Почему мне бьет по башке областная прокуратура? Почему газеты пишут, что милиция ничего не делает?» Затем спросил полную дату моего рождения. Меня пригласили на перевязку, он вышел в коридор с моим мужем, где предложил мужу в частном порядке встретиться с представителем криминала и попросить его найти преступника, после чего следователь произведет все необходимые процессуальные действия. Со мной лично он так и не побеседовал. До настоящего времени я так и не допрошена и ничего не знаю о ходе следствия, ведется ли оно вообще. — И что вы намерены в связи с этим предпринять? — Я уже написала заявление на имя начальника УВД области и прокурора области, где прошу решить вопрос о передаче уголовного дела из Заволжского РОВД в УВД Ярославской области для расследования. Но кроме этого союз частных охранных предприятий Ярославской области «Сплав», в который входят 6 охранных фирм, написал обращение в те же инстанции, где выражается особая озабоченность тем, что следователь предлагал моему мужу обратиться в криминальные структуры, так как наша деятельность осуществляется строго в рамках закона и во взаимодействии с правоохранительными органами. А также тем, что меня до сих пор не допросили об обстоятельствах и возможных мотивах совершенного преступления.
