По решению Кировского суда Ярославля, с усердием, исполненным судебными приставами, у пенсионерки отняли всю пенсию, оставив без средств к существованию.
ПРОВЕРЬ ВСЕ На дверях при выходе из квартиры у Эммы Николаевны Карапетян с некоторых пор висит табличка с крупной надписью «Проверь все!». Написала и прикрепила строгое напоминание не так давно Эмма Николаевна себе сама. Уже более пятнадцати лет она на пенсии. Трудовой стаж 45 лет, и пособие по старости после последнего повышения максимальное — 2200 рублей. Правда, и этого только-только хватает на еду, оплату квартиры и самое необходимое. Одеждой Эмма Николаевна запаслась, еще пока работала сама и пока был жив муж. Сейчас она очень хвалит себя за такую предусмотрительность. А иначе бы пришлось совсем туго — все имеющиеся небольшие сбережения за последние годы ушли на лекарства. Без них при ее сахарном диабете и других сопутствующих заболеваниях, определивших Эмму Николаевну на вторую группу инвалидности, не обойтись. Когда четыре года назад умер муж, ветеран войны, с которым душа в душу прожили более трети века, отдушиной для Эммы Николаевны стала общественная работа в совете ветеранов. И в общем, несмотря на болячки и утраты, осень жизни своей Эмма Николаевна могла бы назвать если не счастливой, то устроенной и благополучной. Если бы не допущенная ею летом прошлого года небольшая оплошность, обернувшаяся нескончаемой чередой переживаний и унижений. НЕХОРОШАЯ КВАРТИРА Несколько лет назад квартиру этажом ниже той, в которой живет Эмма Николаевна, купил денежный человек Карманов. Квартира когда-то была пятикомнатной коммуналкой. Приобретя бывшую коммуналку, новорусская семья занялась евроремонтом. На месте спальной комнаты, как раз под спальней Эммы Николаевны, обустроили кухню, правда, не потрудившись сделать в ней вытяжную вентиляцию. Так что теперь, даже не вставая с кровати, Эмма Николаевна всегда может насладиться запахами соседской трапезы. Бывшая кухня и ванная в нижней квартире были переоборудованы в гостиную, туалет переделан в прихожую. А ванную новые соседи устроили на месте общей лестничной площадки в десять квадратных метров, конечно, предварительно присоединив место общего пользования к собственной жилплощади. После этого ходить по лестнице стало возможно только бочком. Но соседи — люди простые, а потому терпели. Неприятность, обернувшаяся для Эммы Николаевны настоящей бедой, случилась 25 июня 2002 года. Вернувшись жарким летним днем с дачи, она прошла в ванную умыться. Вода из крана не текла. В это время зазвонил телефон. Эмма Николаевна поспешила на звонок. А потом спустилась во двор полить поникшие от жары цветы. На все ушло минут двадцать. В это время дали воду, которая, наполнив ванну, потекла через край. Перекрытия в доме семидесятилетней давности деревянные, гидроизоляции никакой, а потому вода беспрепятственно просочилась этажом ниже, и на дорогих импортных потолочных обоях в квартире Кармановых расплылось некрасивое пятно. В какие выражения облекли свое негодование богатые соседи Эммы Николаевны, появившиеся в своей квартире через два дня, мы здесь передавать не будем. Хотя бы потому, что сами их не слышали. Но, по словам Эммы Николаевны, с тех пор ни одна встреча с мужем и женой Кармановыми не обходится без оскорблений. «Свинья, неряха», — это еще не худшее из того, что она слышит. Регулярно следуют обещания «засадить в психушку», а также требования: «Продавай квартиру и оплачивай нам ремонт». ЧТО ЗА КОМИССИЯ, СОЗДАТЕЛЬ? 27 июня Кармановы вызвали комиссию из линейного участка ДЕЗа, которая составила акт по факту промочки. Эмму Николаевну пригласили в нижнюю квартиру, когда уже документ был составлен, и с ходу предложили его подписать. Карапетян подписывать акт, оформленный в ее отсутствие, поначалу отказалась. Бизнесмен, услышав такое, буквально вытолкал женщину из своей квартиры. Постояв в раздумье, Эмма Николаевна решила все же хотя бы прочитать акт и нажала звонок соседской квартиры. Дверь распахнул Карманов. Не успела пенсионерка и слово промолвить, как последовал сильнейший толчок в грудь, и она упала навзничь, сильно ударившись о бетонный пол затылком и спиной. Приехавшая «скорая» увезла пожилую женщину в травмпункт. Там зафиксировали телесные повреждения — ссадину локтя и бедра, гематому на затылке. Сильно подскочило давление. Медики предлагали Эмме Николаевне остаться в стационаре, но она отпросилась домой. В основном из-за того, что второпях даже не успела как следует запереть квартиру. УЧАСТКОВЫЙ БЛЮМКИН В тот же вечер ее посетил участковый Блюмкин. Сведения о нанесении побоев поступили из травмпункта в милицию, пояснил страж порядка, а потому нужно провести расследование. Эмма Николаевна рассказала, как все было, и по совету участкового написала заявление в прокуратуру. Но спустя пару дней тот же Блюмкин принес Карапетян отказ в возбуждении против Карманова уголовного дела «ввиду отсутствия в его действиях состава преступления». Оказывается, Юрий Петрович Карманов рассказал свою версию: Карапетян на его глазах сама «медленно села на пол и легла на спину», а затем стала звать на помощь. По мнению супругов Кармановых, которому и было оказано завидное доверие, пенсионерка симулировала падение, чтобы не платить за промочку. Версию Кармановых подтвердила и работница ДЕЗа Панфилова, которая во время случившегося сидела за столом в квартире Кармановых вместе с хозяйкой. Откуда у Эммы Николаевны ушибы и ссадины, докапываться никто не стал. СУД ДА ДЕЛО Суд по иску супругов Кармановых к Эмме Николаевне Карапетян о возмещении причиненного ущерба состоялся 26 мая 2003 года. Судья Кировского районного суда Светлана Рябова, учитывая возраст ответчицы — 72 года, материальное положение и состояние здоровья, вынесла решение. С ее точки зрения, гуманное и справедливое: взыскать с инвалида и пенсионерки в пользу новорусских соседей на оклейку подмоченного потолка 8 тысяч рублей. Через некоторое время квартиру Эммы Николаевны посетили судебные приставы с целью описи имущества. Но описывать оказалось нечего. Мебель брежневских времен, пару хрустальных вазочек и нехитрую бытовую технику советского производства служители закона оценили как неликвидное барахло. Но вот в середине октября Эмма Николаевна отправилась в Сбербанк получать пенсию, которую переводила на сберкнижку. С прошлого месяца она сэкономила 800 рублей. С учетом новых поступлений должно было набежать три тысячи. Половину из них Эмма Николаевна собиралась отдать за хорошее импортное лекарство. И каково же было услышать сообщение, что на ее счете в Сбербанке ровно… 50 копеек. Три тысячи подчистую было снято по судебному постановлению. ВМЕСТО ЭПИЛОГА Эмма Николаевна не рухнула в обморок, не забилась в истерике. Тихо пережив шок, пошла по знакомым и родственникам занимать деньги на жизнь. Такие же пенсионеры, как и она, одолжили кто по десятке, кто по сотне. Правда, многие при этом попросили долг когда-нибудь вернуть. От лекарства, которое она так ждала, пришлось отказаться. Но в общем-то перенесла эту неприятность Эмма Николаевна стоически. Правда, сейчас корит себя за то, что слишком понадеялась на справедливость суда. Уже после судебного разбирательства опытные люди подсказали, что надо было самой обратиться в независимую экспертизу за оценкой причиненного соседям ущерба. Она так и сделала. И сумма ущерба оказалась в три раза меньше той, что была заявлена в иске Кармановых. Но самый гуманный суд отказался принимать этот документ.







