Царством Берендея называют жители южной окраины правобережного Тутаева улицы Волжскую набережную, Среднюю, Благовещенскую, где уже длительное время не действует уличное освещение, не расчищается снег на дорогах.
И людям, и машинам все труднее пробираться сюда и отсюда в город. К плотно стоящим домам на улице Благовещенской не подъехать в случае беды ни «скорой помощи», ни пожарной машине. Не выезжает в этот забытый властями край по вызову и спасительное такси, а расстояние до магазинов, рынков, предприятий и организаций измеряется в километрах, при этом надо преодолеть крутую гору. На чем только не приходилось мне ездить за сорок лет работы в районной газете, начиная от «Волги» и кончая водовозкой и ассенизаторской машиной. А на днях, уже в XXI веке, утром до работы была с шиком доставлена на… катафалке, но с большим опозданием. Не меньше часа ушло у нас с мужем на то, чтобы выбраться на своей «иномарке» — «Запорожце» — по сугробам с Благовещенской улицы на Волжскую набережную. Если бы не помощь соседа с лопатой, разгребавшего тропинку к своему дому, проторчали бы там еще дольше. А вот подняться в город по улице Донской легковушке было явно не под силу. «Жигули», «Москвич», «Запорожец» попеременно взбирались по нерасчищенному от снега взвозу, иногда до самого верха, но, забуксовав на скрытом под снегом льду, медленно пятились назад до самого берега, чтобы вновь и вновь штурмовать неприступную гору. Прошло еще с полчаса, и тут как нельзя кстати на берегу нарисовался узнаваемый, с розовыми занавесочками автобус, слава Богу, без скорбного груза. Муж отгоняет машину назад в гараж, а я пересаживаюсь в катафалк. Автобусу, хоть его и заносит то влево, то вправо, все же пока под силу подъем, который никак не могут одолеть легковушки. А в городе та же беда. Хотя, по уверению директора департамента ЖКХ Павла Васильевича Лопаткина, на расчистку снега брошена вся имеющаяся у ООО «Фонд «Экономическая инициатива» и МУП «Коммунсервис» техника, многие улицы не расчищены, машины буксуют в самом центре города. Русская зима опять застала Тутаев врасплох.
