Только песня остается с человеком

— Я не только не мечтал петь, но, напротив, всегда категорически этому сопротивлялся. В детстве мама меня записала в хор мальчиков Дзержинского района, так я полгода проходил и сбежал, — начал рассказывать о себе солист хора Вадим Лузанов. — И теперь мама меня спрашивает: «Ну почему, почему, Вадим, ты в детстве отказывался петь, а сейчас в любую погоду два-три раза в неделю мчишься на репетицию своего народного хора?» Вадим маме этого объяснить не может.

— И ВСЕ-ТАКИ, как ваши родные, ваши семьи относятся к тому, что вечерами уезжаете на репетиции, вместо того чтобы щи варить, уроки у детей проверять? А еще время от времени на фестивали уезжаете?! — А родные к этому уже привыкли за столько-то лет, — хором отвечают мне участники хора. — Они не только не против наших постоянных репетиций, но, можно сказать, выгоняют нас на них. Да мы и семьями все дружим, праздники вместе отмечаем. — Я когда дома вечером остаюсь, меня домашние всегда спрашивают: «А у тебя сегодня репетиции, случайно, нет?», — рассказывает другой солист хора Николай Головин. — А меня, например, всегда поторапливают: не опоздай, тебе уже пора собираться и выезжать, — смеется Тамара Зверева. Хор завода дизельной аппаратуры существует уже семнадцать лет. Правильнее, наверное, будет сказать, существовал. Потому что судьба хора сейчас под большим вопросом. Новая генеральная линия завода дизельной аппаратуры вовсе не предполагает на предприятии наличия никаких хоров, так же, как спортивных клубов, яхт-клубов и прочего обременительного культбыта. И ПОШЛА О НАС МОЛВА: ХОР РОДИЛ ЯЗДА Первая репетиция хора состоялась 3 февраля 1987 года. А 12 апреля коллектив русской песни «Мария» — он тогда так назывался — принял участие в смотре заводской самодеятельности. В 1993 году хор принял участие в фестивале хоров Ярославской области. Затем Ялта, где выступил в заключительном концерте музыки народов Крыма. И пошло-поехало… Практически каждый год хор куда-то выезжал и всегда привозил награды и дипломы с многочисленных фестивалей народных хоров — из Липецка, Архангельска, Пензы, да и из многих других городов России. Хор принимал участие в съемках голливудского фильма «Бегущий по льду», фольклорной программы для Интервидения, выступал в концертах с участием Азизы, группы «Комбинация», Татьяны Овсиенко, в программах Геннадия Заволокина «Играй, гармонь!». Но самыми главными концертами хора все-таки оставались выступления на заводских праздниках, гуляниях в Заволжском микрорайоне, на Днях города Ярославля. И все семнадцать лет хором бессменно руководит Мария Яковлевна Яковлева. В начале 1987 года ее пригласили на завод дизельной аппаратуры, чтобы создать народный хор. Выпускница Горьковской консерватории, Яковлева, долгие годы преподававшая в Ярославском культпросветучилище, буквально загорелась этой идеей. Мария Яковлева сама пишет и слова, и музыку, делает оранжировки и, несмотря на свой возраст — а ей уже 67 лет, энергична, бодра и полна творческих идей. Хор — это ее любимое детище. Это о сыне она говорит вскользь, а вот о хоре может рассказывать часами, если ее не остановить, конечно. И людей для хора она подыскивала сама. Вот Вадима, который в детстве из хора мальчиков сбежал, она увидела — точнее, услышала — впервые в заводской столовой: встала за ним в очереди и попросила поднос передать. Он ей буквально одну фразу сказал, а она тут же вцепилась: — Молодой человек, у вас голос такой, что вы петь можете. Не хотите попробовать? Вадим, тогда технолог цеха стальных деталей, сам не зная почему, согласился прийти посмотреть, послушать. Пришел — и остался. Сейчас он работает инженером на моторном заводе, но без хора себя не мыслит. Также не мыслят себя без хора и другие его участники. Сначала в хоре было 35 человек, сейчас осталось 25. Если раньше их объединял и завод, и песня, то сейчас только песня. Одни вышли на пенсию, другие ушли с завода, когда он начал разваливаться. НОВОЕ ВРЕМЯ, НОВЫЕ ПЕСНИ Руководство завода, занимающееся сейчас слиянием двух предприятий — завода дизельной и завода топливной аппаратуры — однозначно решило, что хор им не нужен. Нужен бизнес. Деньги надо делать, а не песни распевать. Примерно так звучали объяснения заместителя генерального директора по общим вопросам Вячеслава Ручкинова. — Но ведь к праздникам нужны концерты? — А при чем тут хор? Мы любую звезду заказать из Москвы можем. И заказываем. Дешевок не берем, менее восьми тысяч долларов не опускаемся. — Ничего себе, — удивляюсь я. — Хор, который вам обходится в две тысячи рублей в месяц, завод содержать не может, а такие деньги за заезжих звезд выкладываете без проблем. — Поймите, дело не в деньгах, а в принципиальной позиции — не нужен заводу хор, — говорит Ручкинов. — А это чья принципиальная позиция: генерального директора Коромыслова, «Русь- промавто» или ваша? — не унимаюсь я. — Наша общая. С господином Коромысловым поговорить мне не удалось — не допустили. Это, мол, несерьезно, если генеральный еще проблемами хора заниматься будет, сказали мне, когда я пыталась договориться о встрече с ним. А почему не-серьезно, я так и не поняла. А вот прежнего директора Кузнецова участники хора вспоминают с большой теплотой, говорят, что он любил хор: «Как-то раз нас даже на своей машине подвозил», — с гордостью вспоминали ветераны хора. Алексей Николаевич Коромыслов — человек приезжий, из Нижнего Новгорода, даже семью в Ярославль до сих пор не перевез. Так ему, наверное, и дела нет до наших ярославских традиций, и уж тем более до того, что в Ярославле хор завода ЯЗДА любим и почитаем. Но участники хора тоже не могут понять, почему тот заводу помешал: — Мы же все семнадцать лет бесплатно поем, завод не разоряем, никогда ничего не просили, — говорит ведущий солист хора Вячеслав Крылов. Ставок было всего две: для руководителя хора 1200 рублей в месяц и для баяниста 900 рублей в месяц. Молодой баянист Олег Косоуров, как и Мария Яковлева, тоже выпускник Горьковской консерватории. Все остальные поют, разумеется, на общественных началах, только поездки на фестивали завод раньше оплачивал. — А мы уже не можем не петь. Если два раза в неделю рот не пооткрываем, просто больными делаемся, — смеются ветераны хора. Им сложно понять, почему раньше хор был нужен, а теперь не нужен заводу. А ведь как было замечательно, когда хор выступал во время обеденных перерывов. Настроение и производительность сразу поднимались. ВЫКИДЫВАЮТ МУСОР Сказать, что хор с завода выкинули, будет не совсем верно. Потому что его на самом заводе как бы и не было. То ли в связи со строгой пропускной системой, то ли в силу каких-то других обстоятельств своего, даже крошечного помещения на заводе у хора не было. Все семнадцать лет репетируют они в танцевальном классе гимназии N 3 (бывшая школа N 63) в Заволжском районе. И спасибо Ирине Александровне Василенко, директору гимназии, за то, что она не отказывает им в помещении. А концертные костюмы и обувь хранятся дома у активистов хора. Конечно, среди участников хора есть уже и пенсионеры, которые всю жизнь проработали на ЯЗДА, но есть и молодые, как Ирина Мохова или уже упоминавшийся Вадим Лузанов. Нравится им петь и с удовольствием ездят на репетиции. Вячеслав Ручкинов на эти доводы разводит руками: если им нравится петь, пусть и поют, а завод при чем?! — Так ведь они не просто поют, они же еще и выступать хотят, на фестивали ездить, — возмущается Ручкинов. На мои попытки объяснить, что это нормальная потребность людей творческих, Ручкинов лишь отмахивался и твердил одно: нужно делать бизнес, нужно увеличивать заработную плату рабочим, нужно… Напоминать ему слова Экзюпери о том, что мы в ответе за тех, кого приручили, смысла не имело. Единственное, сказал Ручкинов, на что хор может надеяться, так это на то, что в ближайшем будущем кинотеатр «Аврора» планируется перепрофилировать в дом культуры, вот ему готовый хор, да еще профессионально подготовленный, может, и будет нужен. Но этим, по словам Ручкинова, пусть занимается администрация Заволжского района, а никак не завод. Вот такая грустная история про замечательный коллектив, который оказался никому не нужен. Кому станет легче от того, что 25 человек, которые сейчас с удовольствием поют, не будут знать, чем занять себя вечерами. И какой смысл в создании всевозможных фондов по борьбе с наркотиками, если мы сами разрушаем то, что создано. А разрушать ведь не строить, к тому же у нас в обществе это уже отлично получается. P.S. Кстати, сэкономив на хоре жалкие копейки, новый генеральный завода дизельной аппаратуры обзавелся — в целях сбережения, конечно, — то ли 13, то ли 14 заместителями, не считая главбуха, главного инженера и массы советников и помощников. И все, надо полагать, с весьма нехилыми зарплатами. Ведь когда-то прежний генеральный ЯЗТА, слившегося сейчас с ЯЗДА, получал 300 тысяч рублей в месяц. Думаю, новое руководство не только не отстало, но и давно его обошло. На снимке: хор завода дизельной аппаратуры.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page

Переход по сообщениям