— Чтобы обеспечить альтернативность президентских выборов, мы собираем подписи за Ирину Мацуовну Хакамаду. Вы не хотели бы подписаться? — произнесла я заученную фразу. — Нет, только не за Хакамаду!- Что ж, извините!Ничего другого я и не ожидала услышать…
НЕДЕЛЮ назад мне позвонила подруга: — Слушай, ты не хочешь заработать денег? — Кто же не хочет! А что надо делать? — Да ерунда! Надо собирать подписи за Хакамаду. Конечно, я согласилась. Мне казалось, что грех отказываться от дармовых денег. Как я ошибалась! Простояв в избиркоме огромную очередь из таких же желающих подработать на политике, мы наконец подошли к консультанту, который быстро стал объяснять, как заполнять бланки: чтобы подпись считалась действительной, надо вписать имя (полностью), год рождения, паспортные данные, адрес, роспись и дату сотворенного. Плюс нужно запомнить множество разных нюансов: например, каждый бланк должен быть заполнен одной рукой, исключая, конечно, роспись голосующего. Выдают четыре бланка — по десять подписей в каждом. За каждую действительную подпись обещали заплатить по 25 рублей, то есть 1000 рублей за 40 подписей. Собрав подписи у всех родственников и друзей, достигших 18 лет, я задумалась, что делать дальше. Опять выручила сообразительная подруга: давай, мол, ходить по подъездам и приставать к гражданам. Подписей я набрала немного, поэтому план мне понравился. Обойдя один подъезд (это заняло примерно час), я сагитировала подписаться за Хакамаду троих представителей электората. В среднем так и получалось: за час 2 — 3 подписи. Тут бы и бросить все это к чертовой бабушке — ведь сбор подписей занимал у меня все свободное время, но мамина установка, которая осталась еще с детства — «доведи начатое дело до конца!» — сработала вновь, и я с горем пополам набрала 40 подписей. Граждане обычно говорили: — За кого собираете? За Путина? Нет, за Хакамаду я голосовать не буду! — Вы не отдаете свой голос, а только подписываетесь! Просто Хакамаде надо набрать два миллиона подписей, чтобы выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах. — Нет, извините, все равно не буду! Это в лучшем случае, это вежливо — чаще просто посылали. Что меня больше всего удивило, так это то, что наши граждане совершенно не осведомлены в политике. Изначально мы предлагали подписаться за кандидата от СПС (потому, что фамилию Хакамада люди воспринимали как «Развалюстранухина»!), на что практически все спрашивали: — Это за Путина, что ли? — Нет, за Хакамаду. — С ума, что ли, сошли! — и с грохотом захлопывали дверь. Если честно, я не понимаю, почему Ирину Мацуовну так не любят! Умная, приятная женщина. Когда я собирала подписи, все были уверены, что у них собирают голоса, и не хотели их отдавать. Подписывались только молодые люди или совсем пожилые: «А кто такой этот ваш Хакамад?» Пожилых почему-то особенно пугало, что у них спрашивают паспортные данные: а вдруг придут энкавэдэшники и заберут! Одна бабулька даже пыталась выведать у меня мой адрес: «Если что, я скажу, что ты заставила!» Представляете, что пришлось мне вытерпеть, собирая эти дурацкие подписи! И все же меня грела мысль, что за эти труды я получу денежное вознаграждение, пусть небольшое, но тыща на дороге не валяется. 1 февраля получали зарплату сборщики подписей, чьи фамилии начинаются на буквы от А до К, остальные — 2-го. Простояв опять же огромную очередь, я подошла к девушке, которая сказала, что все мои 40 подписей признали недействительными(?!). — Почему! — заголосила я на весь офис. — Они не поддельные, я все делала по инструкции! Где мои деньги? — Извините, я сама здесь работаю первый день. Ваши бланки вернулись из Москвы забракованными: мы не знаем, почему подписи являются недействительными. А рядом уже раздавались вопли возмущенной женщины: — Я работала не за 12 рублей, а за 25! Вот новости: оказалось, что таксу снизили — за подпись стали платить в два раза меньше, чем обещали! Господи, мы ж не по любви — мы за деньги работали! Мы ж добросовестно… Когда же это кончится? Когда же нас перестанут обманывать всяческие аферисты? Нет мочи терпеть! Ну просто нет!
