Этих забавных зверюшек свинками назвали испанские завоеватели, когда проникли в Южную Америку. Они, толстенькие и коротконогие, действительно напоминают поросят.
ИНКИ держали их ради забавы. Возможно, существовал какой-то культ этих зверьков, потому что на кладбищах инков обнаружены бальзамированные трупики кавий — разновидность данного животного. Кроме того, инки употребляли в пищу мясо этих зверьков, предварительно откармливая их. Так как эти свинки прибыли в Европу из-за моря, то поначалу назывались «заморскими». Потом слово «заморские» изменилось на «морские». Так их и зовут сейчас повсюду. Следуя примеру местного населения, некоторые мореплаватели древности тоже стали употреблять морских свинок в пищу, беря их с данной целью в дальние плавания. Аборигены Перу, Эквадора едят свинок до сих пор, как китайцы собак, французы лягушек, а японцы змей. О вкусах, как говорится, не спорят. Но в России, в частности в Ярославской области, случаи подобного свиноедства не зафиксированы, несмотря на то что российские бомжи сегодня не брезгуют, как говорят, ни кошками нашими, ни собаками в поисках пропитания. Дело в том, что добыть бомжам лакомую свинку просто негде. В Ярославле их разводят только в одном месте — городской станции юных натуралистов. Как рассказала нам заведующая живым уголком Наталья Викторовна Пашутина, морская свинка — это животное хобби-класса. Ее держат для души и сердца. Эти свинки быстро привыкают к хозяину, приветствуют его радостным хлюпаньем и хрюканьем. Умеют даже плакать от обиды. Разводить их на продажу не выгодно: породистые стоят очень дорого, беременность самки длится 2 месяца, потом потомство нужно кормить месяц, так что вся предполагаемая прибыль от такого бизнеса уйдет на корм. В живом уголке станции сейчас проживают 20 этих милых доверчивых существ, за которыми с любовью ухаживают ярославские ребятишки. Юные натуралисты занимаются селекцией, пытаясь вывести утерянную породу свинок — русско-гималайскую, отличительной особенностью которой является белый окрас. И первый альбинос Наполеон уже здесь растет.







