Проведение фестиваля «Живая старина» в Ростове Великом стало доброй традицией. Традиционно же праздник продолжили в Ярославской филармонии.
Музыканты, преуспевшие в возрождении рус- ской средневековой музыки, съехались со всех уголков России: из Москвы, Санкт-Петербурга, Владимира, Вологды, Нерехты и даже Урала, прихватив с собой гусли, колесные лиры, гудки и рожки. Сразу разделились на поклонников гусляра Садко и пастушка Леля. Кому была милей старинная казачья песня, кому песнопения перехожих калик — нищенствующих богатырей, кому былины странствующих гусляров. Почетными гостями фестиваля были два ведущих народных коллектива с двадцатилетней историей: ансамбль древнерусской музыки и народной импровизации» Русичи» из Москвы и «Нерехтские рожечники». Выглядели «Русичи» колоритно — все как один богатырского телосложения, в домотканых портах и рубахах, на которые были натянуты декоративные кольчуги из бересты, увешанные оберегами, у одного на шее даже подкова висела. Многие из «Русичей» — музыканты, актеры. Один из них снимался в сериале «Следствие ведет Евлампия Романова» в роли доктора, еще несколько — в рекламе, где богатыри угощали Змея Горыныча холодным пивом. Ансамбль рожечников — единственный в России. Руководитель его — Геннадий Киселев — профессиональный музыкант, саксофонист. Рожок — это для души. Геннадий мечтает создать академию русского рожка, чтобы рожечники подобно волынщикам могли выходить на площадь по сто человек. Но для этого требуется не только благословение святых отцов, но и спонсоры. А вообще народу в филармонии собралось мало, что не удивительно: ценителей подобной музыки можно по пальцам перечесть. Зато на тех, кто собрался, было любо-дорого посмотреть: многие в платочках, юбках до пят, с благоговейными, постными лицами. Могли бы повеселей глядеть, да песни звучали все грустные, за упокой. Мирские люди вроде меня уходили с концерта с дурным настроением: вспомнились слова из песни: «Я боюсь, что сыт по горло древнерусской тоской». Вот это оно и есть.
