Начались осенние дожди, и люди забили тревогу: на потолках в квартирах появились промочки, а это значит, что надежной крыши над головой нет. В течение всего лета пенсионер Юрий Митрофанов ходил в контору МП «Жилсервис», интересовался, почему дырявую крышу на их доме N 43 по улице Фрунзе в Ростове не ремонтируют.
Ему отвечали по-разному: нет денег либо нет необходимых строительных материалов. И обещали, что как только деньги или материалы поступят, ремонт крыши будет произведен. А потом ответили по-новому: «Вашего дома нет в плане на этот месяц». Юрий Николаевич понял, что ждать уже больше нечего и написал письмо в редакцию «ЗК». Мы вместе осмотрели квартиру Митро- фанова. — Вот, — показывает он на штабеля потолочной плитки и рулоны обоев, — припас, чтобы сделать в квартире ремонт, но не приступаю потому, что крыша над нами ненадежная. С братом поднялись на чердак, стали подсовывать рубероид в том месте, где вода течет на балку, поддерживающую крышу, а с нее по стене в комнату. Тронул балку, а она, как бумажная, проминается под рукой. Еще бы, года четыре не просыхает, если не больше. Пригласил Митрофанов и на чердак. Поднялись по крутой и узкой, словно в старинном храме, лесенке, и глазам открылась картина многолетней борьбы с осадками под крышей: изогнутые огромные листы железа и противни, основательно проржавевшие, но еще не худые. Местами видны следы ночного дождя. На первый взгляд, в целом крыша вроде бы ничего, нормальная. Но в одном месте просвет такой, что даже не стоки, а прямые струи дождя попадают на чердачный настил. Кроме того, повсюду, где кровля примыкает к печным трубам и к разделительной стене, видно небо. Все уголки на чердаке мы осматривать не стали, но и по фрагментам понятно: нужен ремонт. Дом, построенный в середине ХIХ века, последний раз ремонтировали в 1975 году. То был выборочный капитальный ремонт. Сплошной делать городские власти посчитали нецелесообразным. Объяснили жильцам, что дом этот пора сносить и строить на его месте новый. По этой же причине было отказано и в подводке к нему водопровода с канализацией, хотя работы по их прокладке велись, можно сказать, под окнами дома. Обнадеженные квартиросъемщики согласились потерпеть, подождать переселения в благоустроенные квартиры. Но не прошло и десяти лет, как нагрянула комиссия и, осмотрев дом, порадовала: он еще довольно крепкий — пусть стоит. Да и сносить его нет никакого смысла: рядом — памятник архитектуры ХIХ века, его трогать нельзя, а на месте одного только 43-го новый дом не построишь. Деревянный с мезонином — памятник, а каменный двух-этажный и тоже позапрошлого века — нет. Однако! Когда-то в каменном, по свидетельству Митрофанова, располагалось шпагатное производство, а угловой деревянный изначально был жилым домом. Но дело не в этом. До сих пор к деревянному со стороны властей и коммунальных служб отношение лучше, более бережное, что ли. Соседи сами это признают. Взять, к примеру, хотя бы тот факт, что в соседнем, через общий двор, деревянном доме в этом году туалет отремонтировали с учетом вывоза фекалий автоцистерной. А в каменном, сколько его жильцы ни жалуются, туалет привести в порядок коммунальщики не хотят. Хотя из него через разрушенную на уровне фундамента капитальную стену фекалии много лет протекают под квартиры первого этажа. От этого, а также оттого, что изоляция фундамента давно нарушена, сырость по стенам поднимается в квартирах до потолка, гниют рамы окон, полы… — Даже угол дома разрушился от сырости, — говорит проживающая в квартире N 2 одинокая пенсионерка Галина Урбах. — Сама замазывала, чтоб еще больше не обвалился. А в квартире вот, сами посмотрите… И она отогнула висящий на стене большой ковер, под которым обнаружились огромные мокрые пятна на обоях. Именно мокрые, а не разводы после сырости. — И вонь. Вы, наверное, обратили внимание? И это еще ничего, так как входная дверь в коридор с улицы открыта. Еще Галина Николаевна показала следы весеннего ремонта, проделанного спецами «Жилсервиса». За лето так и не просохла штукатурка, которой заделали изъяны на стене в общем коридоре. Выгребную яму, оказывается, тоже не обошли вниманием. И она со следами обновления. — Отремонтировали все же?! — Да нет, — охладили мою преждевременную радость собеседники, — только положили сверху один ряд кирпичей, чтобы фекалии не растекались по двору, и все. Их не вывозят, объясняют, что откачать невозможно, яма для автоцистерны не приспособлена, а вручную никто такую работу выполнять не берется. Наконец я услышал мнение, что никто и не будет в их доме делать ремонт, пока жильцы не погасят долги по квартплате. Значит, есть и такие? — Есть, — соглашаются и Митрофанов, и Урбах. В доме всего восемь квартир. Половина из них приватизирована. За коммунальные услуги платят менее половины жильцов. Большинство не платит потому, что не имеют работы, а Галина Николаевна, например, из принципа. — Почему я должна платить, — возмущается она, — если жэковские делать ничего не хотят. В конце 2002 года на нее за неуплату МУ «Служба заказчика» подало в суд. Судились до апреля следующего года. В итоге иск был отозван. — Они просто поняли, что не правы, — утверждает Галина Николаевна. — За воду и вывоз мусора я плачу. А за что еще они хотели бы с меня получать?! За туалет, который с некоторых пор у меня под полом? Кстати, там, на суде, представитель МУ «Служба заказчика» заявил, что якобы крыша дома N 43 отремонтирована, произведена замена на новый шифер на площади аж 200 квадратных метров. Естественно, это известие шокировало жильцов. — Действительно, в позапрошлом году, — признал Юрий Митрофанов, — ремонт делали. Но какой?! В двух или трех местах подлатали, да и только. А отчитались, выходит, за всю крышу целиком. Покидая старинный, с красными толстыми кирпичными, но уже не совсем надежными стенами дом, я взглянул на его крышу издали. И увидел пару новых шиферных листов, ярко выделяющихся на фоне ржавой, темной кровли, латавшейся и ранее самими жильцами. И это ремонт? Это все, что сделали спецы из «Жилсервиса» за неделю в позапрошлом или, может быть, прошлом году. А отчитались за ударный труд по-ударному. И теперь, надо полагать, не скоро в их планах появится кровля дома N 43 по улице Фрунзе. Интересно только, а проверяет ли кто-нибудь сдаваемые после ремонта объекты ЖКХ? Может быть, где-то еще все проделано лишь на бумаге? Наверное, «Службе заказчика» следует не только старушек за квартплату трясти, но и на объемы и качество ремонтных работ более пристально посмотреть. И деньги будут целее, и толку больше.
