Пострадавшим было что скрывать

Событие, произошедшее в поселке Заречный Ростовского района, никак нельзя отнести к разряду случайных. Оно стало закономерной развязкой сложных, до предела обостренных отношений между супругами Ивановыми, проживающими в Мытищах Московской области.

Ирина значительно моложе Алексея Николаевича, но они оба до встречи друг с другом уже побывали в браке, имели детей. Оба достаточно образованны, имеют неплохую по нынешним временам работу и соответствующий доход. А значит, и определенную независимость друг от друга. Ирина, похоже, пользовалась ею при каждом удобном случае. Вот и последняя поездка на турецкий курорт не обошлась без знакомства с одним интересным парнем. Их встречи продолжались и после возвращения в Россию. До Алексея Николаевича долетали слухи об изменах жены. А еще как-то случайно в дневнике дочери он прочел, что мама встречается с неким Сашей из Ярославля и даже несколько раз ездила туда к нему. И вот однажды обманутый супруг решил сам спровоцировать встречу любовников. 30 декабря 2003 года он привез Ирину на дачу к друзьям в Заречный. Сам вернулся в Мытищи, где и встретил Новый год в компании родного сына и тамошних друзей. А вскоре по телефону получил весточку: в Заречном объявились ярославские приятели Ирины. По какому поводу, когда и где Алексей Николаевич приобрел пистолет ТТ, следствию установить не удалось. Возможно, по примеру других не бедствующих россиян, на всякий случай, для самообороны. Но хранил его тайком, за что статьей 222 УК РФ предусмотрено наказание. Так вот, вооружившись пистолетом с пятью патронами, Алексей Николаевич 2 января отправился из Мытищ и около 15 часов пополудни появился на даче Сергеевых в Заречном. На кухне среди сидящих за столом он увидел двоих незнакомых мужчин и задал один-единственный вопрос: «Кто тут с Ириной?» Навстречу поднялся один из незнакомцев. Когда оба оказались в прихожей, прозвучал выстрел. Вероятно, ревнивый муж целился в пах, а попал в бедро ярославцу, тяжело ранив его. Если верить оправданиям самого Алексея Николаевича, некто, то ли Саша, то ли Валера, обрушился на него с бранью, а его приятель Александр Скачков набросился сзади, схватил за шею и нанес удар по голове. В завязавшейся драке Иванов выстрелил, не видя куда, но полагал, что в пол. Однако свидетели и потерпевшие рассказывали, что драка произошла позже и в другом месте, и тогда-то в ней участвовали все трое и прозвучал второй выстрел, повредивший тому же Саше-Валере коленный сустав. А в период между этими двумя выстрелами чуть было не произошло убийство. Разъяренный Иванов кинулся вслед за женой в одну из комнат дома-дачи, уронил ее там на диван и приставил дуло пистолета к ее голове. Он готов был ее убить. Возможно, лишь вмешательство хозяина дома предотвратило роковой выстрел: Сергеев попросил Иванова успокоиться и убрать пистолет. Видимо, голос друга подействовал отрезвляюще. Госпитализированный в переславскую больницу раненый любовник продолжал называть себя Валерием Гундериным, хотя это о нем писала дочь-старшеклассница Катя как о мамином знакомом из Ярославля. А сама мама продолжала утверждать, что знала его как Валерия, фамилией не интересовалась. Но самое-то интересное заключается в том, что у Саши-Валеры были весьма веские основания прятаться под чужим именем и фамилией. А вот следователю, опытнейшей Тамаре Николаевне Ерофеевой, пришлось немало сил и времени потратить, чтобы установить и разыскать фигурантов уголовного дела, включая потерпевшего. Проживающий в Ярославле настоящий Валерий Гундерин был поначалу шокирован тем известием, что он якобы праздничные новогодние дни провел в Заречном. Валерий до той поры даже не знал, где такой поселок находится. Только позже станет известно, что его имя присвоил одноклассник, с которым он когда-то учился в одной школе. Пришлось Тамаре Николаевне продолжить поиск в Мытищах. Через Иванову, которая забрала потерпевшего-любовника из больницы к себе, следователь выяснила, что зовут его Александр Травин. К сожалению, в ходе допроса пострадавшего Тамаре Николаевне не удалось установить истинную причину, по которой он скрывал свою фамилию. Не хотели, мол, огласки — вот и все. Похоже, все участники тех драматических событий были едины в желании не выносить сор из избы. Сергеев даже пистолет Иванова спрятал в своем сарае. Но подполковник милиции в отставке Ерофеева, продолжающая работать следователем Ростовского ГОВД в качестве вольнонаемной, не позволила скрыть преступление, установила всех действующих лиц и степень вины Алексея Иванова. Более того, после допроса Травина она узнала, что он и его приятель Александр Скачков подозреваются в совершении ряда разбойных нападений в составе бандгруппы в Ярославле и Гаврилов-Яме. Розыском подозреваемых занималось управление ФСБ. — Знать бы мне об этом раньше, — посетовала Тамара Николаевна. — Не уйти бы Травину уже тогда от ответственности. Впрочем, сотрудники ФСБ уже вышли на след Скачкова и Травина и готовились к их задержанию. Первый из них после столкновения в Заречном, имея на руках загранпаспорт, сразу же выехал в Германию, но долго оставаться там не мог: виза заканчивалась. А на родине ему готовили заслуженную встречу. Не мог далеко уйти и Травин, у которого еще раньше был отобран загранпаспорт. Ни тот, ни другой из объявленных в розыск на суде, разумеется, не были. Исследовав все обстоятельства дела, суд учел то, что Ирина Иванова, считающаяся одной из потерпевших, сама дала повод для ревности своему мужа, учел и то, что Алексей Иванов ранее не судим, по месту работы — начальником авторемонтного комплекса одного из таксомоторных парков Москвы — характеризуется положительно, имеет на иждивении сына 1996 года рождения, а в момент совершения преступления находился в состоянии эмоционального возбуждения и потому не мог стопроцентно контролировать свои действия. Суд назначил ему условное наказание с испытательным сроком 1 год 6 месяцев. Более Ирина не станет низводить Алексея Николаевича до уровня рогоносца и ревнивого мальчишки, так как брак между ними расторгнут, и она уже, говорят, то ли нового мужа себе нашла, то ли к предыдущему вернулась. Думается, Иванову надо бы раньше позаботиться о разводе. Ведь продлись его супружеские отношения с Ириной подольше, кто знает, не стал ли бы он сам жертвой своей возлюбленной. В дневнике дочери была и другая, весьма красноречивая запись, из которой следовало, что мама хочет заказать убийство папы.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page

Переход по сообщениям