Старая добрая русская пословица гласит: закон что дышло — куда повернул, туда и вышло. То, как можно вертеть закон, чтобы вышло именно туда, куда нужно, ярославские журналисты могли наглядно увидеть в ходе второго заседания Басманного районного суда по рассмотрению жалобы адвокатов губернатора области Михаила Кузнецова и Сергея Штина, требующих прекратить возбужденное против него уголовное дело.
Первое заседание, напомним, окончилось ничем — Генпрокуратура не представила суду ни одного обвинительного документа. Спустя пять дней, 14 декабря, Генеральная прокуратура представила суду все в полной мере и даже слишком. У присутствующих на заседании могло создаться впечатление, что вместе с документами обвинения суду было предоставлено также и его будущее решение по жалобе. Иначе как объяснить тот факт, что судья Александр Трубников огласил решение спустя всего-то десяток минут после того, как всех попросили удалиться из зала суда. За это время просто невозможно было составить и отпечатать объемный текст решения. Впрочем, и без того процесс рассмотрения жалобы изобиловал, мягко говоря, странностями. Действо было похоже на добротную театральную постановку. Главным героем, безусловно, был представитель Генпрокуратуры прокурор Антон Тронин. Сидевший на первом заседании как восковая фигура, ко второму он в корне преобразился. Надел мундир, почистил звездочки на погонах, много улыбался и всем своим видом показывал, что результат рассмотрения ему уже известен. Доводы адвокатов губернатора о незаконности возбуждения уголовного дела и привлечения главы региона в качестве обвиняемого почему-то оставались без внимания. Прокурор как бы забыл о существовании нового Уголовно-процессуального кодекса, когда убеждал всех присутствующих, включая судью, в том, что возбуждение уголовного дела с прочерком в графе подозреваемый — вполне нормальное явление. Но в том-то и дело, что согласно новому УПК такое недопустимо, о чем, собственно, и доложили суду защитники обвиняемого. Что же получается — для Генпрокуратуры закон не писан? Дальше — больше. Как следовало из речи Тронина, вопрос виновности или невиновности к делу вообще не имеет никакого отношения. Разгорячившийся Тронин упорно доказывал, что возбуждение уголовного дела никак не может отрицательно влиять на работу губернатора, хотя любому человеку понятно, что это не так. Как бы вы относились к соседу, если бы узнали, что на него завели уголовное дело?.. В заключение Антон Анатольевич добавил, что суд первой инстанции во всем разберется. Анатолий Лисицын сам не раз в интервью высказывал свою заинтересованность в скорейшем решении этого затянувшегося конфликта через суд. Только вот когда он состоится — большой вопрос. Ведь, по мнению специалистов и защиты, реальная судебная перспектива этого дела сомнительна. А тем временем инвестиционная привлекательность региона неминуемо снижается. И по сути, экономическая безопасность области уже несколько месяцев находится под угрозой. Вот и ответ на вопрос, может ли повлиять возбуждение уголовного дела на работу губернатора. Более того, если дело Лисицына и дальше будет находиться в подвешенном состоянии, страна может попросту потерять экономически перспективный регион. Все плоды двенадцатилетней работы Анатолия Ивановича могут быть перечеркнуты. Мрачноватая перспектива! — В российской судебной системе есть такая практика: не мешать следствию. Раз уж завели дело — работайте, старайтесь. В крайнем случае пожурят чуть-чуть, — прокомментировали позицию суда Кузнецов и Штин. В течение десяти дней согласно законодательству они подадут апелляцию в Московский городской суд, которому предстоит рассмотреть решение суда Басманного. Произойдет это, очевидно, уже в новом году.







