Утром 31 марта странный ажиотаж на пристани Красный маяк привлек внимание прохожих и дворников, убиравших Пятничный съезд у Октябрьского моста. Сбежались даже собачатники со своими суками и кобелями — благо рядом собачья площадка.
От Волги доносились жуткие, душераздирающие вопли: «Помогите! Спасите!» На мелких волнах колыхалась пустая резиновая рыбачья лодка, а рядом в ряби волн мелькали нелепо взмахивающие руками фигурки. Где-то с Октябрьской площади уже раздавались сирены спецмашин, а по набережной бежали к месту трагедии телеоператоры и фотокоры ярославских газет. Шли учения спасателей Госинспекции по маломерным судам и областного поисково-спасательного отряда (ПСО). Пока мы добежали до того места, где опрокинулась лодка, парни в резиновых гидрокостюмах, то бишь тонувшие рыбаки, уже доплыли до берега, держась за брошенные подоспевшими спасателями веревки. Сил выбраться не было, поэтому спасатель, который минут десять вопил, имитируя рыбака в холодной, всего трехградусной воде, бултыхался у стенки причала среди каких-то окурков, бутылок и прочего мусора. Я разволновалась: не замерз ли он? Спасатель на берегу, который наматывал веревку, успокоил: «Ничего страшного, у него уже есть трое детей». Было весело. Хотя директор ПСО Владимир Татаренко сказал, что в такой воде можно продержаться всего двадцать минут. Дальше парни в прорезиненных костюмах на резиновой лодке пошли к кромке льда — там тоже тонул человек! Один из водолазов выбрался из лодки и осторожно пополз по льду к жаждущему спасения. Все закончилось благополучно, как и бывает во время учений. Пострадавший оказался на носилках на берегу. Веселая девушка-врач сделала ему искусственное дыхание и укрыла одеялом. Носилки потащили в машину. Кто-то крикнул: «Заносите вперед ногами!»
