1 июля Рыбинский городской суд осудил тридцатишестилетнего Александра Петрова за совершенное им умышленное убийство на восемь лет лишения свободы в колонии строгого режима. Прежде чем осудить, суд его сначала оживил.
Три года единственным документом Петрова было свидетельство о смерти (см.: «Призрак во плоти» — «ЗК», 26 апреля 2005 года). Ольга Владимировна Петрова обратилась в УВД Рыбинска и Рыбинского района 15 мая 2002 года в связи с долгим отсутствием мужа, о котором на протяжении более чем полугода не имела никаких известий. Спустя три недели ее пригласили на опознание трупа неизвестного мужчины. Уж как так вышло, но в покойнике она признала супруга. На основании протокола опознания в отделе ЗАГС муниципальной администрации ей выдали свидетельство о смерти мужа, Александра Михайловича Петрова, датированное 10 июня 2002 года. Какой же шок пережила вдова, когда 18 декабря 2003 года ее усопший супруг живой и здоровый явился домой. Жена показала ему свидетельство о смерти, сводила его на его же могилу и в тот же вечер, крепко выпив, сама померла. А официально мертвый Александр Петров жил не тужил до апреля нынешнего года. Так бы и дальше жил «мертвец» среди живых, если бы Петров с перепоя не убил соседку по дому на улице Коммунальной. Его задержали по подозрению в убийстве, и с этого момента у правоохранительных органов началась с ним морока. Он сам подтвердил, что он — Петров. Его мать это подтвердила. Дактилоскопические данные свидетельствовали о нем как о Петрове. Но по закону его не имели права содержать под стражей и даже брать с него подписку о невыезде. Чтобы решить возникший юридический казус, прокуратура Рыбинска в порядке статьи 262 ГПК РФ обратилась с заявлением в Рыбинский городской суд для внесения изменений в записи актов гражданского состояния об аннулировании свидетельства о смерти Александра Михайловича Петрова. Суд вынес соответствующее решение, и воскрешенный именем закона Александр Петров стал подсудимым. Суд был скорым.
