«Администрация Ростовской центральной районной больницы информирует население, что с 1 июля 2005 года на городской станции «Скорой медицинской помощи» осталась одна автомашина на четыре дежурных бригады. Остальные после технического осмотра 30 июня 2005 года не подлежат эксплуатации — со 100-процентным износом. На приобретение новых машин администрация Ростовского муниципального округа уже 2,5 года средств не выделяет. Поэтому возможности оказывать экстренную помощь населению практически нет…»
ВОТ такое официальное извещение опублико- вано в «Ростовском вестнике» 7 июля текущего года за подписью главврача Ростовской ЦРБ Вячеслава Короткова. И пойти на такой шаг его вынудила крайне напряженная, прямо-таки безвыходная ситуация: в сутки станция «Скорой помощи» получает по 50 — 60 вызовов от горожан и сельских жителей, а обслужить больных своевременно не в состоянии. — Выезжаем на каждый вызов, — опровергает худший прогноз главврач «Скорой» Александр Семёнушков, — но с большими задержками, так как вместо четырех эксплуатируем только две машины, да и те на ладан дышат. Ездили и на других двух, пока инспектор ГАИ, проводивший техосмотр, не запретил. Сказал, что машины, у которых сгнили ступеньки, пол, не закрываются как следует дверцы, опасны и для больных, и для самого медперсонала. — Успеваете всех посетить? — Да, но бригаду не все ждут. Кто побогаче, имеет свой транспорт, те приезжают на станцию за врачом. Некоторые нанимают такси, чтобы доставить сюда больного. Селянам, если на их территории проживает медработник, работает фельдшерско-акушерский пункт, предлагаем обратиться за помощью по месту жительства. — Сколько людей обслуживает «Скорая»? — Округ для медобслуживания поделен на три части. Семибратовская и Петровская больницы обслуживают население на своих участках, а городская станция — на своих, город и часть района. На нашей территории проживает 47 тысяч человек. За год проезжаем около 80 тысяч километров. — Два оборота вокруг Земли! Александр Иванович, наверное, отсутствие транспорта не единственная проблема? — Конечно. Помещение станции более 15 лет не ремонтировалось. Полы проваливаются. Потолки осыпаются, подоконники сгнили… — В чем причина такого бедственного положения? Нет денег. «Скорая помощь» всегда была и остается на содержании местного муниципального бюджета, но вот уже 2,5 года денег нам не выделяют. В конце прошлого года мы с заместителем главврача ЦРБ Анатолием Малышевым ходили на заседания бюджетной комиссии Ростовской думы, настаивали, чтобы нужную сумму запланировали на 2005 год. Включили наши расходы в бюджет. Но денег до сих пор так ни на что и не дали. Не выполняют местный закон. — Последнюю автомашину получили мы еще при Анатолии Руденко, в 2002 году, — говорит Вячеслав Николаевич Коротков. — Муниципальная администрация весной этого года купила одну спецмашину и передала ее Семибратовской больнице. Это был подарок ей на юбилей. А на Ростовской станции остались одни только старые, гнилые машины. Некоторым уже по девять лет. Эксплуатировать их нельзя, запрещено. Похожая ситуация в Петровской больнице. — И это — не единственная проблема… — Что тут можно сказать, если даже на бензин и на медикаменты администрация муниципального округа не выделяет деньги по три недели! Нет связи. Счета за радиотелефоны на 121 тысячу лежат в управлении финансов мертвым грузом. Только станции «Скорой помощи» в Ростове нужно иметь пять радиотелефонов: четырем бригадам и в диспетчерской. — Чем все это чревато? Не дай Бог, случится какая-либо авария! В прошлом году на нашей территории сошла с рельсов электричка, хорошо, что без жертв, пострадавших не было. А если бы были, как это случилось на днях в Ухте. В телерепортаже возмущались тем, что «Скорая» прибыла без медикаментов. А что делать, если денег ни на что не выделяется! После того как прошел техосмотр и «Скорая» осталась без машин, я просто вынужден был обратиться к населению, чтобы хотя бы прояснить ситуацию. — Вы обратились к населению. Что изменилось за минувшие после этого дни? — Ничего.







