Довелось ему инспектировать василия сталина

Леонид Федорович Борисов родился в селе Туношна Ярославского района в 1907 году. То ли из-за природного таланта, то ли по иронии судьбы, но до начала войны он сделал стремительную карьеру — от бондаря до политработника генштаба армии. Сначала учеба в бывшем Ярославском кадетском корпусе, потом в Губсовпартшколе и назначение в Красноперекопский райком партии инструктором и уполномоченным по коллективизации Ярославского района положили начало его партийной карьере.

За три года им было организовано более двух десятков колхозов, появилась перспектива роста по гражданской линии. Он поступает в заочную Ленинградскую академию им.Крупской. Но действительность внесла свои коррективы — в 1935 году его мобилизуют на службу в армию, где назначают сначала политруком учебной батареи, а затем инструктором политотдела дивизии. Слух о Борисове дошел до Калинина Выскочек не любят, но вышло так, что на одном из семинаров поспорил он со сторонниками троцкистско-зиновьевского блока о роли личности в партийном строительстве. Спор был искренним, заинтересованным, да и не мог отец в середине 30-х годов знать мнение по этому вопросу товарища Сталина. На счастье Борисова спор дошел до слуха Калинина, а не Ежова или Берии. Прислушался всесоюзный староста к голосу из народа и решили на очередном заседании ЦК, что прав бывший заводской паренек — личность в истории значит многое. И перевели отца в Главное политуправление Красной армии старшим инструктором политуправления Московского военного округа. Провинциальный быт сменился на столичный. Борисову выделили квартиру на Москве-реке, из окон которой были видны звезды Кремля. В Москве он часто встречался с Калининым, Ворошиловым, Ждановым. Однажды его послали сопровождать эшелон на Дальний Восток, где его встретил земляк, маршал Блюхер. Но эта встреча имела печальные последствия — спустя некоторое время НКВД, собирая компромат на Блюхера, пытался завербовать отца в качестве шпиона. Только вмешательство все того же Калинина помогло отцу избегнуть столь неприятной участи. Верховный поблагодарил лично Был и еще один чреватый последствиями момент в жизни Борисова, когда он со дня на день ждал ареста. Однажды ему поручили инспектировать сына Сталина — Василия, который, по доносу, якобы, будучи младшим офицером, командовал старшими и вел разгульную жизнь на территории части. Некоторые из этих сведений подтвердились — Василий Сталин имел отдельную комнату, пользовался самолетом, как собственной автомашиной, частенько попивал шампанское в компаниях с девицами сомнительного поведения. Перед моим отцом встал сложный вопрос: утаить правду или открыть ее. И он открыл. И не ошибся. Верховный лично поблагодарил за службу, а Буденный назначил инструктором по культуре Московского военного округа, поближе к себе. Работая инструктором по культуре, отец напрямую контактировал с такими известными людьми, как Немирович-Данченко, Станиславский, Качалов, Барсова, Лемешев, с женой Горького — Екатериной Андреевой. Организация их выступлений перед бойцами Красной Армии была его основной работой, а организация досуга высшего руководства — как бы второстепенной. Так пришлось знакомиться не только с деятелями культуры, но и директорами столичных ресторанов. Многие из вышестоящих, а более всего патрон отца Буденный, весьма любили многолюдные и громкие застолья. В Ставке вспомнили о расторопном ярославце Война положила конец шизофрении арестов. Войну ждали, к ней готовились, но она фактически застала нашу страну врасплох. С первых же дней наравне с боевыми действиями широким фронтом развернулась идеологическая борьба. В тыл, на оккупированные территории посыпались горы листовок с воззваниями бить врага и не сдаваться. Самым востребованным народным героем стал в этот период Сусанин. Вскоре верховное командование приняло решение организовать крупномасштабное партизанское движение. Тут-то и вспомнили в ставке о расторопном ярославском мужичке, все еще заведовавшем культурой Московского военного округа. Буденный лично представил Сталину кандидатуру Борисова на должность организатора партизанских отрядов. В середине лета 1941 года Леонид Борисов отправляется на фронт в составе сформированной в Москве 31-й армии в качестве комиссара второго эшелона. В ставке армии ему поручают возглавить партизанское движение на Верхней Волге, в районе действия Калининского фронта. Получив огромные полномочия, под псевдонимом Волжанин, Борисов в прифронтовой полосе за месяц организует с десяток лесных баз в среднем на сто человек каждая с запасом боеприпасов и провианта на год. Каждый район города Ржева имел свою базу и агентурную сеть. Население хоть и горело гневом, но подрывать мосты, железные дороги, шпионить, вести диверсионную работу профессионально не умело. Вот этому и учил людей мой отец. По мере отхода армии партизанские базы пришлось создавать и в райцентрах Калининской области. В Пинском партизанском отряде вое
вала известная Лиза Чайкина. За месяц до своего ареста она в последний раз встречалась с Волжанином. Видимо, очень насолили партизанские отряды за короткое время немцам, если за голову неуемного организатора этого беспокойного хозяйства они назначили большое денежное вознаграждение. Пришлось комиссару Борисову и на своей территории уходить в глубокое подполье. В октябре 1941 в штабе армии рассматривались варианты отхода Красной Армии за Москву. И если бы не героическая оборона Москвы, пришлось бы Волжанину опутывать себя сетью подпольной деятельности в своих родных местах. Не дожил до крушения Союза Не у всякого офицера было много шансов выжить на войне. Что стоят одни только рейды в тыл врага на партизанские базы или с небольшим отрядом последним покидать город, подорвав перед носом противника хранилища горючего, склады и мосты. С контрнаступлением армии на Калининском и Ржевском направлениях в военной биографии Леонида Федоровича Борисова наступает новый поворот. Его назначают комиссаром 220-й стрелковой дивизии. Круг обязанностей сужается, но это явное повышение. В домашнем архиве сохранились дневники, записки и фотографии тех лет. С боями в составе 31-й армии Борисов прошел от Калинина до Прибалтики, где в начале 1944 года был тяжело ранен. На фронте пришлось ему встречаться с такими главнокомандующими, как Рокоссовский и Жуков. Может, ранение спасло ему жизнь, может, остановило военную карьеру, но, проведя много месяцев в госпитале, на фронт он уже вернуться не смог. Да и война вскоре кончилась. Борисову подыскали спокойную работу в политотделе Московского военного округа. В 1948 году, получив звание полковника, он был направлен военным советником в Монголию — создавать армию в дружественной стране. Потом назначение военным советником в Румынию. Но работа в социалистическом государстве 50-х годов — это, скорее, отдых, подвигу уже места не было. В 1956 году в звании полковника Леонид Федорович Борисов выходит в отставку. Получив приличную пенсию, он возвращается в Ярославль. Ему выделили квартиру и подержанный джип. Будучи на пенсии, мой отец читал лекции в военных училищах города, занимался с ветеранами войны. До самой смерти, а умер он в 1984 году в возрасте 77 лет, он занимался большой общественной работой, переписывался с однополчанами и ежегодно в День Победы уезжал в Москву. До крушения Союза он не дожил. Может, и к лучшему, потому, что он верил в свою страну.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page

Переход по сообщениям