Живая игрушка

Отцом своего 6-летнего сына 40-летний Алексей Сафонов стал лишь недавно. Решение об установлении его отцовства принял 1 марта Любимский суд. Лишь через 10 суток, после вступления решения в законную силу, опекунша отдала Алексею Мишу, и тот с радостью бросился на шею любимому папе.

ГРАЖДАНСКИЙ, НО БРАК

С Татьяной они познакомились в 1998 году и сначала встречались под перешептывание деревенских кумушек, а потом стали жить вместе в ее доме в деревне Фрольцево, который ей дали как молодому специалисту-ветеринару. Алексей работал трактористом, зар-плата была невелика, и когда Татьяна забеременела, они не стали регистрировать отношения — шел разговор о сокращении ветеринарной службы и как мать-одиночку Татьяну бы не уволили.

Мать Татьяны, председатель небольшого, далеко не образцового колхоза Ангелина Александровна Ионова, известная своим крутым нравом, была против отношений дочери с Алексеем, но, когда Татьяна поставила ее перед фактом беременности, смирилась с выбором дочери. 28 декабря 2000 года родился Миша, и счастью родителей не было предела. В заботах о ребенке некогда было задумываться о своем семейном статусе, да и в деревне уже, как и в городе, гражданские браки давно не вызывают ни у кого осуждения. Хозяйственный Алексей привел в порядок Татьянин дом, возвел необходимые дворовые постройки, где они держали скотину, летом сенокосил и помогал по огороду, зимой заготавливал в лесу дрова, с удовольствием нянчился с сынишкой, который день ото дня становился все взрослее и смышленее.

ТЕЩА-ОПЕКУНША

Почти до трех лет Татьяна кормила сына собственным материнским молоком, а потом начала жаловаться на боли в груди. Алексей уговаривал жену съездить к врачу, но она все тянула и поехала только тогда, когда терпеть боль было уже невозможно. Диагноз был сродни приговору — рак. Были долгое лечение, сеансы химиотерапии, но 23 июля 2004 года Татьяна умерла. Алексей, который во время болезни один ухаживал за сыном, продолжал это делать и после похорон, стараясь помочь сынишке пережить потерю мамы.

Где-то через месяц после смерти жены Алексей пошел в сельскую администрацию для решения вопроса о своем отцовстве и начал собирать необходимые документы, но вскоре узнал, что у его Миши уже есть опекун — мать Татьяны Ангелина Александровна, которая жила в деревне Починок за 14 километров от Фрольцева. Перечить несостоявшейся теще Алексей не стал, продолжая воспитывать сына без всяких документов, но крутая опекунша превратила ребенка в предмет шантажа. Похоронив и мужа, она стала требовать у Алексея помощи по хозяйству, в противном случае угрожала забрать у него ребенка. Алексей покорно выполнял все ее требования, а потом до полуночи управлялся с собственными домашними делами — и мужскими, и женскими.

ОДНОЙ СЕМЬЕЙ

Лариса и Михаил Ионовы жили в соседнем с Татьяной и Алексеем доме. Михаил был двоюродным братом Татьяны, соответственно, и двоюродным племянником Ангелины Александровны и когда-то работал у нее в колхозе. Но даже по-родственному он не выдержал ее трудного характера и ушел в лесничество, куда к тому времени устроился и Алексей. У Ларисы и Михаила родился сначала сын Владик, а второй, Дашей, Лариса забеременела всего на три месяца раньше Татьяны. Понятно, что, когда дети родились, у обеих семей было много общего.

А потом, уже после смерти Татьяны, заболел и муж Ларисы. Диагноз тот же — рак. Алексей помогал Ларисе с заготовкой дров, вспашкой огорода, другими мужскими делами, ведь Михаил лежал в очень тяжелом состоянии, а Лариса разрывалась между работой учителя, детьми и больным мужем. Однако вслед за Алексеем овдовела и она.

А осенью прошлого года Алексей с сыном перешел к Ларисе в дом, и они стали жить одной дружной семьей. Еще до прихода Алексея Лариса с матерью сделали в

3-комнатном просторном доме хороший косметический ремонт, и сейчас ее квартира ничем не уступает городским — чистота, уют, современная мебель, бытовые приборы, есть даже стиральная машина-автомат, так необходимая с тремя ребятишками.

НЕВЕСТА ДЛЯ МУЖА ДОЧЕРИ

Однако у своенравной тещи Алексея и по этому поводу были свои соображения — она, как рассказывают, присмотрела для отца своего внука другую невесту, а Ларису невзлюбила еще со времен конфликта со своим двою-родным племянником. Лариса и Алексей с трудом сдерживали нападки опекунши. Алексей даже ездил в райотдел милиции, куда его вызывали по заявлению тещи, которая написала, что Алексей нанес побои своему сыну Михаилу. Правда, следов побоев никто не обнаружил.

Не баловала опекунша ребенка, ничего порой ему не покупала. Однажды Алексей даже не выдержал и позвонил в органы опеки, после чего бабушка купила Мише кой-какие обновки. Периодически она забирала Мишу к себе в свой дом, где кроме нее живет один из работников ее немногочисленного колхоза, или отвозила к старшей дочери в Ярославль, а потом возвращала Алексею и Ларисе. После таких визитов Мишу было не узнать — он становился нервным, капризным, устраивал истерики, валился на пол и стучал ногами, требуя своего. Алексею и Ларисе стоило большого труда добиваться, чтобы Миша становился прежним, ласковым, хоть и шаловливым ребенком, а Владик и Даша терпеливо участвовали в воспитательном процессе своего братика. Воспитывались все трое дома, потому что детсад в соседнем Воскресенском закрыли еще в 1998 году из-за малочисленности детей в окрестных деревнях.

В прошлом году дошкольную группу по многочисленным просьбам воскресенских мам все-таки снова открыли, и Алексей нанял машину и повез Мишу для оформления необходимых документов. Однако там с ним даже не стали разговаривать, ведь у него не было никаких документов, подтверждающих, что он отец ребенка.

ТЕРПЕНИЮ ПРИШЕЛ КОНЕЦ

И тогда он, наконец, решился бороться с Ангелиной Александровной и обратился в Любимский районный суд с иском к Ионовой об установлении отцовства в отношении Михаила. Ответчик в судебном заседании иск не признала и не отрицала, что была против отношений дочери с Сафоновым. Она даже заявила, что дочь ей говорила, что ребенок у нее не от Сафонова, что, по ее сведениям, дочь встречалась еще с одним молодым человеком.

Ионова поведала, что после смерти дочери опекала не только Мишу, но и Сафонова, что он начал пить, и она забрала ребенка к себе и оформила опеку на себя, поскольку являлась единственным родственником — бабкой. Но так как и она, и Сафонов оба работали, то ребенок находился то у нее, то у Сафонова. Против отношений Алексея и Ларисы она была потому, что считала Ларису врагом своей умершей дочери. По ее мнению, в семье Ларисы и Алексея ребенок не получит должного воспитания, а она, бабушка, которую Миша очень любит, сделает все как надо.

Были заслушаны и многочисленные свидетели, которые подтвердили, что Алексей и Татьяна проживали вместе, ребенок их совместный, похож на отца, даже росточком в него пошел, и у него те же проблемы с речью, которые были в детстве у Алексея. Жили Алексей и Татьяна дружно, вели совместное хозяйство, пьяным Алексея никто не видывал, охарактеризовать его можно только положительно.

ЭКСПЕРТИЗА

Однако документальным доказательством того, что Алексей является биологическим отцом Миши, могла быть только медицинская молекулярно-генетическая экспертиза, и Алексей без раздумий ее провел. Из заключения судебной медицинской молекулярно-генетической экспертизы следует, что «сравнительный анализ крови Михаила Ионова и Алексея Сафонова показал, что… вероятность отцовства Сафонова Алексея Геннадьевича в отношении Ионова Михаила равна 99,75 процента». На основании этой экспертизы и показаний свидетелей, а также в соответствии с соответствующими статьями закона суд и удовлетворил исковые требования Алексея об установлении его отцовства.

Во время судебной тяжбы Ионова удерживала ребенка у себя и не отдавала его даже после вынесения решения суда. Лишь когда прошло 10 дней, отведенных законом для вступления решения в законную силу, она позвонила Алексею и отругала: «Ну, срок вышел, что же не забираешь ребенка!»

Между судом да делом выяснилось также, что дом Татьяны 67-летняя Ангелина Александровна оформила на себя, и это четвертый объект недвижимости, которым она обременена (есть еще дома в деревнях Починок и Афанасьевское, а также благоустроенная квартира в Любиме). Миша в доме прописан, но доли нет ни у него, ни у Алексея, который хоть и живет у Ларисы, но пустующий сейчас дом протапливает. Отношения с Ангелиной Александровной они не поддерживают, но надеются, что бабушке понадобится когда-нибудь внук, а не его деньги.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page