В кафе-клубе «Винил» выступила модная питерская группа «Биллис Бенд» во главе с ее бессменным солистом Билли Новиком.
Наш разговор с Билли состоялся при свечах в уютном полумраке ресторана «Ванильное небо». Рядышком сидела его банда: лохматый шустрый гитарист Андрей, баянист Антон Матезиус, поразительно похожий на юмориста Гальцева, долговязый контрабасист Михаил Жидких и дама — директор группы Алла.
— Билли, вы выглядите гораздо моложе, чем на экране.
— Так и напишите. А то все думают, что я старый, лысый негр. А за комплимент спасибо.
— Вы у нас впервые?
— В клубе да, пару раз выступали на корпоративах. Первое, что поразило, — скопление ювелирных магазинов в центре. Какой-то крупногабаритный господин оперным голосом зазывал покупать всех золото и бриллианты с сумасшедшей скидкой. Нас бриллианты не интересовали, и мы отправились гулять по набережной.
— Вы играете романтический алкоджаз. Что это такое?
— А что, хорошее название — снимает пафос. А то есть такое мнение, что джаз играют серьезные ребята- математики. По крайней мере, оно лучше прежнего -экологический говноджаз, что отпугивало народ.
— Не меньше, чем ваша профессия — детский патологоанатом. Вы что же, трупы младенцев вскрывали?
— Случалось. А так больше занимался биопсией, микроисследованием. Это был абсолютно другой мир. Меня, кстати, часто зовут обратно.
— Как же вам удалось совмещать гастроли с практикой?
— Брал отпуска, у меня были донорские отгулы.
— Вернемся к музыке. С чего все начиналось?
— В первом классе мама отвела меня в кружок аккордеона. Денег на инструмент не было, и пришлось его взять напрокат. Огромные меха было не разжать физически, и я горько плакал. Позже слушал «Битлз» на бобинных магнитофонах, потом появился самоучитель игры на гитаре, школьные группы «Осколки» и «Реанимация».
— Когда появился «Биллис Бенд»?
— В августе 2001 года. Мы дебютировали в Германии, в Мюнхене, на Мариент-плац. Пели на английском. Рядом стояли наши русские конкуренты с «Калинкой-малинкой», какие-то перуанцы. Честные бюргеры кидали 20 евро и забирали диск А одна сумасшедшая старуха его даже украла. Мы заработали 600 долларов за месяц, для нас это были бешеные деньги.
— А как вы освоили контрабас?
— Просто на улицах в Мюнхене была запрещена игра на электрических музыкальных инструментах, а лучший аналог баса — контрабас.
— Как вам удалось прорваться в мир шоу-биза, не прибегая к традиционным способам раскрутки?
— А мы нахрапом брали. Играли по шесть раз в неделю в любом месте за любые деньги. А народная молва на что? Когда на наш первый концерт пришло человек 600, я очень удивился. Откуда они взялись? Оказалось, из тех же подвалов.
— С тех пор прошло шесть лет — что-нибудь изменилось?
— Разумеется. Мы стали больше выступать за границей, причем не для русских диаспор, а для коренного населения Америки, Германии, Канады. Мы первая русская группа, кого пригласили на Большой фестиваль в Страсбурге.
— Слышала, вас очень жалует российская элита. Абрамович, например, приглашал на день рождения супруги.
— Мы играли для директората восточного отделения «Газпрома», компании «Сибнефть». А что касается Абрамовича, если вы имеете в виду Кенсингтонский дворец в Лондоне, то, по слухам, он там был. Это правда был день рождения какой-то дамы, а была ли она его супругой -спрашивать про это было неприлично. А вот брату Буша наше выступление действительно очень понравилось.
— Что за антибуржуазные вечеринки вы устраивали в Куршевеле?
— Мы боролись и боремся с гламуром. Во всем, начиная со стиля одежды — потертые пиджаки, шляпы из секонд-хэнда, и заканчивая песнями.
Тут борец с гламуром прерывается и заказывает ролы «Филадельфия» с лососем и 0,5 текилы.
— Билли, вас называют русским Томом Уэйтсом.
— Приятно, черт побери! Я считаю его своим учителем.
— Была такая история. Том Уэйтс подал в суд на музыканта, тембр голоса которого совпал с его.
— Думаю, Том Уэйтс давно уже живет не на деньги от продажи компактов, а от судебных процессов.
— Как появился ваш псевдоним?
— В свое время я был директором андеграундного клуба «Братья Бул». Иногда музыканты нас кидали, и приходилось самим выходить на сцену. А я в то время увлекался кантри. Билли Дилли — так звали одного из персонажей старинной американской баллады. Мое настоящее имя напоминает мне о прошлой жизни, которую неприятно вспоминать.
— А как вас зовут на самом деле?
— Вадим Валерьевич Новик.
— Вы чех?
— Нет, фамилия имеет украинские корни. Новиком в России называли молодого офицера. Еще был такой крейсер при Цусиме. Так что перед вами человек-пароход (cмеется).
— Как-то вы обронили, что работа — это для тех, кто больше ничего не умеет в жизни.
— Это сказал не я, а одна моя знакомая. Я всю жизнь был работягой. Подрабатывал и землекопом, и асфальтоукладчиком.
— Озвучивали порнофильмы…
— Был грешок году в 1998. Порно — штука сложная. Помимо охов-вздохов там есть ролевые раскладки. В том смысле, что они не сразу начинают долбиться, а разговаривают. И давайте не будем про это — мне стыдно.
— У вас есть семья, дети?
— Я женат вторым браком. Есть сын Димон, ему 12 лет. Он увлекается хип-хопом.
— А у вас какое хобби?
— Собираю музыкальные шкатулки. Их у меня штук десять. Некоторые вожу с собой, слушаю в гостиницах. В старости буду забираться на чердак, включать их все одновременно и горько плакать.
— У вас есть заветная мечта?
— Была у меня одна очень жесткая мечта — попасть в авиакатастрофу и выжить.
Баянист Антон: — Таким образом он хочет избавиться от старого состава.
— Поговорим лучше о хорошем, о фан-клубе, например.
— У нас нет фанатов в прямом смысле этого слова. Есть помощники-любители. Это интеллигентная публика от 25 до 50 лет — люди с мозгами.
— Были случаи, когда публика уходила с ваших концертов?
— Один, в Нижнем Тагиле. Работникам сталелитейного цеха в виде бонуса выдали билеты. Когда мы приехали, увидели большую очередь в кассу. Находчивые работяги попытались их сдать, а стоили билеты недешево по меркам Нижнего Тагила — 500 — 600 рублей. Когда поняли, что дело не выгорит, пошли домой.
— О вашей группе ходят какие-нибудь слухи?
— Масса. Например, что «Биллис Бенд» — это группа чуваков лет 40 — 50, которые ездят по стране со своей мамой (директор Алла улыбается). Еще — что мы открыли кофейню в Нью-Йорке.
— А правда, что ваш баянист Антон Матезиус рвет баяны?
— 17 баянов за 2003 год угробил. Даже попал в Книгу рекордов Петербурга.







