В Ярославле в рамках всероссийского фестиваля-марафона «Песня России» побывала Надежда Бабкина со своим ансамблем «Русская песня».
В ДК нефтяников, где народная артистка России давала мастер-класс,
было настоящее столпотворение. Детишки с мамами и папами, бабули в расписных шалях и даже мужичок с шашкой наперевес. Вся эта разношерстная компания, расталкивая друг друга, устремилась в зал, чтобы занять первые места. Вскоре послышалось благоговейное «Это она!», и на сцене во всей красе в черной плиссированной юбочке, нарядной блузочке и с большой ниткой жемчуга на шее появилась атаманша русской эстрады.
Энергии Бабкиной можно позавидовать. Находясь в Ярославcкой области, она успела отработать 5 концертов в Москве. И это притом, что недавно перенесла тяжелейший грипп. Бабкина была откровенна и даже раскрыла страшный секрет, что иногда поет под фонограмму. Это случается, когда в зале плохая аппаратура. «Нечего воздух сотрясать, связки выхаркивать, а потом восстанавливаться месяцами», — мудро заметила Надежда Георгиевна. Из зала донеслось одобрительное «Правильно!». Затем она рассказала о ноу-хау с микрофонами. Как-то еще давно один кузнец сковал всем членам коллектива специальные обручи, которые одевались на шею и выставлялись как стоечка, и к ним крепился микрофончик. Передатчики прятали в мешочки из льна. Так завоевывали стадионы.
Потом началось знакомство с коллективом. Каждый из ребят представлял себя и исполнял отрывок из русской народной песни. От волнения не у всех получалось, и Бабкина серчала, эффектно хлопая себя по бедру. «Это Рома. Он казак — умеет хорошо работать шашкой и печь блины. 100 штук на Масленицу испек», — представляла Бабкина очередного своего подопечного. «Что ж ты, соловка, не смешон, не весел», — старательно затянул паренек. Ему тут же досталось за шепелявость.
Отчитав одного, Бабкина сразу же переключилась на другого: «Сережа, не смотри на меня как кролик на удава. Каждую буковку выговаривай». «Сэр-гей», — четко произнес паренек. В зале засмеялись. «Да не волнуйтесь. Он у нас девушек любит», — нашлась Бабкина. Мужчины игриво поглядывали на статную девчушку, которая застенчиво теребила кончик длиннющей косы. Наташенька, так звали красавицу, родом из Удмуртии. Учится в Гнесинке. «Ай, не пляшите, девки, дюже, не дразните моего мужа», — вывела красотка и зарделась, как маков цвет.
«Вы слушайте, что я говорю. Запоминайте. В Гнесинке этому не учат. В вузах тухляк, нафталин. Жизни нет, методики надо менять. Сегодня другое время. Петь, как в деревне, нельзя. Мы же артисты! Когда поешь — радоваться надо, свою молодость показывать. Драйв в запеве должен быть! А то некоторые 150 куплетов затянут — так хоть домовину выноси. Тоска», — поучала Бабкина народ.
Напоследок ансамбль показал молодость — дружно грянул русскую народную «Пошли девки покупаться». Стены ДК задрожали. В хоре отчетливо выделялся голос Надежды Георгиевны.
После мастер-класса под-уставшая фолк-королева ответила на вопросы журналистов.
— Надежда Георгиевна, несколько слов о фестивале.
— А что тут говорить? Два года уже катаемся. До 2010 года все расписано. Из Владивостока звали недавно, говорят, Китай совсем одолел, хотим нашего, русского. Ездили, куда Макар телят не гонял, дальше Тулы и Владимира по бездорожью. Клубики там какие-то зачуханные. Вот в Тутаеве ДК сгорел, глава обещал новый построить. Разговор у нас с ним был серьезный. Болезнь еще некстати прицепилась. Утром — процедуры, вечером — гастроли. Сажусь в машину, обложусь одеялами — и вперед. Обидно только, что министерству культуры этот фестиваль не нужен.
— Как это?
— А так. Деревни угробили, этники нет, а они все твердят о каких-то рейтингах. Приходится выступать в пустых залах, рекламы никакой. Ансамб-лю выделили 100 рублей на еду, 350 на гостиницу. Моим ребятам деликатесы не нужны, питаемся по-армейски: супы, котлеты, компот. Но все равно обидно. Да Бог с ним, с фестивалем. Цены растут — жуть. Недавно зашла в гнесинский буфет. А передо мной паренек стоит, покупает сэндвич и кока-колу. Ему говорят, с вас 100 рублей. А он удивленно: раньше же 95 было. Ладно, пять рублей я за него заплачу. Но надо что-то делать. Они в Госдуме этого не видят, а я им правду говорю, меня за это не любят.
— А простые люди любят.
— Зритель всегда шикарный. Он пришел насладиться, душу свою показать. Это артист бывает фуфло. Вот мы едем по деревням, церквей видимо-невидимо. Народ душевный.
— А как же разруха, пьянство?
— А кто в этом виноват? Ты сэкономь на юбке, но свой дом, двор приведи в порядок, мужика заставь в конце концов. Порядок во всем должен быть. Вот я театр отремонтировала за свои деньги —
1 тысяча кв. м. Спонсорский взнос, смешно сказать, был
5 тысяч рублей. Мне говорят: Надюша, ты бы за эти деньги могла особняк в Майами купить. А зачем мне особняк? У меня дача в Подмосковье есть, хуторок. Зеленый забор, жестяная крыша, красный кирпич. Цветов много. Туи растут, смородина, яблони. Какие Майами?
— У вас есть недвижимость за границей?
— Две квартиры в Болгарии — моя и сына. По цене дешевле, чем в Сочи, и лететь два часа. Продукты опять же натуральные — помидоры, огурцы как с грядки.
— Молодые внуками еще не порадовали?
— Сейчас пост. Нельзя. Они у меня ребята духовные.
— Пост соблюдаете?
— А как же! Салатики ем, грейпфруты, морскую капусту. Китайский салат с орешками и крабами очень рекомендую. Есть фантастическое блюдо из чечевицы и томатной пасты с зеленью. Очень сытное.
— Павлина, слышали, недавно завели. Откуда птичка?
— Из ЮАР привезла. В театре живет. Хотела пингвина завести, но это дорогое удовольствие. Он совсем маленький, Ванечкой назвали. Сидит в кресле, я ему ласково: «Ванятка!» Он голову поворачивает. Красавчик, только вот хвост, такой-сякой, не хочет расправлять. Я ему и тетерева подносила, и уговаривала — ни в какую! Наверное, в зоопарк отдам.







