Летние каникулы на исходе. Осталась последняя возможность оторваться на полную катушку, забыть дурацкие сочинения, непостижимую химию, занудную тригонометрию и многотомные талмуды по литературе.
И именно в эти последние жаркие деньки узнаешь, что, оказывается, есть дети, которые предпочитают не ролики и круглосуточные гулянки во дворе с друзьями, а лагеря типа «Олимп». Где учатся по шесть часов в день…
ОЛИМПийский резерв
Именно так. В этот лагерь может попасть далеко не каждый пацан с улицы, а только маленькие гении. Каждый из них в течение года усердно учился в школе «Олимпа», выполняя замысловатые задания и участвуя в разнообразных предметных олимпиадах. Особо отличившихся и пригласили в этот лагерь.
Пятиклассник Саша — юркий мальчишка с большими зелеными глазами, в нем не сразу признаешь вундеркинда. Между тем он шутя, как орешки щелкает задачи по высшей математике, где одни условия занимают полстраницы.
— Мне здесь нравится, — рассказывает юный Лобачевский, не отрывая нос от тетрадки. — Это плавный переход к школе. Вроде отдыхаешь и учишься чему-то новому, интересному, чего нет в школьной программе. На будущее пригодится. Решишь задачек так двадцать и весь день ходишь радостный и гордый. Не зря поехал.
Поговорив с Александром на тему логических цепей в задачах, мы решили дать нашему гуманитарному сознанию передохнуть. И отправились в тенек на лавочки, дабы не засветить свой уровень интеллекта. На лавке сидели молча. Каждый думал, что чем-то все-таки не тем занимался в школе.
А тем временем мимо нас по дорожке шли две девчонки, и явно не Красные Шапочки. Одна напоминала доцента кафедры серьезных дел: солидные очки, основательный взгляд вперед, строгая осанка. Вторая постоянно что-то тараторила, активно жестикулировала и, получив очередной критический кивок «коллеги», громко заявляла: «Вот видишь!»
Лишь две наспех заплетенные косички напоминали, что это еще ребенок.
— Ой, а вы кто? — обратилась к нам обладательница смешных косичек.
— Ну мы это… в гости к вам приехали, — промычали мы, поскольку не знали точно, как к ним обращаться, на «ты» или на «вы».
— Могу я узнать цель вашего визита? — осведомилась представительница юной интеллектуальной элиты Ярославля.
— Вообще-то мы журналисты, — при этой фразе на лицах девчонок появилось выражение крайнего недоумения, но задорный огонек в глазах все же выдавал детскую любознательность. Мы на правильном пути!
Через час удалось установить контакт и найти общий язык. По итогам длительной беседы с Маргаритой и Екатериной выяснилось, что в лагере 150 человек. Они разделены по специальным направлениям. Есть и физики, и биологи, и химики, и математики, и «англичане», и филологи. Все они тут будут учиться и отдыхать в течение двух с половиной недель. Однако и отдых носит оттенок обучения: кроссы по станциям, где задают разнообразные вопросы по предметам, лишь ответив на которые команда может двигаться дальше. Призы тоже не баловство — книги, ручки и карандаши, чтобы в школе пригодились. На учебу ребята ходят отрядами по направлениям. Учатся по шесть часов с перерывами на отдых и обед.
У математиков есть таинственно называющийся НКРЗ — непрерывные конкурсы решения задач, где нужно не только решить сложную задачку, но и ответить на все дополнительные вопросы, защитить свое решение. Биологи постоянно совершают вылазки в лес, где на живом примере изучают флору и фауну нашей области. Филологи разбирают стихотворные размеры, а химики опять что-то смешивают вдалеке от всех.
ДЕТИ — ОНИ И В «ОЛИМПЕ» ДЕТИ
Несмотря на встроенную в мозг флэшку на дополнительные 10 гигабайт памяти, это все же дети. Дети, у которых есть и своя личная жизнь, спрятанная от пытливых глаз взрослых.
— А любовь в лагере случается? — спрашиваем девчонок.
— Да какая тут любовь! Сидят мальчик с девочкой, и все мысли только об одном, — оживилась Катя. — «А ты решила задачу? Да? Я вот решение поинтересней придумал!» Вечером заходят к нам поболтать. Мы-то, понятное дело, марафет уже навели. А они со своими задачами опять! Никакой романтики! Даже комплимент нормальный сделать не могут. Только и твердят: ты такая умная. Хоть бы разок кто сказал, что глаза красивые!
К разговору подключилась Маргарита и перешла на более неофициальный тон:
— Вообще времени свободного мало остается. По вечерам, как и в любом другом лагере, у нас дискотека. Только туда почти никто не ходит. Все по комнатам сидят. Читают.
— Зато свет до двенадцати ночи можно не выключать, — вставила свои пять копеек Катя. — Но сотовые на занятиях отбирают.
Любят акулы науки и своими успехами похвастаться: победитель на всех свысока смотрит и выбирает, с кем ему общаться.
На вопрос, какие здесь ребята учатся, Катя ответила коротко и ясно:
— Тут не все умные, есть и нормальные.
В целом ребятам нравится такой вид отдыха, если это можно назвать отдыхом, но есть и пожелания.
— Жалко, тихого часа нет, — уже в который раз удивила нас непоседливая Катя. — Я раньше не понимала, на фиг он вообще нужен. А сейчас осознала всю его прелесть: лежишь себе, делать ничего не надо — и мальчишки придут в карты играть.
Присоединившаяся к разговору Маша заметила:
— Нагрузка жуткая, не всегда хочется заниматься, бывает, просто настроения нет или жара адская — голова совсем не варит. А еще мороженое ни разу не давали, а чтобы шоколад заслужить, нужно в конкурсах участвовать и правильные ответы давать.
ПОЖЕЛАНИЯ
НА ПАМЯТЬ
Странное впечатление на нас произвела как сама территория лагеря, так и полное отсутствие ворот и охраны. Свободно войдя в его пределы и послонявшись полчаса в поисках старших, мы так и не привлекли к себе внимания взрослых.
Удивление росло с каждой минутой, педагоги проходили мимо, хотя на их воспитанников мы явно не смахивали. Да и на родителей тоже. Даже когда мы беседовали с детьми, фотографировали их и уже вальяжно расхаживали по территории — обошли корпуса, посетили столовую, баню, туалеты, клуб, к нам так никто и не подошел.
Так что ушли мы молча, по-английски, так и не замеченные педагогами.







