В Мышкине выходит из калитки со своего участка молодой огородник Андрей. Показывает соседям на ведро огурцов: не надо ли, а то выкину. Огурцы крупные, некоторые уже переспели. Их хозяину некуда девать — столько уродилось. Они янтарно желтеют на куче огородных отходов и выполотой травы. Это уже второе ведро пошло на помойку. ПОЙДЕШЬ дальше — на обочине груда в два раза больше виднеется из травы. запас на зиму соленых уже сделан. На местном рынке их уже не продают, у всех есть свои.
В Мышкине выходит из калитки со своего участка молодой огородник Андрей. Показывает соседям на ведро огурцов: не надо ли, а то выкину. Огурцы крупные, некоторые уже переспели. Их хозяину некуда девать — столько уродилось. Они янтарно желтеют на куче огородных отходов и выполотой травы. Это уже второе ведро пошло на помойку.
ПОЙДЕШЬ дальше — на обочине груда в два раза больше виднеется из травы. запас на зиму соленых уже сделан. На местном рынке их уже не продают, у всех есть свои. А весной стоили по 80 рублей за килограмм. Это и хорошо, но все же задумываешься: почему у нас так часто пропадет добро? Овощи чистые, без химикатов. Весной будем покупать втридорога привозные — зеленые и жесткие. Почему даже изобилие не идет впрок?
Впрочем, может, это и от русской огородной традиции. Эти овощи у нас особенно никогда не ценились. И считали их не штуками, а дюжинами или десятками. Так и продавали. Одна штука ничего не стоила. И пословицу сложили ироничную: «Гриб да огурец — в брюхе не жилец».
Один умный поросенок у знакомого электросварщика, пожалуй, не разделяет таких мыслей. От огурцов, даже перезрелых, никогда не отказывается. Хрумкает да хрумкает ведро за ведром. А вот кабачки он употребляет только очищенные от кожуры. Сырые яблоки тоже не ест — подавай ему варенные в компоте. Да разве это плохо! где, в какой рыночной стране вы найдете еще такую роскошь?
Николай СМИРНОВ.







