Что будет в каком-нибудь демократическом государстве с руководителем избирательной комиссии, который при проведении политических выборов станет открыто помогать или подыгрывать одной партии? Мошенника, безусловно, посадят в тюрьму. Он об это хорошо осведомлен и закон о выборах не нарушает. Потому в этих странах реально существует механизм смены власти и партии легко переходят в оппозиционные.
Что будет в каком-нибудь демократическом государстве с руководителем избирательной комиссии, который при проведении политических выборов станет открыто помогать или подыгрывать одной партии? Мошенника, безусловно, посадят в тюрьму. Он об это хорошо осведомлен и закон о выборах не нарушает. Потому в этих странах реально существует механизм смены власти и партии легко переходят в оппозиционные.
В РОССИИ же на выборах армада чиновников делает все возможное и невозможное, чтобы их любимая партия власти продолжала царствовать, а оппозиционные партии выглядели перед народом врагами. Кроме чиновников, обладающих административным и информационным ресурсом, на победу партии власти работает так же активно и главный фигурант политических кампаний — председатель избирательной комиссии. И этот руководитель знает, что с него снимут шкуру не за грубые нарушения законодательства, а только в случае победы оппозиции. Потому на должностях председателей избиркомов, как правило, сидят нужные чиновники, в лояльности которых партия власти уверена.
В Ярославской области с каждой значимой избирательной кампанией растет количество нарушений законодательства о выборах. И если серьезно проанализировать эти нарушения, если непредвзято посмотреть на позицию, которую занимает в этих конфликтах председатель областной избирательной комиссии Галина Ефремовна Степенко, то вырисовывается интересная история: у председателя почти нет претензий к партии власти, но зато есть множество обвинений оппозиционных партий, например, политической партии «Справедливая Россия».
Избиратели не припомнят случая, чтобы председатель избиркома Галина Степенко хотя бы один раз пошла на запрет транслировать по телевидению ролик партии чиновников «Единая Россия», решила арестовать газету партии «Единая Россия», а уж тем более принять участие в снятии этой партии с областных выборов.
Зато участие партии «Справедливая Россия» на выборах в области попало под особое внимание и «покровительство» Степенко.
На улицах Ярославля, Рыбинска, Переславля шли незаконные задержания милиционерами активистов нашей партии, раздающих горожанам газеты, а Г. Е. Степенко не утруждала себя остановить этот беспредел. После моих обращений в прокуратуру области беззаконие было остановлено, милиционеры наказаны, а вот бездействие Г. Е. Степенко оказалось незамеченным.
На областном телеканале «Ярославия» в ходе недавних федеральных выборов было показано 72 сюжета про партию власти «Единая Россия», и все они положительные. В это же время про партию «Справедливая Россия» телевизионщики дали в эфир 18 сюжетов, и все отрицательные. При таком явном беззаконии Галина Степенко даже не озаботилась тем, что количество эфирного времени и количество сюжетов свидетельствовали не только об отсутствии равных условий на телевидении, но и о сознательной дискредитации и дискриминации других партий. Мой запрос в областную прокуратуру о наказании председателя избиркома и руководителя телеканала за нарушение закона о выборах не вызвал у работников правоохранительных органов энтузиазма, чтобы добиться исполнения статьи закона, гарантирующей партиям равноправное освещение. Как тут не вспомнить народ, который говорит, что в нашей стране «закон что дышло…»?!
Отказалась прокуратура делать замечание Степенко и после того, как она поусердствовала в запрете показывать на телевидении ролик с моим критическим выступлением в адрес чиновников. Мне было заявлено, что данным выступлением я якобы разжигаю социальную вражду. Но, после того как Городской телеканал показал данный сюжет, а я заявил о подаче заявления в суд и написал очередной протест в прокуратуру, тот сюжет показали и по областному телеканалу. Только вот основное выборное время уже было проиграно.
Немалое усердие работники областной прокуратуры проявили при рассмотрении моего запроса о привлечении Г. Е. Степенко к ответственности за нарушение закона о выборах и превышение должностных полномочий, когда она самостоятельно от имени всей избирательной комиссии незаконно обязала милицию пойти на арест информационного выпуска «Справедливой России».
В законе «О выборах депутатов Государственной думы ФС РФ» в ч.7 ст. 62 черным по белому, без всяких натяжек и двойных толкований написано, что только «избирательные комиссии контролируют соблюдение установленного порядка проведения предвыборной агитации», и нигде в этой статье не сказано, что эти права и обязанности возлагаются лично на председателя избирательной комиссии.
Милиция услышала Степенко. Газета была арестована. Мне с трудом удалось вывезти ее из типографии. Прокуратура отказалась возбуждать дело, сделав вид, что нет ничего незаконного в том, что Степенко присвоила себе право от имени всей избирательной комиссии принимать единоличное решение. Она сознательно пошла на нарушение закона о выборах, подменив личным субъективным и предвзятым решением решение всей комиссии, и осталась безнаказанной. Степенко была уверена в этой безнаказанности, так как смело писала начальнику УВД области генералу П. Н. Крупене от имени всей избирательной комиссии: «Одновременно обращаем внимание…» Заседания комиссии не было, решения комиссии не было, а Степенко от имени всех членов комиссии пишет: «…обращаем внимание»!
Попирать закон о выборах Степенко продолжила и дальше. Ею сознательно было проигнорировано требование ст. 90, обязывающее избирательную комиссию, которую она возглавляет, в случае поступления жалобы на изготовителя подложной газеты, в данном случае меня, пригласить на комиссию. В этой статье специально не только для работников прокуратуры, но и таких чиновников, как Г. Е. Степенко, написано: «Представители этой политической партии должны быть незамедлительно оповещены о поступлении такого обращения». Никто, естественно, меня в известность не ставил о том, что в избирательную комиссию поступила на меня жалоба. Да и не могла Степенко выполнить это требование закона. Если бы она собрала всех членов комиссии да еще и пригласила на нее меня, то ей пришлось бы отвечать на вопросы: каким образом некий жалобщик Гончаров попал в типографию, почему при проверке типо-графии арестована была лишь газета «Справедливой России» и не тронуты газеты других партий?.. Члены избирательной комиссии вынуждены были бы посмотреть ту газету, которую некий случайно попавший в типографию жалобщик обвинил в свержении государственного строя, и, обнаружив, что это клевета, что никаких призывов к свержению в газете нет, они тотчас выступили бы против решения Степенко об аресте газеты.
Такой открытый вызов закону
и подобное пренебрежение им прокуратура уже не могла проигнорировать. И мне было сообщено, что Степенко нарушила закон. Но бессильная прокуратура решила не наказывать за это председателя избиркома. Почему? Понятно. Не только избиратели, но и следователи знают, кому выгодно беззаконие Степенко.
Прокуратура, таким образом, не стала даже расследовать факт появления неизвестного гражданина Гончарова в типографии, отказалась устанавливать, каким образом он в день сдачи партией газеты в типографию узнал о том, что справедливороссы издают подложную газету, как ему удалось прочесть в газете призыв к свержению госстроя и клевету в адрес президента. Даже после того, как стало известно, что в газете нет призывов к свержению власти, прокуратура устранилась от наказания Степенко и Гончарова за клевету. И тут проявилась слабость тех, кто увидел в Степенко особую силу и власть.
Между тем власть Г. Е. Степенко над законом подтверждается и другими фактами сознательного превышения должностных полномочий… Во-первых, Степенко знала лично от меня и своих ревизоров о том, что в типографии издается не подложная газета, а именно информационный выпуск «Справедливой России», который профинансирован в строгом соответствии с законом из избирательного фонда отделения партии «Справедливая Россия». Если бы ей было угодно проверить мою информацию, она бы тотчас проверила ее в типографии и в банке. Все операции по оплате типографских услуг проводились мною открыто и в строгом соответствии с законом.
Во-вторых, на заседании избирательной комиссии 14.11.2007 г. на мое предложение о предоставлении копии жалобы Гончарова и ее обращения в УВД области Г. Е. Степенко отреагировала отказом, нарушив тем самым и закон о выборах, и закон о статусе депутата. Когда я попросил Степенко хотя бы взглянуть на жалобу и прочесть ее, то с трудом получил такую возможность — прочесть листок из рук Степенко. В этой жалобе Гончарова я обнаружил лишь обвинения издателей газеты, то есть меня, в призывах к свержению госстроя. К моему удивлению, ни одного упоминания в обращении факта неправильной даты выпуска издания в жалобе не было. В этой связи я попросил Степенко и членов комиссии зафиксировать этот факт в стенограмме. На что Степенко ответила мне, что стенограмма заседания избиркома не ведется. После того как я затребовал жалобу Гончарова через прокуратуру и получил ее, то обнаружил в жалобе внесение кем-то нового обвинения о неправильной дате выпуска бюллетеня. Теперь ясно стало, почему Степенко отказала мне в получении жалобы Гончарова и занесении моего официального протеста по факту отсутствия ошибочной даты в информационном выпуске. Наверное, жалобу кто-то заново переписал. Из нее убрали обвинение в свержении госстроя и указали лишь на ошибку в издании бюллетеня. Понятно. За клевету можно добиться возбуждения уголовного дела. Но если в жалобе остается единственная к нам претензия, что в бюллетене поставлена другая дата выпуска, то зачем нужен был сыр-бор с арестом газеты?!
Долго описывать все выбор-
ные фокусы Степенко невозможно — бумаги не хватит. Да и к чему? Ясно и так, что она выполняла чужую волю. Не сама же она принимала решение о начале политической операции по хождению милиционеров в квартиры членов партии «Справедливая Россия», на их рабочие места, что являлось опять же грубым нарушением закона о политических партиях. И уж тем более не она благословляла снятие партии «Справедливая Россия» с областных выборов. Ей отведена подручная роль. Она нарушает закон, чтобы конкуренты партии власти не выиграли выборы. Прокуратура не привлекает ее за это к ответственности. На один из моих запросов заместитель прокурора области с некоторым смущением и неловкостью так ответил: «По выявленным нарушениям федерального законодательства в адрес председателя избирательной комиссии Степенко Г. Е. внесено представление… Допущенные нарушения федерального законодательства не достигают степени уголовно-наказуемого деяния и не образуют состава преступления, а свидетельствуют об упущениях в деятельности Степенко Г. Е. дисциплинарного характера».
Подобные вердикты прокуратуры вызывают улыбку не только у меня и избирателей. Может, и сама Степенко хихикает, зная их подоплеку? Только вот не могут выборы быть забавой чиновников, и нельзя незаконный арест газеты или непредоставление эфира на телевидении для опровержения факта издания подложной газеты считать шалостью либо некими упущениями в деятельности Степенко. Уж слишком много мудреного и сознательного замечено в ее политических играх.
Трудно разобраться, насколько ангажирована или не ангажирована Степенко, чем выгодно или невыгодно ей особое участие в выборах с нарушениями законодательства. И когда ко мне дважды поступали обращения от избирателей разобраться с деятельностью председателя избиркома, порочащего институт выборов в стране и демократию, то я не настаивал перед прокуратурой на их тщательном расследовании, ибо понимал, насколько слаба доказательная база у этих обращений. Так, например, по время теледебатов с другими политическими партиями кандидат Симон показал жителям области копию договора купли-продажи квартиры, согласно которому госпожа Степенко умудрилась купить шикарную квартиру в солидном доме за бесценок, то есть за 450 тысяч рублей, и попросил меня разобраться: а не попахивает ли эта сделка коррупцией? Документ оказался не фальшивкой. Однако что и как проверять. Если Степенко купила дорогущую квартиру, заплатив меньшую сумму, и государство получило от этой сделки меньше денег, то это нарушение носит экономический и этический характер. А у меня к Степенко лишь политические претензии. Среди областных депутатов прошла молва, что ей помог один высокопоставленный чиновник приобрести столь дорогущую недвижимость. Назвали даже фамилию и сообщили, за какие заслуги сделан столь пышный подарок. Вот тут политикой запахло серьезно. Но как писать прокурору, если это слухи и если известно заранее, что чиновник откажется свидетельствовать о своей помощи… Дело провальное, зряшное. И мне не захотелось им заниматься.
Второй раз я отказался разбираться с фактом безобразий Степенко, когда мне стало известно от ярославских журналистов и избирателей о том, что слишком хозяйствующая Степенко затопила в доме ниже живущего соседа, работающего в должности высокопоставленного чиновника. Мне намекнули, что разбираться следует не с тем, кому и как причинила ущерб Степенко, а каким образом она оказалась жильцом дома, в котором живут высокопоставленные чиновники. Но и эту жалобу я отложил в сторону. Ну не лежит душа копаться в грязи…
Зато удалось добиться извинения от председателя избирательной комиссии России Владимира Евгеньевича Чурова за то, что его «коллега Степенко не все меры приняла» для того, чтобы дать мне возможность опровергнуть в эфире областного телевидения факт издания от моего имени подложной газеты с призывом голосовать не за свою партию справедливости, а за партию чиновников. Та история совершенно не красит председателя избиркома. Вместо того чтобы выполнить решение и областной комиссии, и центральной о незамедлительном предоставлении мне эфира, она ничем мне не помогла, делала лишь вид, что стремится выполнить закон. Потому извинения приносил Чуров, а не Степенко, игнорирующая закон, не прокуратура, у которой не хватило ни сил, ни опыта задержать и наказать хотя бы одного преступника — распространителя лживой газеты и которая по сей день не может найти заказчика того преступления.
Извинения приносились при весьма интересных обстоятельствах. Прибыв в Ярославль, Владимир Чуров заявил на встрече с лидерами местных отделений политических партий о том, что в нашей области выборы проходят без нарушений. Политики возмутились, заговорили в один голос о массовых нарушениях и махинациях. Чуров вынужден был признать, что считает нарушением закона издание подложной газеты, направленной против «Справедливой России». Выходит, нарушения были, но кому-то выгодно их не замечать, выгодно по ним не принимать никаких мер. Да, Чуров признал вину Степенко, но, увы, прокуратура не признала и не стала привлекать ее к ответственности.
ПОСЛЕ вынужденного измене-
ния мнения о нарушениях выборного законодательства, после долгожданных и ни к чему не обязывающих извинений мне пришлось высказать Чурову свои пожелания. Они были такими: «Вам следовало извиниться не передо мной за ту фальшивку, а перед губернатором Лисицыным. Не я, а он пострадал от нее. К вам у меня иное пожелание — добейтесь от ваших коллег в областной избирательной комиссии и от партии «Единая Россия», чтобы они больше не нарушали на выборах в областную думу закон и не снимали под надуманными предлогами «Справедливую Россию» с этих выборов. Мы всегда соблюдали закон, научите и их бороться законными методами».
Мои пожелания не были услышаны. На областных выборах команду справедливороссов сняли с избирательной дистанции. А госпожа Степенко еще циничнее стала нарушать закон. Порой она опускается до откровенной лжи. Так, примером цинизма и лживости служит заявление председателя облизбиркома Г. Е. Степенко, сделанное ею в интервью, опубликованном в областной газете «Власть, бизнес, политика» в феврале 2008 года. Суть измышлений Степенко заключалась в том, что на встрече в Борисоглебском ей якобы пожаловались библиотекари на депутата Грешневикова, который не помогает и не будет помогать библиотеке, так как ее сотрудники плохо за него голосуют. Это вранье не осталось не замеченным в Борисоглебском. Оно не понравилось в первую очередь самим библиотекарям, которые сделали официальное заявление, что никакой встречи в библиотеке со Степенко у них не было, а на общей встрече в районном доме культуры никто из борисоглебцев и уж тем более работников библиотеки на Грешневикова не жаловался.
После заявления библиотекарей, доказывающего лживый характер заявления Степенко, я обратился в прокуратуру области в поисках опять же правды… Следователь М. В. Субботин прислал мне отписку, сообщил, что уголовное дело по клевете возбуждаться не будет. При этом он сообщил, что опрошенные им библиотекари В. А. Капитанова, А. А. Горлова, В. А. Муратова, Л. В. Фелисеева показали, что (цитирую) «не слышали, чтобы кто-то из присутствующих на семинаре говорил, что Грешневиков А. Н. не помогает районной библиотеке в связи с тем, что за него плохо голосуют». Таким образом, прокуратура установила, что не только библиотекари, но и другие участники семинара не жаловались на депутата. А раз не жаловались, то Степенко солгала в газете, выдумала напраслину, чтобы опорочить депутата. Подобная ложь и грязь стали политическим орудием Степенко. Но почему прокуратура опять ничего беззаконного в действиях председателя облизбиркома не видит — непонятно.
То, что Степенко умеет врать крепко и красиво, доказывает и другой вывод следователя. В своем постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела он еще раз уличает Степенко во лжи, сообщая, что (цитирую) «согласно заявлению, поступившему от директора МУК «Борисоглебская ЦРБ» Капитановой В. А., именно Грешневиков А. Н. выступил инициатором строительства нового здания библиотеки и музыкальной школы в 2000 году, кроме того (со слов Капитановой В. А.), именно Грешневиков А. Н. не-
однократно поддерживал районную библиотеку материально». Почему следователь делает оговорку «со слов Капитановой
В. А.»? Он не верит, что депутат помогает библиотеке? Да нет, он не хочет честно и профессионально разобраться в клевете Степенко, ибо узнать о том, что депутат подарил библиотеке компьютер, завез сотни новых книг, сделал подписку на популярные журналы и т. д., — значит согласиться с опровержением. Ведь если поверить библиотекарям, что Грешневиков реально им помогает, значит обличить Степенко во лжи, порочащей честь и достоинство депутата. Конечно, Степенко опозорилась, подставилась, ведь она не знала, что нельзя верить на слово чиновнику из администрации района, который замучил депутата своим беззаконием и которого он обвиняет в недостройке библиотеки, так как сам не может ее достроить. Попавшись на вранье, Степенко решила свалить все на библиотекарей. Это, мол, они ей сказали… А те не стали молчать, потакать вранью и скрывать неправду. Плохо, что прокуратура, узнав от библиотекарей правду о том, как Степенко умело научилась лгать и обливать грязью неугодных ей политиков, не приняла никаких мер.
Но если областная прокуратура умыла руки и не считает Г. Е. Степенко нарушительницей закона, то мне с этим соглашаться и мириться как-то не с руки. Тут уж дело чести. Началась переписка с Генеральной прокуратурой России по поводу бездействия областных прокуроров и с горячим желанием узнать, имела ли право Степенко сочинять ложь и распространять ее на всю область.
За два прошедших года я по-
лучил не один десяток отписок от прокуроров разных рангов и должностей. Ни один из них не в состоянии ответить на два простых вопроса, которые я постоянно и настойчиво ставлю перед ними:
1. Соответствуют ли действительности слова Степенко о том, что библиотекари заявили ей, что Грешневиков не помогает им, так как они за него плохо голосуют?
2. Имела ли право председатель облизбиркома в разгар выборов давать оценки, лгать, критиковать и обливать грязью политиков?
Два очень легких вопроса. Но ни областная прокуратура, ни Генеральная ответить на них не в состоянии. Загадки тут никакой нет. На первый вопрос ответили сами библиотекари. Их заявление уличает Степенко в откровенной лжи. На второй вопрос отвечает закон, запрещающий Степенко участвовать в выборах в форме своих комментариев, давать политикам любые оценки, а уж тем более лгать в ходе выборов.
Чтобы не привлекать Степенко к ответу за ложь и нарушение закона, работники прокуратуры решили затянуть это дело и под видом того, что заявление Степенко нуждается в лингвистической проверке, откладывают месяц за месяцем принятие решения. Порой прокуратура сама идет на нарушение закона. Запрос депутата должен быть рассмотрен в течение месяца, а прокуратура, пообещав ускорить проверку, молчит потом месяцами. А вынужденное напоминание ответить, имела ли право во время выборов председатель облизбиркома лить грязь и обманывать избирателей, приводит опять к отписке. Лингвистическая проверка не окончена. В каком законе написано, что подобная проверка проводится годами? И что это за слова такие сказала Степенко, что два с половиной года надо их исследовать, приноравливаться к ним, есть в них ложь или нет?
От фамилий работников прокуратуры, которые внимательно изучают слова лжи председателя облизбиркома, у меня уже рябит в глазах: М. А. Ратехин, М. В. Субботин, Ю. А. Болдырев, М. Ю. Зелепукин, Н. Г. Попов, А. В. Алексеев, В. Я. Гринь, А. К. Бумажкин, В. В. Малиновский, А. Э. Буксман. Если опубликовать все ответы-отписки вышеназванных прокурорских работников, то нашим избирателям и жителям области станет плохо, они зададутся серьезными вопросами: а каков профессиональный уровень работников прокуратуры, а возможно ли вообще в нашей стране добиться справедливости?..
Мне хочется добиться справедливости. Год за годом, месяц за месяцем я пишу запросы в Генеральную прокуратуру РФ. Так, например, 13.03.2009 г. на имя заместителя генерального прокурора России В. В. Малиновского ушло письмо с таким содержанием: «Вы проинформировали меня о том, что 17 декабря 2008 г. заместителем прокурора Ярославской области вынесено постановление о направлении материала руководителю СУ СК области для рассмотрения вопроса об отмене решения в части отказа в возбуждении уголовного дела в отношении председателя облизбиркома Степенко Г. Е. Вы также сообщили, что результаты рассмотрения этого постановления контролируются. Вместе с тем до настоящего времени, хотя прошло уже почти три месяца, я так и не имею никакой информации по существу дела».
Ответ на запрос пришел уже не от В. В. Малиновского, а от его коллеги, заместителя генерального прокурора РФ В. Я. Гриня. Он сообщил в духе хорошей бюро-кратии: «Заместителем прокурора области 06.04.2009 г. вынесено постановление о направлении материала в СУ СК области для решения вопроса об отмене принятого решения. Продолжительность проверки обусловлена в том числе длительностью проведения лингвистического исследования, заключение по которому до настоящего времени не получено».
Через два месяца, а точнее 24.06.2009 г., тот же В. Я. Гринь ответил мне вновь на мой очередной запрос: «Проверка не завершена. Ее длительность обусловлена в том числе проведением лингвистического исследования, без заключения которого дать юридическую оценку действиям Степенко Г. Е. не представляется возможным».
Затем о затянувшемся деле меня решил проинформировать 18.03.2010 г. первый заместитель генерального прокурора А. Э. Буксман. Он писал о том же, о чем и его предыдущие коллеги:
«В возбуждении уголовного дела 18.12.2009 г. отказано. Ввиду неполноты проведенной проверки принятое процессуальное решение признано необоснованным. В связи с этим по поручению Генеральной прокуратуры РФ прокурором Ярославской области материалы направлены для решения вопроса об отмене принятого процессуального решения».
Грандиозная работа идет в правоохранительных органах. То и дело признается «неполнота проверки», и материалы всякий раз направляются «для решения вопроса». Представляю, как потирает руки от радости Степенко, наблюдая, как рассматривается ее дело в течение двух с половиной лет.
На днях мною был направлен
еще один запрос генеральному прокурору РФ Ю. Я. Чайке, свидетельствующий о намерении идти до конца. В нем, в частности, сказано: «Генеральная прокуратура РФ в течение двух с половиной лет не может дать заключение по простым вопросам: в какой степени нарушен закон председателем облизбиркома, какова мера ее ответственности за допущенные в СМИ высказывания в период избирательной кампании? Заместитель генерального прокурора РФ В. Я. Гринь на протяжении длительного времени заверял, что дело упирается в лингвистическое исследование. Теперь ваш первый заместитель А. Э. Буксман констатирует, что проверка была неполной и материалы направлены руководителю СУ СК области, что результаты контролируются… После последнего ответа вновь прошло три месяца. Как не расценить подобную переписку как полное нежелание давать юридически строгую и объективную оценку именно Генеральной прокуратурой РФ действиям председателя облизбиркома?»
Пока прокуратура расследует факты депутатского запроса, проводит лингвистическое исследование лживых заявлений председателя облизбиркома или только начинает искать своего специалиста, готового десять газетных строчек изучить быстрее, чем за два с половиной года, в политической жизни нашей области появились любопытные сведения. За добросовестную работу на поприще обеспечения честных выборов председатель облизбиркома Галина Степенко награждена государственной наградой.
Анатолий ГРЕШНЕВИКОВ, депутат Государственной думы России.
Фото Виктора ОРЛОВА.







