В нынешний отопительный сезон подавать тепло в учреждения социального назначения начали 25 сентября. Хоть я и неплохо знакома с коммунальной кухней, до сей поры наивно полагала, что уж эту сферу коммунальщики и отцы города блюдут. Ведь речь идет о детях, стариках и больных людях.
Увы, последний воздушный замок в коммунальном государстве, который стоялнерушимо в моем воображении, рухнул. Лишь вчера, то бишь спустя без малого месяц с начала отопительного сезона, начали подавать тепло в радиологическое отделение ярославской онкологической больницы.

Хотя, если быть точной, и эту дату ощутила я лишь как номинальную. 20 октября в 10 часов утра, когда я вошла в новый корпус радиологического отделения, который медики почему-то называют каньоном, батареи парового отопления были здесь ледяными.

В длинном коридоре корпуса стоял неистребимый запах электросварки, и ходили здесь отнюдь не люди в белых халатах, а внушительного вида мужики в замурзанных куртках. Меня заверили, что работы по подключению теплоузла близятся к завершению. Но по опыту знаю, что подобное завершение — это еще не факт, что тепло пойдет тотчас же без помех. Не исключены ведь воздушные пробки, засоры окалиной. Зато именно в этот день было получено разрешение на подключение тепла в данный корпус. А это давало надежду, что вопрос с отоплением наконец-то сдвинулся с мертвой точки.

А точка эта стоит здесь уже полгода, то бишь с того самого момента, когда московская строительная фирма «ЭКО Про», возводившая новый корпус онкологической больницы, а заодно проводившая и реконструкцию теплоузлов, приостановила свою работу якобы из-за нехватки средств. Пора была горячая, город из последних сил готовился к своему 1000-летию. Ажиотаж был столь велик, что, видимо, впопыхах чиновники забыли даже о неминуемо грядущей зиме. И вспомнили о ней только тогда, когда она сама напомнила о себе.

Но без тепла долгое время оставалось не только радиологическое отделение. Всего лишь неделю назад ожили батареи в первом корпусе стационарного отделения, расположенного в этом же здании. А до этого больным приходилось натягивать на себя все, что можно. И если пациенты радиологического отделения приходят сюда лишь за получением процедур, то врачи находились в этом морозильнике целый день. Хотя и больным завидовать нет резона, ведь надо было раздеваться и ложиться на ледяные кушетки. А уж про врачей и говорить нечего. Они и сейчас ходят здесь в сапогах и куртках. Даже если тепло в каньоне и вправду появилось вчера, то это когда еще прогреются стены, когда еще накопится оно в этих настуженных кабинетах!

Уверена, что ни единый чиновник не пострадал за подобное попустительство. Никого не только не лишили должности, но даже и премии. Даже словесного выговора и то не объявили никому.

Выходя из корпуса, я обратила внимание на работающие возле него трактора, глубоко разрытые траншеи, копошащихся в них рабочих. И сердце у меня упало. А появится ли тепло в каньоне? Очень уж глубокие ямы зияют возле здания. Очень уж непохоже на то, что работы здесь подходят к завершению.

Любовь НОВИКОВА.