После публикаций в «Золотом кольце» материалов о неприятностях первого русского театра, связанных с приходом сюда директором Бориса Мездрича, к нам в редакцию продолжают поступать письма от возмущенных читателей. ТАК, известный краевед Анатолий Хомяков, например, негодует, что со сцены Волковского звучит теперь нецензурная брань. «Ясно, что руководство театра своими постановками отнюдь не способствует оздоровлению нравственной атмосферы в российском обществе.
После публикаций в «Золотом кольце» материалов о неприятностях первого русского театра, связанных с приходом сюда директором Бориса Мездрича, к нам в редакцию продолжают поступать письма от возмущенных читателей.
ТАК, известный краевед Анатолий Хомяков, например, негодует, что со сцены Волковского звучит теперь нецензурная брань. «Ясно, что руководство театра своими постановками отнюдь не способствует оздоровлению нравственной атмосферы в российском обществе. Ведь если мат звучит на сцене, почему бы ему не звучать и на улице?» — переживает ярославец.
А на днях мы получили письмо и от самих сотрудников Волковского театра. По понятным причинам мы не будем упоминать их фамилии. Но надеемся, что их крик души не останется без внимания, прежде всего со стороны городских и областных властей.
Уважаемый главный редактор, уважаемые сотрудники редакции! Мы благодарны вам, что не бросаете нас в это трудное время, когда у нас в театре творится полный беспредел со стороны директора театра.
Мы живем в России и подчиняемся выбранному нами президенту и Конституции РФ. Но Борис Мездрич устроил собственное государство в государстве и провозгласил себя властелином театра.
Очень просим вас обратить внимание на следующие вопиющие факты, связанные с работой первого русского профессионального театра имени Федора Волкова.
Дирекция театра всячески пытается игнорировать требования членов профсоюзной организации. Борис Мездрич объявил о ее ненужности, таким образом, он пытается аннулировать работу органа, призванного защищать права сотрудников организации. Фактически все становятся бесправными, а директор единолично, без всяких советующих и контролирующих органов осуществляет прием на работу, увольнение, премирование, распределение зарплат, надбавок и так далее.
До сих пор в театре отсутствует такой необходимый совещательный орган, как художественный совет. Сегодня все творческие вопросы решает директор: распределение ролей, безосновательный запрет артистам играть в спектаклях, формирование репертуара, снятие с ролей, приглашение режиссеров, формирование труппы.
Разработана новая, абсолютно непонятная система оплаты труда, не поддающаяся никакой логике. Надбавка за исполнение роли определяется не качеством и сложностью исполнения, а количеством текста, а как ты его произносишь, никого не волнует. Геологу проще — а Борис Михайлович по образованию геолог — посчитать слова, чем определить качество исполнения роли, так как он, видимо, не знает, по каким критериям должен определяться актерский профессионализм.
Возникла и еще одна непонятная цифра — норма спектаклей, которые должны быть сыграны актерами за месяц. Тут все определяется директорскими симпатиями и антипатиями: кого люблю, тому и роли даю. В итоге иногда получается, что средненький актер в репертуаре занят больше, чем талантливый, и получает, соответственно, больше денег. Норму спектаклей рассчитывает только директор: единолично, без художественного совета, профкома и других совещательных органов, хотя, еще раз повторимся, он не имеет представления о работе актера и о создании художественного образа, что является основным в работе артиста.
О новом срочном договоре, который разработала дирекция, многие работники театра не были проинформированы. В кабинете Бориса Мездрича им предоставили для прочтения только выдержки из договора, а целиком документ запрещено было выносить из кабинета. Профком также не был информирован о новом договоре. Всем сотрудникам, не подписавшим данный договор, а это более 20 человек, в числе которых всем известные артисты театра, любимцы публики, объявлена война: они не заняты в репертуаре, дирекция делает вид, что этих актеров не существует в труппе, угрожает увольнениями. Хотя и было объявлено, что переход на договор добровольный.
Более того, заново переписывается история театра, из нее вымарываются целые куски, связанные с деятельностью прошлых директоров, режиссеров и артистов. На сайте театра, в разделе «История», можно прочитать только о трех периодах его развития: эпохе Федора Волкова, Фирса Шишигина и Бориса Мездрича. Других временных рамок и творческих достижений как будто и не существовало. Борис Михайлович делает это сознательно, заставляя людей забыть обо всех предыдущих достижениях театра. Он считает, что Волковский должен встать на новый путь развития. Но на деле получается, что этот путь ведет театр к пошлости и гибели. Забыты все традиции, все хорошее, что было в первом русском.
Объявлена открытая травля уволенных Мездричем людей, которые восстановлены на работу по суду. Эти сотрудники лишены не только новых ролей, им запрещено играть и старые. То есть они фактически остались без работы, их нет в списке труппы. Дошло до того, что фото одного из известных артистов даже вырезали с помощью компьютерных технологий из групповых снимков, опубликованных на сайте театра.
Теперь о репертуарной политике. Последние премьеры, поставленные при Мездриче, говорят сами за себя. Все меньше зрителей хотят приходить в наш театр на спектакли. Дирекция предоставляет в Москву явно дутые и завышенные цифры о посещаемости театра. Часто билеты распространяются «по социалке», то есть через организации и бесплатно. И их большинство. Идет целенаправленная борьба с русским профессиональным традиционным драматическим театром, которым всегда был и до последнего времени оставался ярославский театр имени Федора Волкова. Идет уничтожение русской классики, уничтожение русской культуры. Все, что идет вразрез с пониманием геолога Мездрича, который считает себя великим менеджером и заказывает хвалебные статьи столичным критикам, объявлено вредоносным для театра.
Спасите первый русский театр!
Добавить к этому письму, пожалуй, нечего. Разве что только еще один маленький факт. Как утверждают завсегдатаи первого русского театра, по окончании спектаклей в зале теперь звучит фонограмма аплодисментов и криков «Браво!». Таким образом дирекция Волковского пытается, видимо, поднять рейтинги и создать видимость успеха. Хотя на самом деле на некоторых спектаклях вроде «Прекрасного мира» зал полупустой, а зрители уходят домой в антракте.
Алексей ВАВИЛОВ.







