В Ярославской филармонии прошел концерт «Две светлых повести», посвященный творчеству Клавдии Шульженко и Эдит Пиаф.

КАЗАЛОСЬ бы, что общего между примадонной советской  эстрады и французской богиней песни? Ведь по характеру они совершенно разные: в Пиаф — надломленность, трагический надрыв, а в Шульженко – мягкая лиричность, светлая женственность. Но певица и пианистка  Ольга Столярова отыскала в легендах сцены  схожие черты. Ольга, окончившая Собиновское училище и музыкальный факультет Костромского педуниверситета, посвятила сцене 15 лет. Она известна как солистка ансамблей «Бирюзовые колечки», «Созвездие», «Презент-квартет».

Первым зазвучал теплый и сердечный голос Шульженко. Именно он лился из заведенного ручкой патефона, делая жизнь в тесных коммуналках  не такой уж беспросветной.

Ах этот наивный мир далеких лет: танцплощадки, робкие, несмелые поцелуи!

— Я старалась не брать хрестоматийные песни, песни-призывы, хотя знаменитый «Синий платочек» все же прозвучал, а менее известную лирику. Это целые моноспектакли. Возвышенные «Руки», над которым иронизировал «Крокодил», «Точно!». Так скупо, по-военному отвечал  на любой вопрос своей дамы сердца молоденький красноармеец Вася.

Пиаф и Шульженко — певицы одного времени, одной эпохи, равные по степени таланта. Разве что последняя жила в закрытой стране и ей не удалось добиться мирового признания. Я не пыталась копировать Шульженко. Оставила только прекрасные выразительные руки. А вот Пиаф мне все-таки ближе по духу. Это женщина, привыкшая сопротивляться жизни. Меня всегда привлекала ее история — грязная, кабацкая, бесприютная. Даже вращаясь в высоких кругах, малышка Эдит, чей псевдоним на французском арго звучит как «воробушек», оставалась уличной девчонкой, своей для всех. А еще она открыла Ива Монтана, Шарля Азнавура, — призналась Ольга.

Пиаф она исполняла на языке оригинала. В свое время  закончила французскую спецшколу.

Исполняя «Жизнь в розовом цвете», Ольга облачилась в шикарное шелковое  платье с розой на вороте, которое сменила на экстравагантные брюки и блузку а-ля Жорж Санд. А вот для публики, наоборот, оказалась роднее и  ближе Клавдия Шульженко. Были и букетик ландышей, и крики «Браво!». А к творчеству Пиаф зрители, особенно пожилые, отнеслись гораздо прохладней. Может, виной тому незнакомый язык, из-за которого сложно уловить смысл спетого. Многое объяснила и недоверчивая реплика, в сердцах брошенная одним из ветеранов: «Она и для немцев пела! В кабаках! А Шульженко — на передовой!»

Но Ольга, казалось, этого не замечала. Знаменитое «Я не жалею ни о чем» пела, не щадя связок, как в последний раз. Для Ольги это действительно последнее выступление в России. Она переезжает во Францию, в Бордо. Как шутит: «Поближе к вину». Сюда ее позвал любимый, артист цирка по имени Андрэ. Они познакомились год назад на гастролях и теперь, несмотря на большую разницу в возрасте, не могут жить друг без друга.