Чем сложнее идеология, тем больше ответственность исповедующих ее. И тем чаще мы, исповедующие что-то, стремимся переложить груз ответственности на чужие плечи.
При атеизме было просто: Бога нет, значит, возможно все, что не запрещено законом, то есть то, за что нас не покарают. А если есть уверенность, что не попадешься со своим преступлением,
то и вовсе не обязательно обращать внимание на закон.
СЕРЬГИ БЛАГОСЛОВЛЕННЫЕ
И НЕБЛАГОСЛОВЛЕННЫЕ
Когда в конце девяностых в России официально разрешили православие, все невероятно усложнилось. Сначала была эйфория: Бог-то, оказывается, все-таки есть! И это значит, что душа бессмертна и умирать не так уж страшно. Но вскоре выяснилось, что до бессмертия души не так уж близко. Нужно пройти земной путь. Причем так пройти, чтобы быть достойными Бога. А это, оказывается, огромная личная ответственность.
Священники, на молодость которых пришлось второе крещение Руси, по-своему великие люди. На их плечи легло не просто второе крещение, но фактически полное воцерковление. Тогда казалось, что в России православных очень много, — такой поток хлынул в православные храмы. Но прошло всего лишь несколько лет, и стали очевидны две вещи. Первая: далеко не все хлынувшие тогда в храмы остались там. И вторая: далеко не все оставшиеся в храмах пришли туда, чтобы осознанно пройти свой путь к христианскому бессмертию. Многие просто приспособились использовать Бога в своих целях. Разумеется, не Бога, а православную жизнь и даже священников. Потому что жизнь современных священников так сложна и так тяжка, груз проблем восстановления разрушенных храмов, окормление воскресных школ, борьба с пьянством, наркоманией и развратом так много отнимают сил и времени, что зачастую обычная человеческая усталость не дает возможности по-настоящему оценить проблемы прихожан. И прихожане пользуются этим. Ведь любой вопрос можно преподнести по-разному. Просто задать как есть — батюшка может и не благословить. А если начать издалека да вывернуть как следует в выгодную для себя сторону — благословит. И так можно решить любую свою проблему, опираясь на благословение. И еще окружающим похвастать: а меня, знаете ли, на это батюшка благословил, а это уже, понимаете ли, настоящая воля Божия!
Я знаю десятки людей только в своем приходе, которые сумели решить свои проблемы за счет того, что правильно преподнесли их батюшке. А сколько этого случается в других приходах! Особенно где священники мягкие по характеру.
Но дело в том, что Господь, как известно, видит любое наше лукавство. И за все нам всем воздастся. И батюшкам за раздачу благословений по типу «нате вам, только отвяжитесь», наверное, тоже. Но главная ответственность ляжет все же на нас. Жаль только, что такие благословения умаляют авторитет современного духовенства.
Много лет назад я подарила своей сестре Наташе, живущей в Рыбинске, золотые серьги. Она была давней православной прихожанкой и пошла спросить у батюшки, можно ли ей проколоть уши. Батюшка не благословил. Когда она спросила: «почему?» — он ответил, как я поняла, цитатой из Священного Писания о том, что надо украшать свою душу, а не тело. Сестра расстроилась, но послушалась, а серьги вернула мне. Я продала их и купила ей другой подарок. Через некоторое время я вдруг увидела шикарные сережки на девочке-подростке, родители которой ходили в тот же храм. Я расспросила родителей. Серьги были подарены девочке на четырнадцатилетие, и батюшка ничего не имел против. Просто родители, когда подходили к священнику за благословением, действовали не в лоб, как моя сестра, а осторожненько, с заходом издалека. Сначала сказали, что бабушка с дедушкой и они скинулись на хороший подарок, потом — что девочка хорошо закончила школу и потому достойна поощрения. Потом сообщили, что им по знакомству предложили недорогие красивые сережки и что такой удачи больше может не быть… В общем, сопротивление батюшки было сломлено таким хитрым психологическим приемом.
А моя сестра тем не менее осталась без сережек.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Однажды моя подруга, художница Надежда, решила организовать в Рыбинске свою личную выставку. Для саморекламы, чтобы попытаться потом продать свои картины. Проще говоря, для заработка. В церковь она ходила постольку-поскольку, но краем уха от кого-то услышала, что на такое дело необходимо благословение. И она решила его взять. Поскольку постоянного духовника-священника у нее не было, она пошла в ближайшую церковь, подошла к батюшке и спросила, можно ли ей организовать выставку собственных картин. Батюшка сразу сказал, что нельзя, а на вопрос «Почему?» ответил, что выставку делают по гордости и тщеславию. Вот у него матушка в прошлом, дескать, тоже неплохо рисовала, да и сейчас рисует, только нигде не выставляется, а скромно складывает свои рисунки в стол…
Так и осталась моя приятельница без выставки. Сколько ее ни уговаривали выставляться, она не решилась, полагая, что без благословения выставка обречена на неудачу. Она считала, что священник — это глашатай воли Божией на земле и ошибиться он никак не может.
Прошло несколько лет. И вдруг мы с подругой узнаем, что другая художница, прихожанка храма того же самого настоятеля, устраивает свою выставку, да еще и делает платный вход! Нашему возмущению не было предела, и мы вместе пошли к батюшке за объяснением. Объяснение оказалось на удивление простым. Моя приятельница, оказывается, неверно растолковала батюшке цель выставки. Если бы она сказала, что это просто для продвижения на рынок, чтобы потом продавать для пополнения семейного бюджета, то было бы совсем другое благословение. Но ведь ее тогда священник о цели-то и не спрашивал! А сама она постеснялась доказывать свое, полагая, что благословение не подлежит оспариванию.
Но выставки — это пустяки. Страшнее, когда таким же вот хитрым образом под благословением оказывается личная жизнь.
Одна моя знакомая пара жила много лет без венчания, однако с регистрацией брака в загсе, как положено по гражданским законам. Муж был, что называется, всему голова, жена совсем не имела права голоса. Он жестоко избивал ее и детей, однако же был исправным прихожанином одного из рыбинских храмов и даже пел в церковном хоре. Жена превратилась в бледную тень, забитая и больная, она по велению супруга ходила каждое воскресенье на исповедь и причастие, чтобы, так сказать, смирить свою гордыню. Никакие жалобы на мужа духовник-священник не воспринимал. Потому что муж убедил его в том, что с его несчастной женой так и нужно поступать. Она, дескать, горделива, ее надо смирять. То же самое было с дочерьми. Муж почти убедил батюшку в том, что обе дочери — точная копия своей горделивой мамаши и что, если их не смирять, они вырастут чуть ли не женщинами легкого поведения. Так и смиряли бедную женщину супруг и батюшка до полной инвалидности. А когда она пыталась объяснить священнику, что муж избивает дочерей, батюшка, получивший предварительно от мужа все объяснения, говорил ей, что папа дочек не бьет, а воспитывает и что небольшие телесные наказания для детей в православной церкви не запрещены и даже приветствуются. Почему он не верил женщине, для всех до сих пор остается тайной.
Всем известно, что супружеская измена в православной церкви является главной причиной для развода. Но я знаю немало священников, которые заставляют женщин, которым изменяют мужья, прощать их и жить с ними. А мужчин, у которых неверные жены, заставляют разводиться без всяких смягчений. Причину не объясняют: батюшка так решил — и дело с концом.
ПАША БОЖИЯ ВОЛЯ
Сейчас доходит уже до того, что мирские прямо и откровенно смеются над теми благословениями, которые раздают современные священники хитрым прихожанам. Говорят, есть батюшки, у которых можно выспросить благословение на любое беззаконие, главное — правильно сформулировать вопрос или проблему. По таким вот благословениям некоторые священники ляпают на скорую руку так называемые православные браки. Тем же, кто честно преподносит свою проблему, говорит правду священнику, редко разрешают что-либо, кроме смирения и молитвы.
В одном рыбинском приходе произошли почти одновременно две истории. Первая — с молодой женщиной Мариной Ш., разведшейся с мужем. Муж у нее пил и гулял, и у нее не осталось сил бороться с этим. Она развелась и через некоторое время стала ходить в церковь. Женщина она симпатичная, милая, хозяйственная, желающих жениться на ней оказалось немало. Каждого претендента она подводила к батюшке, и он почему-то никак ее не благословлял. То человек был не христианин, то он не по правилам развелся с предыдущей женой и потому не имеет права на второй брак, то просто батюшке не нравился. Наконец нашелся, кажется, тот, который батюшку устроил. Расспросив женщину подробно, батюшка все же не благословил. И причина оказалась весьма интересной. Оказывается, на этот брак не могло быть Божией воли просто потому, что они познакомились не случайно как бы, а нарочно, то есть этот мужчина этой женщине понравился и она сама подстроила знакомство. Потом все развивалось очень хорошо, мужчина в нее влюбился, и вот оба пришли за благословением. И не получили его. Батюшка сказал, что раз Марина сама нашла себе жениха, а не Господь ей указал каким-то образом, значит, нет на то воли Божией. Так и пришлось им расстаться. Нельзя, оказывается, женихов и невест самим себе выбирать!
В это же самое время в том же самом приходе развивалась еще одна любовная история. Молодая женщина Елена Л., дама весьма сомнительной репутации, присмотрела себе мужа. Этот молодой человек казался самим смирением во плоти. О чем с ним ни заговори, он со всем соглашается и тихо произносит: «На все Божия воля».
Так прихожане и прозвали его — Паша Божия Воля. И вот этого самого бесхарактерного Пашу присмотрела в мужья Елена Л. Он никакого внимания на нее не обращал, скажем проще — она ему как женщина совершенно не нравилась. Но она с завидным упорством принялась за обработку. Звала сама его к себе в гости, всячески привечала, показывала, какая она замечательная хозяйка, демонстрировала дачу, подключала подруг. Бесхарактерный Паша Божия Воля и сам не заметил, как оказался в таком положении, что нужно было жениться. Но жениться он как раз не хотел! Тогда она пошла к батюшке и убедила его заставить Пашу обвенчаться с ней. Ее убеждения были так эмоциональны, ложь о себе так вдохновенна, что батюшка подумал, что Божия воля и впрямь есть на этот брак, потому что хитрая прихожанка не рассказала о себе правду. Ведь по православным канонам вступить во второй брак может лишь тот, чьей вины нет в развале первого брака. То есть, если Елена Л. развелась бы с мужем, который ей изменял, она могла бы выйти замуж еще раз. Но она тайну своей личной жизни умудрилась скрыть даже от священника. Ее все считали несчастной вдовой.
ГЛАВНОЕ — ПЕРЕХИТРИТЬ БАТЮШКУ
На самом деле она постоянно изменяла своему супругу, и он в конце концов с ней расстался. Елена стала искать нового мужа, даже родила от какого-то женатого мужчины в надежде, что он расстанется с женой и женится на ней. Когда же в результате своих поисков осталась матерью-одиночкой, вернула бывшего мужа. Но через некоторое время она принялась снова за разгульную жизнь. Вечно обманутый супруг не выдержал и… повесился.
Но батюшка был убежден в том, что повесился супруг от пьянства.
Через некоторое время прихожане случайно узнали правду и о Паше Божией Воле. Ему, как оказалось, тоже по православным канонам нельзя жениться вторично, ибо он является причиной распада первого брака. Свою законную супругу он бросил много лет назад с маленькой дочкой. Просто уехал от проблем, потому что начались страшные девяностые годы, когда было трудно с заработками, и он не мог прокормить семью. Кроме того, он проиграл там в казино много денег и просто-напросто сбежал, бросив семью разбираться с долгами. Жена подождала-подождала да и подала на развод. Паша вернулся в Рыбинск и принялся за старое — проигрывал огромные суммы, пока его не поставили на счетчик. Тогда он пошел в церковь, и Господь действительно дал ему сил — он перестал играть и даже стал зарабатывать. В церкви и приходе изображает полное смирение. Но от алиментов дочери тем не менее старательно уклоняется. Зато на вопрос батюшки, кто же виновен в разводе, четко отвечает, что жена. Она ведь подала на развод, не он…
Так создалась еще одна «православная» пара. На обмане священника, которому рассказаны вместо подлинных совсем другие истории. Главное — перехитрить батюшку, а уж если он благословил, все равно будет воля Божия!
Конечно, вина священников в таких благословениях минимальна. Они пытаются по мере сил помочь пастве выжить в наше тяжелое время и благословляют на вторые и прочие браки. Они ведь искренне считают, что брачующиеся сказали им правду о своей личной жизни предыдущей поры. Священникам и в голову не придет, что от них даже на исповеди скрывают правду. Такие прихожане ошибочно полагают, что воля Божия определяется не Богом, а священником. А уж как священнику преподнести свою проблему — тут такие прихожане проявляют поистине дьявольское лукавство!
Есть тут еще одна причина — неверное понимание смирения. Это понимание пришло к нам из дореволюционного богословия, когда из всего богатства православного предания в сознании духовенства прочнее всего укоренилась мысль о ничтожности человека, его смиренности. Поэтому батюшки и полагают ошибочно, что проявление внешнего смирения, которое зачастую есть самое обыкновенное лицемерие, и есть самое настоящее проявление христианских добродетелей. Понадобилась целая плеяда новых богословов, таких, как Лосев, Бердяев, Ильин, которые пояснили, что творческие таланты человека, его свобода, достоинство и личностная неповторимость не только не чужды христианству, но, напротив, являются величайшими христианскими ценностями. Но не все современные священники успели усвоить это, измучившись и запутавшись в строительных и хозяйственных проблемах, а пуще того — в разборках, в обманах и хитростях своих так называемых духовных чад.
А воля Божия проверяется обстоятельствами. И если вам попадется развалившийся венчанный брак, неудачно завершенное дело, начатое с благословения, то, прежде чем комментировать ошибочность православия, попытайтесь узнать, каким образом это дело или этот брак на самом деле свершились.
