В город приехал проверяющий. И хотя все местное руководство с хлебом-солью встречало его на границе региона, бронированный лимузин проверяющего с тремя машинами сопровождения и двумя автобусами журналистов пролетел прямо в центральную районную больницу.

ПРОВЕРЯЮЩИЙ

— Как живет провинциальная медицина? — с улыбкой спросил проверяющий сбежавшихся со всей больницы врачей, медсестер и ходячих больных.

— Хорошо живем, — увидев с десяток нацеленных на него телекамер, ответил главный врач. И, поправив врачебную шапочку, добавил: — Как вся страна.

— Сколько в больнице койко-мест? — продолжал проверяющий.

— Сто двадцать.

— Я бы сказал, что неплохо. А какова их занятость?

— Сто процентов.

— Понятно. Недостатка кадров не ощущаете?

— Нет. Докторов и медсестер у нас хватает…

— Тоже неплохо. Зарплата как?

— Достойная…

— А если честно!

— Можно бы и побольше. У докторов в среднем около пятнадцати тысяч выходит, у младшего медперсонала — пять…

— Маловато, конечно, — заметил проверяющий. — Но если провести грамотную оптимизацию койко-мест и подсократить штат, то и зарплата вырастет. Не намного, но вырастет. Подумайте над моим предложением.

Из больницы кортеж проверяющего двинул на механический завод.

— Как сегодня поживает рабочий класс? — поинтересовался высокий гость у плотно окруживших его станочников.

— Нормально живем, — ответил за всех убеленный сединами ветеран. — Мне  уже семьдесят пять годков, а еще работаю. Передаю, так сказать, мастерство молодым.

— Это правильно, — заметил проверяющий. — Как сказал поэт, гвозди бы делать из этих людей, крепче б не было в мире гвоздей! И сколько у вас на заводе таких ветеранов?

— Да, считай, больше половины, — вставил генеральный директор. — Беда в том, что молодежь на такую зарплату не идет, как ни уговаривай.

— А сколько у токаря в среднем выходит?

— Все, конечно, от выработки зависит, а с заказами сейчас туго, — смекнув, что ляпнул лишнего, заюлил директор. Но, увидев строгий взгляд проверяющего, уточнил: — Около десяти тысяч… Но у большинства же еще пенсия, так что неплохо получается.

— Действительно неплохо, — согласился проверяющий. — Но если в стране повысят пенсионный возраст, то, глядишь, и ваши станочники помолодеют! Подумайте над этим!

Потом была лучшая в районе животноводческая ферма, куда проверяющий и его свита вошли, накинув синие одноразовые халаты. Местные чиновники перед этим быстренько внедрили в коллектив сельхозпредприятия несколько медсестер и школьных учительниц, переодетых доярками.

— Приветствую молодежь! — глядя на улыбающихся девушек, произнес проверяющий, не заметив подставы. — Как живете-трудитесь, красавицы?

— Как трудимся, так и живем! — зарделись красавицы.

— Это верно. Под лежачий камень вода не течет. А сколько голов дойное стадо?

— Двести пятьдесят, не считая телят.

— Это хорошо. А с зарплатой как?

— Шесть-семь тысяч выходит…

— У каждой работницы свое подсобное хозяйство, — встрял в разговор директор сельхозпредприятия. — Картошка, морковка, огурчики, лучок — все со своего огорода. А летом они еще по ягоды-грибы бегают, так что лесных запасов на всю зиму хватает. А излишки на рынке продают…

— Излишки — это хорошо, — задумался проверяющий. — А вот если, скажем, на рынке повысят местовые, то и вам, и государству лучше будет. Вы не только свои запасы реализуете, но и местный бюджет пополните. А это опять же возможность увеличения зарплаты врачам и учителям. Мэру города надо бы подумать об этом!

Выпив кружку парного молока, проверяющий успел в этот день побывать на местном мясокомбинате, химзаводе, фабрике технических тканей, в пивоваренной компании и еще двух десятках больших и маленьких предприятий. Когда все достойное, что можно было показать, закончилось, а время еще осталось, проверяющий поинтересовался:

— А теперь куда?

— Разве что в цех деревообработки? — вспомнил мэр и тут же пожалел о сказанном. Но слово не воробей, вылетело — не поймаешь!

Рабочие цеха встретили проверяющего во дворе.

— Как жизнь, господа дерево­обработчики? — весело заговорил с ними проверяющий.

— Живем — не жалуемся!

— Это хорошо, что не жалуетесь. Это, пожалуй, сегодня для нас самое важное. Но ВВП все равно нужно поднимать хотя бы до докризисного уровня.

— Мы и так стараемся, поднимаем, — ответили рабочие.

— И какова производительность, если не секрет? — спросил проверяющий.

— Двенадцать готовых изделий в сутки…

— Двенадцать? А если пятнадцать? Сможете?

— Запросто! Останемся после работы и сделаем!

— А двадцать?

— И двадцать, тут все зависит от демографической ситуации.

— А двадцать пять? Слабо?

— Постараемся, если будет ост­рая необходимость…

— Так вы уж постарайтесь, — улыбнулся проверяющий, — а мы вам для этого создадим все необходимые условия. Поверьте моему слову!

Повернувшись к мэру, он поинтересовался:

— А что они здесь выпускают?

— Гробы, товарищ проверяющий, — побледнел мэр.

 Олег ГОНОЗОВ.

СТРОЙНЕНЬКАЯ

— Девушка, а девушка!.. Ну куда вы все убегаете, девушка! А ты ничего, стройненькая…

— Ну что пристал? Чего тебе надо?

— А почему такая красивая девушка темным вечером да одна? Стройненькая. Не боитесь скверных сутулых дядек?

— А у меня в это время самая работа начинается. И мне все равно — скверные дядьки или помощники депутатов…

— Вот как! Работа! И что же вы делаете, голуба, в такое несуразное время, когда порядочные девушки уже спят?

— Клиентов обслуживаю.

— Клиентов? Ух ты! А можно я тоже буду вашим клиентом? У такой стройненькой. А заодно и кореш мой. Витек, ты где?.. А, вон идет… Витек, застегни ширинку, жизнь приобретает яркие краски!.. Ну что, обслужишь?

— Были бы деньги! Будут деньги — любой каприз! Хоть твой, хоть Витька!

— А ты ничего, действительно стройненькая… И паричок у тебя по размеру подобран. Вон и Витек кивает. Согласный он.

— Короче, дяди, деньги у вас есть? Если нет, разговор закончен!

— Да есть, есть деньги! Во, гляди, стройненькая моя! Хватит?

— Хватит! Ну, тогда давайте… Кто что хочет?

— Витьку все равно, он уже крупно выпил и сконцентрирован на застегивании ширинки. А мне графинчик водочки, пару пивка и бутер с икрой… Ну, что встала, обслуживай, официанточка ты моя стройненькая!

Сергей ЖБАНКОВ.

ОТПУСКНОЕ

Нет сидели бы мы в отпуске дома —

Так приехали в отель

«Лас Паломас».

Здесь нас жаркие лучи

приласкали.

Сами чувствуем себя голубками.

Южный берег Андалузского края —

Настоящее подобие рая.

У бассейна ты в купальнике синем.

Эти чудные места мы покинем.

Впереди у нас чуть меньше недели,

Хоть остаться б насовсем

мы хотели.

Полюбил я славный город Малагу,

Присягнуть готов испанскому

флагу,

Но и честь родной страны

не уроним.

Потихоньку  пьем винцо

на балконе.

Впереди у нас Севилья

с Гранадой.

В форме быть

на раннем завтраке надо.

Не хочу я ни в Хургаду, ни в Сочи.

Говорят, теперь там дорого очень.

Южный берег Андалузского края

Нам милей, чем государство

Израиль.

А от жизни неприятных сюрпризов

Защитит нас многократная виза…

*   *   *

Расцвели в Андалузии жакаранда

 с магнолией.

Мы с любимой приехали

посмотреть на цветы.

Десять дней и не более,

десять дней и не более…

Понимал я заранее,

как расстроишься ты.

Королевство Испания,

ты мне сердце поранило,

И твое обаяние души нам обожгло.

Ты спалила и плечи нам —

мы нарушили правила,

Хоть и знал я заранее,

как здесь будет тепло.

Этот отпуск, наверное, никогда

не забудется.

Ждем: границы откроются,

ждем больших перемен.

Нам сейчас замечательно,

а потом будь что сбудется.

Мы ведь знали заранее:

это просто Шенген.

Николай КУДРИН.