Тропа между полыньями

Паромная переправа на Волге у Мышкина закончила работу еще 30 декабря. Весь январь морозов не было, и речники даже хотели возобновить плавание. И теперь, после первых морозов, надежным появившийся ледяной покров тоже не назовешь.

К автобусам из Ярославля и Рыбинска, которые останавливаются на правом берегу Волги, начиная с нового года практически доступа не было. Мышкинцы пробирались в столицу губернии через Углич, делая большой крюк, вместо 98 километров — 150.

Можно еще было добираться поездом через Рыбинск, но вечером автобусы до Мышкина со станции Волга ходят не всегда. Поэтому в городе с надеждой поглядывали на реку: скоро ли там появится лед? Однако вплоть до двадцатых чисел января вся середина ее была чистой. А по закраинам смелые рыбаки уже начали ходить. 24 января кто-то из них напротив бульвара отметил тропу вешками до фарватера, а дальше парили полыньи.

В тот же день поползли слухи, что один из любителей подледного лова утонул. В местном РОВД подтвердили этот факт. На закраине реки против улицы Лесной, там, где летом причаливал паром газотранспортников, нашли пешню, шапку и ящик со снаряжением. Житель Мышкина, не доживший один год до 60 лет, вскоре был найден. Говорят, и место, где провалился несчастный человек, было не очень глубоким, но справиться с ледяной стихией он не смог.

А в минувшую пятницу речник со стажем Алексей Тяпушкин сказал, что он еще 25 января одним из первых пересек Волгу у переправы. Встречал жену с автобуса из Ярославля. Хотя и в прежние годы случалось, что Тяпушкин первым торил ледяную дорогу, я очень удивился, потому что на середине — полыньи. «А между ними, — объяснил Тяпушкин, — положили доски, наморозили тропу, и народ пошел!»

В тот же день я заглянул на переправу. Охранники и овчарка на цепи преградили дорогу на причал: «Сюда нельзя. А если на Волгу — то вон тропочка». Я свернул на тропочку и увидел щит с крупной надписью: «Проход запрещен». У этого щита и начиналась тропа около двух метров шириной, обставленная по сторонам частоколом вешек. Уточнил еще раз: ходят ли тут люди? С причала подтвердили, что ходят. Я поинтересовался, кто же наморозил такую тропу. Ответили, что не знают. Какой-то частник, мол, позаботился о людях.

Пошел и я по коридору жизни. Но недалеко, потому что те же полыньи, и справа и слева, которые я видел за день до этого, парили на фарватере по-прежнему. Нет, осторожные люди в Мышкине никогда не ходят по такому мосту. Повернул к берегу. Навстречу вывернули еще двое, видимо, приехали через Углич из Ярославля. Спрашивают: «Вы с той стороны?» «Нет, — говорю, — я только посмотреть ходил. Видите, проход запрещен!»

Но мужички мое предостережение встретили смехом: «Уже давно ходят!» «А зачем же тогда надпись?» — уточнил я. «А это потому, что дорогу наморозили, а лицензии пока еще нет. Комиссия не принимала!» — хитро улыбнулся дачник из Коровина.

Никогда не слышал, чтобы для тропы человеческой по Волге нужна была лицензия. Это когда дороги для автотранспорта намораживают, их принимает комиссия. А тут ты сам себе комиссия: сам идешь, сам и отвечаешь.

В субботу я снова побывал на этой тропе. К вечеру в устье речки Юхоти лед зачернел от рыбаков. Я дошел до середины, поглядел, как огоньки города отражаются в полыньях, и снова возвратился к берегу. В воскресенье пешеходов уже прибавилось. Люди здесь говорят, что февраль, может, выдастся морозным. И этот месяц опасная тропа, на которую не все рискуют ступить, продержится.

И все любуются красой

Ее историческая родина осталась на дне рукотворного Рыбинского моря. Перед самой войной отец с братом перевезли из зоны затопления большой родительский дом. Распилили его надвое и начали ставить каждому по избе, да не успели фасад нарядить.

Отец ушел на фронт, оставив жену с тремя ребятишками на кухне, твердо обещая вернуться и дом достроить. Обещание свое сдержал, вернулся даже без серьезных ранений, лишь с контузией, которая впоследствии стала трагедией всей его оставшейся жизни.

ПЕРВАЯ В ПЯТЕРКЕ

А вначале на радостях начал не только дом достраивать, но и детишек одного за другим на свет производить, не понаслышке зная, как истощились за войну людские ресурсы. Так и появились в их семье один за другим еще пятеро ребятишек. Аня в этой пятерке оказалась первой.

Мама, всю войну проработав в колхозе около веялки, в холоде и в пыли, рано заработала астму. Жили очень трудно, как, впрочем, и большинство в те годы. Старших девочек пришлось отдать в няньки. Младшие учились, порой ходили в школу по очереди, оставаясь нянчить братишку, который был в семье поздним ребенком. Но все-таки Ане удалось закончить семь классов и поступить в техникум.

СИНЕНЬКАЯ ЮБОЧКА, ЛЕНТОЧКА В КОСЕ

Эти стихи Агнии Барто недавно напомнила Анне Павловне ее первая учительница Екатерина Васильевна Жукова. Иногда, пробегая мимо, Анна Павловна навещает ее, чтобы справиться о здоровье, узнать, не надо ли чего. Ведь возраст-то у учительницы уже почтенный, хотя память отличная, до сих пор помнит, как взмахивала первоклассница Аня тонкими ручонками, декламируя эти стихи.

Вообще Анна Павловна Хохлова обладает удивительным качеством — чувствовать боль другого и спешить на помощь. Их отец, получивший на фронте контузию, в шестьдесят два года заболел и ослеп, двадцать один год просидел слепой. И хотя он жил с неженатым сыном, все заботы по уходу за стариком да заодно и за братом легли на плечи Ани и сестры Татьяны. А когда болела мать, Аня самостоятельно освоила все приемы оказания первой медицинской помощи: делала уколы, даже внутривенные вливания, продлевая ее жизнь. Сейчас родителей уже нет в живых, умер и младший брат. Но Аню часто можно встретить в больнице, сумка ее всегда полна. Она приходит навестить родных и знакомых.

СВАДЬБУ

СКРУТИЛИ БЫСТРО

Наверное, именно добросердечность Ани подметили родственники будущего мужа, увидев ее впервые.

А ведь была у нее и первая любовь — тот Новый год и сегодня в памяти. Было серьезное увлечение, когда работала на практике в совхозе «Толбухинском», ходили тогда на танцы в Андроники — пришел парень с одной девушкой, а с танцев ушел с ней, с Аней. Значит, крепко щемило сердечко, если его фотография и сейчас хранится в семейном альбоме. Но не сложилось. Ждала Аню ее судьба совсем близко.

Был опять же Новый год, концерт художественной самодеятельности в сельском клубе, где Аня чуть ли не главная артистка. В этот раз и увидели ее сестры жениха, уговорили поехать с ними в деревню Верещагино, в дом родителей. А там, не дав опомниться, договорились и о свадьбе. Мать Ани за голову схватилась, услышав о решении дочери. Да и было отчего: на 7 января назначена свадьба старшей сестры. Но родственники жениха были непреклонны. Так ровно через неделю, 13 января, отплясала и Анина свадьба.

До рождения ребенка прожили в доме мужа, а потом перебрались в деревню Ани, в старый родительский дом.

Ребенок родился семимесячный, очень слабый — боялась за него. «Это сейчас он настоящий шкаф, — смеется Аня, — весит 136 килограммов. Работает охранником на мехзаводе в Рыбинске, хотя закончил тот же пошехон-ский техникум и даже после армии целый год работал на льносеменной станции». В жены взял пошехоночку. Володя и Света подарили Ане внука Илью — ему уже 15 лет. Аня радуется счастью сына, волнуется за ответственную его работу и огорчается, что своя чаша бабьего счастья оказалась не слишком сладкой.

БАШАРОВО, ПАНОВО, МУЖИКОВО,

ЖЕЛУДКОВО…

Когда Аня быстро-быстро перечисляет обслуживаемые ею деревни, у меня начинает кружиться голова. А она смеется: «Да и всего-то пятьдесят четыре деревни да еще все организации «Райпотребсоюза». Ну, еще улицы — Рыбинская, Даниловская, Терешковой, Гагарина, Некрасова, Малоярославская, Любимская, Механизаторов, поселок льнозавода…»

Я минуту-другую всматриваюсь в лицо Ани, мне все еще кажется, что она шутит. Но Аня, нисколько не смутившись, рассказывает, что в компании «Росгосстрах» работать не гадала не чаяла — все произошло случайно, помимо ее воли и желания.

После окончания техникума была направлена по распределению в Угличский район агрономом-семеноводом. Не вмешайся тогда в ее жизнь Нина Геннадьевна Пушкова, зоотехник ее родного колхоза, может, вся бы жизнь Анны Павловны сложилась иначе. Но Нина Геннадьевна сумела убедить Аню остаться в своем колхозе. Стала девушка вместо семеноводства заниматься животноводством, прошла двухмесячные курсы в Гаврилов-Яме, а в 1965 году, после ухода Пушковой, стала главным зоотехником. Много везла на своих плечах общественной работы — была и секретарем комсомольской организации, и парторгом, и депутатом местного и районного советов.

А в какой-то момент устала, решила работу поменять. Сначала сманили ее в лесокомбинат, перепробовала многие должности, но все казалось, что это не ее. И вот случайно ей встретилась Елизавета Ивановна Шарыгина. Она и предложила: «Приходи к нам в Госстрах. Будешь агентом — место освобождается. Да не бойся, не бойся, у тебя все получится».

И как в воду глядела. Вот уже тридцать лет носится Анна Павловна по дорогам района. Всегда свежа, улыбчива, будто весь свой возраст по этим дорогам порастеряла — молода и душой, и телом.

Есть у Анны Павловны хобби — любит она быть тамадой на самых разных семейных торжествах и корпоративных вечеринках. И как здорово у нее это получается, сама слышала — словечко к словечку, шутка к шутке, а где надо, то и заковыристая частушка! А еще она поет в хоре при сельском доме культуры.

ИМЕЕТ ЧЕСТЬ ПРИГЛАСИТЬ

Надо признаться, в руки замотанной делами и семьей женщины-труженицы не так уж часто попадает пригласительный билет с такими высокопарными словами.

Анне Павловне повезло. В связи с 85-летием «Росгосстраха» пригласили Анну Павловну Хохлову на торжественный вечер в Государственный кремлевский дворец. Почему ее? Думаю, что все те, кто долгие годы проработал рядом с Анной Павловной, этот вопрос просто не задают. Хотя сама она первое время пребывала в растерянности и даже отказывалась от поездки: мол, рядом с ней работают и другие, не менее достойные люди.

Я встретила Анну Павловну накануне поездки, когда она только-только выпорхнула из рук парик-махера. Такая счастливая, какой бывает женщина лишь два раза в своей жизни — в день свадьбы и в день рождения первого ребенка…

А после поездки по телефону она взахлеб рассказывала о впечатлениях, переполнявших ее. И так хотелось пошутить: «Аня, сколько еще деревень и улиц прибавишь к своему участку?» Но я шутить не стала: мне показалось, что она бы ответила вполне серьезно.

Сюрприз для семьи кругловых

Николай Борисович Круглов не случайно получил звание почетного подписчика «Золотого кольца». Нашу газету семья выписывает практически с первых дней ее существования и верна ей на протяжении всех шестнадцати лет.

В семье Кругловых всегда выписывали много разных журналов и газет, как центральных, так и местных. О новой ежедневной газете «Золотое кольцо», которое в 1990 году появилось в Ярославле, узнали случайно. Сначала покупали его в киосках, а затем оформили подписку. Когда цена на большинство периодических изданий сильно увеличилась, от многих из них Кругловым, увы, пришлось отказаться. Но только не от «Золотого кольца», которое Николай Борисович вот уже столько лет предпочитает всем остальным

местным газетам.

Николаю Борисовичу 79 лет, но его оптимизму, жизнелюбию можно позавидовать. Он не любит ворчать и жаловаться, старается видеть позитивные стороны, не утратил жизненный интерес и желание узнать что-то новое и любопытное. Николай Борисович любит читать русскую классику, современную литературу, детективы. Может, поэтому «Золотое кольцо» с его разнообразием информации, точек зрения, журналистских взглядов, стилей подачи материала наиболее близко и симпатично Николаю Борисовичу. В газете наш почетный подписчик находит интересными, познавательными для себя полезные советы, рассказы о людях, литературную страничку «Уединенный пошехонец», материалы, посвященные политической, экономической и культурной жизни. Следит он и за спортивными событиями и репортажами, ведь Николай Борисович — давний болельщик футбольной команды «Шинник» и хоккейного «Локомотива».

Родился Николай Круглов в 1927 году в Тверской области. Детство и взросление выпали на голодные и трудные годы. Когда в 1944 году его, семнадцатилетнего паренька, призвали в армию, он был щуплым и невысоким, словно подросток. Правда, в армии быстро окреп и набрал рост. Служил Николай Борисович в артиллерий-ских парадных войсках, а затем работал в военкоматах Ярославской области на разных должностях. Во время службы окончил вечернюю среднюю школу, а затем экстерном военное училище. В 1955 году он женился на молодой учительнице Марии Михайловне, год назад эта дружная пара отметила золотой юбилей совместной жизни.

В семейной жизни Николай Борисович никогда не чурался домашней работы, всегда помогал жене в хлопотах по дому. Он любит готовить и частенько баловал своих родных чем-нибудь вкусненьким. В выходные брал поваренную книгу и стряпал по рецепту какое-нибудь блюдо. Это был сюрприз для всей семьи. Самым вкусным блюдом для его дочери, например, до сих пор являются папины голубцы. Когда сын и дочь Николая Борисовича были детьми, они не раз ходили с папой в увлекательные походы вдоль по Волге, с кострами и рыбалкой.

Несмотря на солидный возраст, Николай Борисович и по сей день является приверженцем здорового образа жизни, по утрам обязательно делает гимнастику. А затем первым делом направляется к почтовому ящику за своей любимой газетой. Поскольку у него

деревенские корни, Николая Борисовича тянет к земле. Раньше он помогал матери и теще, а потом совместно с женой всерьез увлеклись садоводством и огородничеством. К выращиванию овощей и фруктов Николай Борисович подходит обстоятельно, для своего участка выбирает сортовые ягодные кусты и плодовые деревья, ухаживает за ними, не зная отдыха. И здесь наша газета нередко помогает Кругловым. Николай Борисович пользуется советами из рубрик «Во саду ли, в огороде» и «Домострой», применяет их на практике. К своему

75-летнему юбилею вырастил на своем участке — в наших-то климатических условиях — арбузы и дыни, которыми угощал всех друзей.

Смех сквозь слезы

Михаил Зурабов никогда не отвечает на брошенные ему в лицо обвинения. Какие бы скандалы ни сотрясали Минздрав, министр упорно делает вид, будто ничего особенного не происходит.

МИХАИЛ ЗУРАБОВ ПРОВАЛИЛ ОЧЕРЕДНОЕ ПОРУЧЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА

НИ АРЕСТЫ в фонде медстрахования, ни обыски в Пенсионном фонде — ничто не может вывести Зурабова из равновесия. Даже когда выяснилось, что одну пятую всех контрактов на поставку медоборудования он отдал фирме своей жены (так, по крайней мере, утверждают наши источники), министр не промолвил в ответ ни слова.

Возможно, Зурабов считает, что вступать в полемику с клевретами и клеветниками ниже его чиновничьего достоинства, точно по поговорке: «Собака лает, караван идет». Но лично мне куда более подходящей кажется здесь совсем другая народная мудрость: «Плюй в глаза — все божья роса»…

Все зурабовские реформы — будь то монетизация льгот или закупка карет «скорой помощи» — неизменно отличаются миллиардными масштабами и размахом. Работать по мелочам министр не привык. Этот принцип он вынес еще со времен своего занятия бизнесом: чем больше денег, тем меньше их считают.

Недавно я подробно уже описывал вакханалию, царящую на конкурсах по поставкам медоборудования. Никаких предельных цен на технику не устанавливали. Треть всего оборудования (на 3,5 миллиарда рублей) была закуплена без конкурса. Все участвовавшие в торгах компании должны были пройти предварительный отбор, но о проведении его Минздрав официально не сообщал. (Этакий междусобойчик: званый вечер только для своих.)

Нечто подобное творится и в области закупок лекарств, где миллиардные подряды также отдаются в руки заранее определенных компаний, зурабовских симпатий. Названия этих структур хорошо известны: еще в начале 2005 года Госдума (и автор этих строк — в первую очередь) ставила вопрос: почему поставками лекарств для федеральных льготников без какого-либо тендера занимаются исключительно семь этих фирм? И как объяснить, что препараты, поставляемые за счет бюджета, стоят на порядок дороже таких же точно лекарств, но продающихся в розницу? Вопросы, как водится, остались без ответа…

Впрочем, к делу.

В сентябре 2005 года президент Путин объявил о том, что в стране должно начаться строительство высокотехнологичных медицинских центров, дабы сделать сложные дорогостоящие операции максимально доступными широким массам.

Кому поручать столь ответственное дело, даже вопросов не вызывало: разумеется, Зурабову. Той же осенью Путин с Медведевым утвердили перечень регионов, где будет возведено 15 подобных, напичканных новейшей аппаратурой центров: Сибирь, Поволжье, Урал — словом, вся российская география; и Зурабов клятвенно заверил, что первые шесть объектов построит уже в следующем (сиречь в 2006-м) году. Под его честное слово в федеральном бюджете были заложены немалые деньги — 12,6 миллиарда рублей.

Однако год прошел, а центров этих как не было, так и нет. И не будет еще очень долго, ибо конкурс на проектирование и строительство объектов Минздрав провел только… в сентябре 2006-го — ровно через год после президентского поручения. Госконтракт с победителем — внешнеторговой фирмой «Техноинторг» — подписали и вовсе в октябре.

Но и это еще не все: как следует из полученных мною официальных бумаг, ни на один из медцентров до сих пор не разработано проектно-сметной документации.

Кто не знает: проектная документация — это главный документ для любой стройки (все равно как для нас с вами паспорт). Прежде чем приступать к возведению объекта за казенный счет, Рос-строй в обязательном порядке должен изучить проект и дать на него заключение экспертизы. Помимо вопросов безопасности и строительных расчетов экспертиза детально изучает обоснованность запланированных расходов.

Без экспертизы начинать строительство нельзя — это закон. Но штука в том, что экспертизы у Зурабова нет, а деньги-то из бюджета освоить надо.

В чем-чем, но в изобретательности министру здравоохранения точно не откажешь. Видя, как утекают у него из рук миллиарды, Зурабов изобрел поистине гениальный план: он объявил, что медицинские центры не будут строиться, как все обычные здания. Центры ведь — высокотехнологичные, уникальные. Значит, и возводить их надо не устаревшими, дедовскими, а самыми что ни на есть передовыми и прогрессивными методами. Якобы их станут собирать из… медицинских модульных блоков.

Что такое «медицинские блоки» — доподлинно не знает никто. (По крайней мере, ни один из руководителей Росстроя объяснить это мне не смог.) По утверждению Зурабова, таинственные блоки следует завозить из-за границы (преимущественно из Германии), причем уже заранее они будут оснащены аппаратурой и оборудованием.

Это воистину новое слово в строительстве. То есть учебные заведения можно отныне собирать из «школьных» блоков, дома культуры и клубы — из «культурных», а стадионы — из «спортивных».

Особую пикантность зурабовской идее придает тот факт, что медицинские эти блоки вкупе с любимым его оборудованием составляют 80 процентов от стоимости будущих центров (объем собственно строительных работ не превышает 18 процентов проекта). И проверить правильность цен попросту невозможно. Модули ведь, как мы помним, закупаются за кордоном; лучший способ, чтобы «заработать», трудно себе придумать («… не представляется возможным определить стоимость объектов по существующим федеральным расценкам», — без обиняков говорится в письме и. о. главы Рос-здрава Хасанова).

И все бы ничего, и миллиарды давно были бы уже списаны и освоены, кабы на пути масштабных зурабовских планов не оказался Росстрой.

Как утверждают наши источники, начиная с осени прошлого года руководство Федерального агентства по строительству начало подвергаться невиданному давлению: от строителей требуют дать положительные экспертизы проектов, но те сопротивляются, справедливо возражая, что невозможно проверять то, чего нет в природе.

Во всех представленных в Росстрой проектах отсутствует самое главное — описание конструктивной части объектов, проще говоря, плана строительства. Соответственно, подтвердить назначенные цены агентство не в силах. Нет на документы и смет.

Трудно сказать, сколь долго сумеет еще продержаться Росстрой в неравной борьбе с Минздравом. Слишком большая ставка стоит на кону. Но в том, что Зурабов «освоит» все миллиарды, сомневаться, увы, не приходится.

Общая стоимость медцентров составляет 36 миллиардов. В федеральном бюджете на нынешний год заложено еще 19,4 миллиарда — плюсом к тем, 12,6 прошлогодним. Вот уж есть где разгуляться…

Я далек от мысли, что Путин в ближайшее время все-таки уволит Зурабова. По непонятным для всех причинам президент почему-то считает главу Мин-здрава сильным и эффективным управленцем; даром что не величает лучшим министром всех времен и народов.

Интересно, если за полтора года «эффективный» управленец Зурабов не сумел выполнить президентское поручение — элементарные проекты, каким же в понимании Кремля должен быть тогда управленец слабый?

… В конце декабря мне довелось участвовать в заседании совета при полпреде президента в СЗФО. Присутствовали там все 11 губернаторов округа.

Само собой, разговор зашел о Зурабове, лекарственном обеспечении и нацпроекте «Здоровье». Такого единодушия мне не доводилось слышать уже давно.

Вот лишь несколько записанных мною цитат из выступлений.

В. Матвиенко, губернатор Санкт-Петербурга: «Задолженность в городе по лекарствам 1,8 миллиарда рублей, 200 тысяч отсроченных рецептов, на 30 процентов снижено число путевок и протезирования. Мы стоим на пороге кризиса. Нам просто нельзя идти на выборы».

В. Сердюков, губернатор Ленинградской области: «У нас долг по лекарствам — 800 миллионов. Оборудование поступает некачественное, машины «скорой помощи» ломаются».

М. Прусак, губернатор Новгородской области: «В здравоохранении финансируется только 40 процентов потребностей. Пока не поздно, мы все должны об этом сказать. Зурабов ничего не умеет делать. Кто он вообще такой?»

И. Клебанов, полпред президента: «По ДЛО (программа лекарственного обеспечения. — А.Х.) все поделили между своими фирмами. Мы приближаемся к катастрофе. Регионы никто не слушает, как будто здесь бараны работают. Абсолютно тупиковая ситуация. Масштаб бедствия невообразим. Правительство парализовано».

Из общего хора голосов вы-рвался лишь один губернатор — глава Карелии Сергей Катанандов.

«А давайте дадим Зурабову еще денег и все его поддержим», — неожиданно изрек он. За столом воцарилась гнетущая тишина.

— Это что, шутка? — удивленно спросил Клебанов.

— Конечно.

Губернаторы с облегчением вздохнули и дружно засмеялись…

Смех — это, пожалуй, единственное, что остается всей стране, пока Минздравсоцразвития возглавляет самый успешный коммерсант последнего времени Михаил Зурабов. (Точно так же весь зал Академии медицинских наук смеялся до колик, когда предшественник Зурабова, великий ученый Андрей Воробьев, сказал, что при виде министра ему вспоминаются слова отца Федора: «Отдай деньги!»)

Но зато в тот день, когда Зурабова отправят наконец в позорную отставку, смеяться не будет никто. Наоборот, все будут плакать. От радости.

В кольце событий

МВД ПОСЧИТАЛО ВСЕ ПРЕСТУПНЫЕ ГРУППИРОВКИ. МОСКВА. Министерство внутренних дел России считает, что в стране сейчас 446 организованных преступных формирований — ни больше, ни меньше, «за каждым из которых — пристальный взгляд».

Как заявил заместитель министра внутренних дел Олег Сафонов, «несколько лет назад мы применяли бы термины «примерно», «по некоторым данным». А теперь не допускаем даже минимальных погрешностей. Сегодня в России действует 446 организованных преступных формирований». По подсчетам МВД, «статусом так называемых воров в законе обладают 184 человека. Еще несколько сотен авторитетов уголовной среды только называют себя ворами в законе, хотя на деле — самозванцы», из которых 40 отбывают наказание по приговору суда. За последний год были задержаны 44 вора в законе, из которых 33 в конечном итоге были арестованы, а двое — выдворены из России. Из лидеров преступного мира около половины — уроженцы и жители Закавказья. Сафонов согласился, что такого большого количества банд не было бы без широкого распространения коррупции среди чиновников, и пообещал с этим бороться, а в качестве примера финансирования преступностью экономики соседей России привел крупнейший южнокорейский порт Пусан. По словам заместителя главы МВД, «за счет того, что позволили контрабандистам и браконьерам безнаказанно грабить наши биоресурсы, корейская деревушка Пусан превратилась в современный город из стекла и бетона».

СКОНЧАЛСЯ ПИСАТЕЛЬ СИДНИ ШЕЛДОН. ЛОС-АНДЖЕЛЕС. В США

на 90-м году жизни скончался Сидни Шелдон — лауреат многочисленных премий в качестве сценариста, который за последние 40 лет стал гораздо более известен бесчисленным количеством романов, вышедших из-под его пера. Как сообщил агент писателя Уоррен Коуэн, Шелдон умер от осложнений при воспалении легких в Медицинском центре имени Эйзенхауэра в Лос-Анджелесе в присутствии своей супруги Александры и дочери Мэри, также писательницы. По книгам Шелдона снято несколько телесериалов, для некоторых из них он выступил в качестве продюсера. Родился писатель 17 февраля 1917 года в Чикаго, через 17 лет отправившись в Голливуд. Он служил летчиком в годы второй мировой войны, а после возвращения в США остался в Нью-Йорке, где написал несколько сценариев для бродвейских мюзиклов, некоторые из них были отмечены наградами. Вскоре он вернулся в Голливуд уже прославленным писателем и в 30 лет получил свою премию «Оскар» за лучший сценарий.

По сообщениям Газеты.ru, Ленты.ru.