Обрежут, но не больно

Ярославские вузы, в которых выявлены признаки неэффективности, возможно, ждет сокращение государственного задания на прием студентов в следующем учебном году, а значит, и сокращение бюджетных мест. Еще одним последствием выявления признаков неэффективности может стать упразднение некоторых непрофильных специальностей.

ОБ ЭТОМ рассказал заместитель губернатора Ярославской области Виктор Костин после участия 13 ноября в межведомственном совещании в Министерстве образования и науки. Ярославские вузы кроме Виктора Костина также представляли советник губернатора Ирина Лоханина и ректор Демидовского университета Александр Русаков.

Напомним, что 1 ноября 2012 года на официальном сайте Минобр-науки России были опубликованы результаты мониторинга, который проводился с 15 августа по 15 сентября. Для оценки эффективности были выбраны пять показателей: средний балл ЕГЭ студентов бюджетных и платных отделений, объем НИОКР (научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ) в расчете на одного педагога, количество окончивших вуз иностранных студентов (не считая стран СНГ), доходы учебного заведения в расчете на одного преподавателя, общая площадь принадлежащих вузу или находящихся «в оперативном управлении» вуза помещений. Всего в России оказалось 136 высших учебных заведений «с признаками неэффективности». Это примерно четверть от того числа вузов, которые мониторило Минобрнауки. В разряд неэффективных попали три ярославских вуза: сельхозакадемия, технический университет и педагогический университет имени Ушинского.

Заместитель губернатора Виктор Костин, руководители ярославских вузов, совет ректоров сразу же высказались, что не согласны с принципами и подходами к оценке эффективности учебных заведений и объявленными результатами мониторинга. Как пояснил Виктор Костин, все данные, по которым производилась оценка, касались 2011 года, а уже по результатам 2012 года по многим показателям параметры наших вузов стали выше. Например, через два-три года количество иностранных выпускников политехнического университета превысит пороговые значения в несколько раз. Увеличится показатель по вузовским площадям: строится новый корпус политеха, готовится к вводу новый корпус сельхозакадемии.

Средний балл ЕГЭ поступивших студентов — критерий тоже весьма условный.

— В сельхозакадемию поступает много ребят из малокомплектных сельских школ, и, конечно, уровень их оценок по ЕГЭ ниже, чем у ребят из сильных школ города. Но сельские ребята идут учиться, чтобы получить профессию и вернуться на село. Никому не нужно, чтобы в сельскохозяйственный вуз поступали абитуриенты с более высокими баллами по ЕГЭ, но которые потом не будут работать в отрасли, — заметил Виктор Геннадьевич.

Кстати, за Ярославскую сельхозакадемию очень активно вступилось Министерство сельского хозяйства, заняв жесткую позицию.

Тем не менее, как сказал заместитель губернатора, сейчас оспаривать результаты мониторинга не имеет смысла. Нужно заняться работой по повышению качества образования в наших вузах, по повышению их престижа. Ведь многие претензии к вузам справедливы, они должны критически посмотреть на себя, в чем-то перестроить свою работу. Стоит задача не раздувать наборы в вузы, а делать так, чтобы они стали более престижными. Из рассказа Виктора Геннадьевича можно сделать вывод, что силовыми методами закрывать и объединять неэффективные вузы в ближайшее время не будут. В то же время, если на уровне руководства регионов и руководителей вузов появится договоренность об объединении некоторых вузов и о сокращении специальностей и факультетов, то министерство отреагирует положительно.

— Но как бы ситуация ни повернулась, нынешние студенты ни о чем не должны переживать: тех, кто уже учится, это никак не коснется, — успокоил заместитель губернатора. — По филиалам ситуация более напряженная. Общая позиция такова: филиалы, не обладающие достаточной материально-технической и кадровой базой и при этом оттягивающие на себя бюджетные места, нужно реструктуризовать. Более предметно этот вопрос будет обсужден позднее. При этом решения об уменьшении набора не коснутся действующих студентов, обучающихся в филиалах, — они получат высшее образование там, куда поступали.

Фото Виктора ОРЛОВА.

Майор вихрь алексей старостин

Имя Алексея Старостина практически ни о чем не говорит нынешним переславским полицейским. И удивляться тут нечему. С тех пор, как местная шпана разбегалась при одном только его виде, прошло без малого полсотни лет. Да и сам Алексей Иванович давно покинул эту землю. Но остались на Переславской земле люди, которые в день 95-летия советской милиции, а ныне День сотрудника органов внутренних дел РФ, непременно о нем вспомнили. И среди них его жена Лора Васильевна Старостина.

АЛЕКСЕЙ был родом из переславского села Рогозинина. Воспитывался в многодетной крестьянской семье, служил на Дальнем Востоке, был участником войны с Японией. После демобилизации вернулся в родные края. Живой, общительный, гармонист, первый парень на деревне. На него обратил внимание Григорий Иванович Варульников и пригласил на работу в горком комсомола Переславля. И уже оттуда, с должности заведующего орготделом, он по путевке комсомола был направлен на работу в милицию, — вспоминает Лора Васильевна.

Впервые она увидела своего будущего супруга в милицейской форме с погонами старшего лейтенанта в конце 50-х на танцах в клубе поселка Ивановское. И сделала вид, что он ей совсем неинтересен. В то время за ней ухаживал другой парень. К тому же смущала десятилетняя разница в возрасте. Старший лейтенант в свои 32 года показался ей солидным дяденькой. Но устоять против его натиска оказалось сложно. И уже через три месяца голубоглазая выпускница торфяного техникума стала женой сотрудника уголовного розыска.

Сказать, что Алексей Старостин стал образцово-показательным мужем — погрешить против истины.

— Он был настолько увлечен работой, что семьи не знал. Ночь за полночь он на работе. А с утра пистолет из-под подушки — и опять на службу.

Впрочем, и поныне Лору Васильевну грызет червь сомнения: а всегда ли ее супруг в неурочное время ходил только на службу?

— Муж был красавец: высокий, стройный, косая сажень в плечах, с копной русых волнистых волос. Женщины вокруг него хороводом вились. Он и сам был не прочь пофлиртовать. Но стоило кому-то на танцах проявить повышенный интерес ко мне, он тут как тут: «Это моя жена!» И кавалеров след простывал. А еще любил приговаривать: «Если бы все были такие, как моя Лорочка, мы бы давно в стране коммунизм построили».

На страже порядка Алексей Старостин простоял почти до пятидесяти лет. После Переславля работал заместителем начальника милиции Ростовского, затем Любимского района. Закончил высшую школу МВД. Один из первых в области получил значок «Отличник милиции». Завершил милицейскую карьеру в чине майора и в должности начальника милиции Пошехонского района.

…О своей работе Алексей Иванович в семье особенно не распространялся. Да и супруга его ни о чем не спрашивала. Но знала, что господа уголовники угрожали ему не один раз.

— Однажды мне сон приснился. Кто-то подошел к дверям нашей квартиры, воткнул кинжал с бумагой, а в бумаге — угроза. Я так испугалась! Соскочила с кровати. Час ночи — мужа нет. Включила свет, иду в коридор, приоткрыла дверь — ничего.

Впрочем, знала Лора Васильевна и другое: муж всегда сумеет постоять за себя. Сила в нем была поистине богатырская. Уже после его смерти на поминках услышала она историю об одном из его приключений на фронте борьбы с криминалом.

— Дело было в Переславле после его выхода на пенсию по выслуге лет. Старостин отправился в парикмахерскую, которая в те времена находилась в центре города, недалеко от клуба Дзержинского. Взял с собой сына — Женя в ту пору ходил в шестой класс. Воскресенье, народу мало — один старичок в очереди. Вдруг входят три амбала. Один останавливается у дверей, другой возвращается на улицу, третий подходит к кассиру и подставляет нож к горлу: «Давай деньги!» Алексея как подбросило. Помимо необыкновенной силы он еще владел приемами японской борьбы. Он выбивает нож, хватает грабителя в охапку и швыряет в окно через двойные застекленные рамы. Тот, как тряпка, растягивается на асфальте. А тут второй кидается на него. На выручку Старостину бросается старичок и гирей виснет на ногах бандита… Утихомирив еще одного, Старостин кидается на улицу за третьим. И так входит в раж, что и остановиться не может. Сгоряча достается даже одному из прибывших работников милиции. «Успокойся, Алексей Иванович, — говорят ему. — Это свои». За этот случай Старостин получил благодарность из УВД и денежную премию.

После милиции Алексей Старостин работал в переславской колонии, где заключенные окрестили его майором Вихрем…

Умер Алексей Иванович в 62 года, будучи юристом швейной фабрики. В полдень 22 ноября 1988 года он не спеша собрал бумаги на рабочем столе, отодвинул их от себя. «Ну вот и все», — последнее, что он успел сказать перед остановкой сердца.

Но жизнь продолжается. Сегодня в переславской полиции работает в конвойной службе сержант Алексей Старостин. Родной внук майора Вихря.

На снимке: Алексей Старостин.

Фото из семейного

архива.

Молога остается в миниатюре

В августе 1995 года в Рыбинске открылся музей Мологского края. Буквально за несколько лет его деятельность стала известна за пределами области, приобрела российский и даже международный масштаб.

МУЗЕЙ Мологского края сегодня — главный центр изучения и пропаганды богатого культурно-исторического и природного наследия Молого-Шекснинской земли. Не случайно и его расположение — в часовне Рыбинского подворья Мологского Кирилло-Афанасьевского женского монастыря, затопленного водами Рыбинского водохранилища. С развитием уникального комплекса можно бы значительно обогатить духовную и культурную жизнь Рыбинской земли, привлечь туристов, людей, неравнодушных к судьбе древней русской земли. Но это сдерживается отсутствием площадей. Кто хоть раз побывал в музее, обратил внимание на ту тесноту, в которой сотрудники принимают гостей и работают. Так сказать, Молога в миниатюре. А буквально в полуметре стоит двухэтажное пустующее здание, которое могло бы сыграть хорошую роль в расширении музея Мологского края.

Дом N 6 в Преображенском переулке, построенный в 30-х годах XIX века, в начале века прошлого супруга купца Тюменева подарила Мологскому Кирилло-Афанасьевскому монастырю. В архивных документах и списке памятников истории и культуры Рыбинска оно до сих пор так и значится — «Дом Тюменевой». В 90-е годы XX века постановлением главы правительства Ярославской области дом Тюменевой был признан памятником архитектуры. В начале 2010 года городские власти предоставили жильцам дома квартиры. Когда в доме не стало хозяев, начался период его упадка. Вандалы содрали с печей аксеновские изразцы, выбили окна, срезали трубы и батареи. Бомжи устроили здесь общественный туалет и распивочную. В течение всего лета из какой-то оставшейся трубы на первом этаже хлестала вода, осенью случился пожар, внутри выгорело почти все: меж-этажные перекрытия, полы и лестница на второй этаж. Это обеспокоило сотрудников музея, мологжан, общественный совет «Мологский край», после чего дом все же был законсервирован — окна заколотили железом, дверь забили, но ее снова сломали.

— Десять лет общественный совет «Мологский край» и землячество мологжан ведут разговоры и переписку с областными и рыбинскими чиновниками о необходимости передачи здания из муниципальной собственности в областную для расширения экспозиции музея Мологского края. И пока безуспешно. Дело в том, что Рыбинский музей-заповедник — государственное учреждение культуры. Здания, в которых размещаются его отделы и филиалы, в том числе и музей Мологского края, находятся в собственности Ярославской области. А дом N 6 в Преображенском переулке является муниципальной собственностью, — поясняет зампредседателя общественного совета «Мологский край» Дмитрий Коновалов. — О передаче здания просят мологжане, тем более никому другому оно не нужно. Да и раньше оно принадлежало Мологскому Кирилло-Афанасьевскому монастырю.

Нетрудно догадаться, что передача дома Тюменевой в собственность области может повлечь за собой необходимость выделения денег из регионального бюджета на его реконструкцию. Суммы фигурируют немаленькие — порядка 8 миллионов рублей, не учитывая затрат на проектирование и построение экспозиции. А таких средств пока нет. Бюрократические проволочки могут привести к тому, что дом постигнет такая же участь, как и многие объекты культурного наследия исторического центра Рыбинска.

На снимке: дом Тюменевой.

Фото из архива

Дмитрия КОНОВАЛОВА.

А нечистым трубочистам стыд и штраф

В Рыбинске задержан водитель большегрузного мусоровоза, сбросивший груз на территории города вместо транспортировки его на загородный полигон твердых бытовых отходов. Этот случай рыбинские коммунальщики называют исключительным, поскольку поймать с поличным водителя — загрязнителя окружающей среды и составить на него протокол удается очень редко.

В СРЕДУ вечером на выезде из микрорайона Слип, всего в нескольких десятках метров от основной магистрали, автомобиль-мусоровоз сбросил 20 кубических метров бытового мусора. Но водителю не повезло, так как он был задержан сотрудниками полиции. Факт административного правонарушения зафиксирован в протоколе. Выяснилось также, что «мусорный» автомобиль возвращался на это место неоднократно. Теперь водителю придется отвечать за нарушение правил благоустройства и природоохранного законодательства. Денис Добряков, заместитель главы Рыбинска по городскому хозяйству, пояснил, что в городе развернули серьезную кампанию по отслеживанию недобросовестных перевозчиков, разработан план по выявлению нарушителей. И это задержание — первый результат проводимой работы:

— Ежегодно город тратит порядка трех миллионов рублей на ликвидацию несанкционированных свалок и вывоз оттуда мусора. Частные перевозчики, организации, экономя деньги на вывозе и сдаче мусора на полигон, сбрасывают нечистоты и строительный мусор в городской черте, загрязняя окружающую среду. А убирать такие свалки приходится за счет средств местного бюджета. Так продолжаться не должно…

Кроме того, организации, выполняющие ремонтные работы и занимающиеся сносом строений, будут обязаны предъявить документацию, подтверждающую заключение договора с полигоном ТБО «Аксеново» о приеме мусора, и справку о том, что бытовые отходы в определенном количестве были приняты на полигон ТБО.

Целую ручки и всегда вспоминаю

Листая историю Ярославля, невольно обращаешь внимание на то, что в русской литературе редко встретится имя, которое не было бы так или иначе связано с нашим городом. Я имею в виду не тех, кто родился на нашей земле, а тех, кто соприкоснулся с Ярославской землей. Достоевский, Лев Толстой, Тютчев, Салтыков-Щедрин, Чехов, Иван Аксаков, Цветаева, Маяковский… Список этот можно долго продолжать. Совсем недавно он пополнился для меня еще одним именем — Николай Гумилев. А дело было так…

Ольга высотская Гумилева

ЯРОСЛАВСКИЙ СЛЕД НИКОЛАЯ ГУМИЛЕВА

Во время своей учебы в Литературном институте пересеклась я с поэтом, бывшим на курс выше меня, Владимиром Полушиным. Пути наши разошлись, и не думала я, не гадала, что они когда-нибудь сойдутся вновь. Мы нашли друг друга в интернете, совершенно случайно. И оказалось, что помним друг друга хорошо. Завязалась беседа, и выяснилось, что помимо стихов доктор исторических наук Владимир Леонидович Полушин занимается еще и литературоведческой работой. Это крайне заинтересовало меня еще и потому, что основным исследовательским зерном этой работы был горячо любимый мною Серебряный век. Обменялись мы подарками. Я получила от Полушина в том числе и огромный фолиант «Гумилев: Семейная хроника. Летопись жизни и творчества Н. С. Гумилева».

Гумилев — фигура в русской поэзии трагическая. Впрочем, в русской поэзии, кажется, и не было не трагических фигур. «Для стихов планета наша мало оборудована», — писал Маяковский. А уж Россия оборудована для них и того меньше. Бурная жизнь этого вечного конквистадора, искателя приключений, человека чести долгое время находилась под политическим запретом. Возможно, мы бы и вовсе не услышали этого имени в годы застоя, если бы не тот факт, что Гумилев был мужем Ахматовой. Анну Ахматову замолчать было невозможно, и Николай Гумилев числился как бы при ней. Книга Полушина является первым глубоким исследованием жизни некогда опального поэта.

Теперь о Гумилеве говорят громко, открыто, и потому я не стану останавливаться на фактах его биографии. Меня привлек в его семейной хронике ярославский след. Признаюсь вам, весьма романтический след. О бурных романах Гумилева слагают нынче были и небылицы. Что там правда, что нет, разбираться не стоит труда. Но вот ярославский след сомнению не подлежит.

ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ

К МЕЛЬПОМЕНЕ

13 января 1912 года в только открывшемся, широко известном ныне петербургском поэтическом кафе Бориса Пронина «Бродячая собака» отмечали юбилей мэтра символизма Константина Бальмонта. На этом вечере Николай Гумилев познакомился с актрисой театра Мейерхольда Ольгой Высотской. Мало ли с кем из женщин встречался Гумилев! Он умел производить впечатление, умел ухаживать, умел нравиться. Но Ольга Высотская стала матерью младшего сына Гумилева — Ореста. А значит, встреча эта заслуживает того, чтобы упомянуть о ней наособицу.

Ольга Николаевна Высотская была дочерью директора Ярославской гимназии, в которой работал учителем и ее младший брат Николай. В начале ХХ века Ярославль слыл театральным городом, сюда на гастроли приезжали такие именитые актеры, как Мамонт Дальский, Орленева, Комиссаржевская. Неудивительно, что Ольга Высотская была очень увлечена сценой. Она была среди зрителей, когда отмечался 100-летний юбилей театра. На празднование этого юбилея в Ярославль приехал московский Малый театр с постановкой «Горе от ума».

Родители видели увлечение дочери театром и не препятствовали ему. К тому времени предубеждение, что дворянам неприлично быть актерами, уже изживалось. Ольга уехала в Москву. Дебют юной актрисы состоялся в маленькой, ничем не примечательной труппе. Однако на Ольгу обратили внимание, и она стала участницей известной драматической школы Адашева. Уже через год Ольга Николаевна держала конкурс в сотрудники Художественного театра. На первом туре ее прослушал сам Станиславский и одобрил. А вот на втором туре Ольга срезалась, ибо попала на прослушивание к Немировичу-Данченко, который не очень-то любил соглашаться с мнением Станиславского. Так, оказавшись меж двух огней, Ольга оказалась без вины виноватой. Но это не смутило юную актрису, она уехала в Петербург, где поступила в драматическую студию известного в ту пору театрального деятеля Евреинова и успешно ее закончила. Здесь-то ее и заметил Всеволод Мейерхольд и пригласил в свой театр, где Высотская была на ведущих ролях.

Вращаясь в артистических кругах, она вела богемный образ жизни. Познакомилась с Александром Блоком, Анной Ахматовой, Михаилом Кузминым, Корнеем Чуковским, Алексеем Толстым.

РОКОВАЯ ВСТРЕЧА

Встреча с Гумилевым в «Бродячей собаке» перевернула всю жизнь Ольги Высотской. Стоит напомнить, что в это время уже наметилась серьезная трещина в отношениях между Гумилевым и Ахматовой. Поэт искал новых впечатлений. И нашел их в лице Ольги Высотской. Роман их длился не сказать чтобы долго. Правда, весной 1913 года Ольга Николаевна еще получала знаки внимания от Николая Гумилева. Находясь в своей последней африканской экспедиции, 18 апреля 1913 года из Порт-Саида Гумилев послал Ольге Николаевне открытку, на которой написал: «Целую ручки и всегда вспоминаю, напишите в Порт-Саид в июле месяце, куда привезти вам леопардовую шкуру. Н. Гумилев». На оборотной стороне открытки было написано стихотворение «Ислам» с посвящением Высотской:

В ночном кафе мы молча

пили кьянти,

Когда вошел, спросивши

шерри-бренди,

Высокий и седеющий

эффенди,

Враг злейших христиан

на всем Леванте…

13 октября 1913 года у Ольги Высотской родился сын Орест. В это время Николай Гумилев уже был в Петербурге, где с сентября жил со своей женой Анной Ахматовой на Васильевском острове, в Тучковом переулке. Он вел все такой же богемный образ жизни, учился в университете, проводил время в «Бродячей собаке», выступал, занимался с молодыми поэтами в Цехе поэтов, готовил акмеистские издания к публикациям. Ему было не до проблем Ольги Высотской. От Ахматовой Гумилев скрыл факт рождения сына.

Ольга Николаевна Высотская покинула Петербург навсегда. Сам Орест Николаевич, с которым Владимир Полушин не раз встречался в Тирасполе, считал, что Гумилев вообще не знал о рождении сына. Только летом 1914 года Ольга Николаевна написала Гумилеву письмо на адрес редакции «Аполлона». Когда Гумилев зашел туда, письмо ему передали. Но тут уж было не до се-мейных разбирательств — началась Первая мировая война.

Вскоре Ольга Высотская вместе с сыном перебирается в свое родовое имение Куриловка Курской губернии. Все годы войны она прожила здесь с сыном.

Мальчик рос, и вскоре ему понадобились документы. Какую фамилию дать сыну? Мать оттягивала разговор. Лишь когда мальчику исполнилось одиннадцать лет, Ольга Николаевна сказала ему, что его отец убит большевиками и было бы опасно носить его фамилию. Дядя Николай был крестным Ореста, так что отчество совпадало, а фамилию парень получил по дяде и матери — Высотский.

БРАТЬЯ

Орест Николаевич до 1937 года и не подозревал о том, что у него есть родной брат Лев. По словам Ореста Высотского, не знала о том и сама Ольга Николаевна. Лишь когда Орест Николаевич вместе с женой Екатериной и маленькой дочкой Ией приехали жить в Царское Село и поселились благодаря хлопотам матери в квартире знаменитой до 1917 года Паллады Олимповны Гросс, он узнал многое о своем отце, в том числе и то, что его брат Лев живет вместе со своей матерью в Петербурге.

Братья встретились, и Ореста Николаевича пригласили в дом Ахматовой, которая жила тогда с искусствоведом Николаем Пуниным. Высотского здесь встретили благосклонно. Оба брата писали стихи. Они подружились. В свободное время Лев приходил на квартиру к Оресту, который жил на ту пору с семьей в общежитии лесотехнического техникума в Ломанском переулке. Они вместе шли пить пиво и, сдувая пену, читали друг другу стихи. Орест Николаевич так и не опубликовал при жизни ни одной своей строчки. Лишь после его смерти Владимир Полушин напечатал несколько его поздних стихотворений.

В рукописном сборнике, озаглавленном просто «Стихи» и подаренном Орестом матери в августе 1940 года, есть стихотворение, посвященное брату Льву Гумилеву, написанное в вагоне поезда в 1938 году:

Мелькают зданья,

фонари, мосты,

Идущие неторопливо

люди…

Какой еще мне надобно

мечты,

Каких еще трагических

прелюдий?..

ПОЗНАКОМИЛИСЬ В ТЮРЕМНЫХ ОЧЕРЕДЯХ

В 1938 году братья иногда встречались и в комнате у Льва. Бывало, что к ним приезжала Анна Ахматова. Они слушали стихи Ахматовой, читали ей свои. Одна из таких встреч братьев была прервана звонком. Это было ночью 10 марта 1938 года. Вошедшие в дом чекисты предъявили Льву Николаевичу ордер на обыск и арест. Когда в четыре утра Льва уводили, он подарил Оресту портсигар из карельской березы. Орест недолго продержался на свободе: 4 апреля этого же года он был арестован, и начались допросы в тюрьме на Шпалерке. Здесь в очередях на тюремные передачи и встретились в первый раз Анна Ахматова и Ольга Высотская. Здесь и подружились. Потом они часто общались, переписывались, и Анна Андреевна подарила Ольге Николаевне не одну свою книгу.

Братья встретились снова лишь летом 1939 года в «Крестах». Орест Николаевич увидел брата через глазок своей тюремной камеры. Гумилева, остриженного наголо, вели по коридору. Вскоре Лев Николаевич получил срок и исчез. Оресту повезло: 29 сентября 1939 года после полуторагодового пребывания в тюрьме он был освобожден за недоказанностью вины.

Август — знаковый месяц в жизни Гумилевых-Высотских. 25 августа был расстрелян Николай Гумилев. 6 августа 1941 года в семье Ореста Высотского родился сын, которого назвали в честь деда — Николаем. Умер он 3 августа 1991 года. В конце августа 1992 года, ровно через год после его смерти, Орест Николаевич стал жаловаться своим домашним, что слышит голос умершего брата: «Меня зовет Лев! Я должен ехать навестить его могилу». В дороге он получил пищевое отравление, но не обратил на это внимания. Через несколько дней, когда он вернулся в Кишинев, состояние ухудшилось.

Он умер 1 сентября 1992 года — в первый же послеавгустовский день. Не лишне упомянуть и тот факт, что сыновья Николая Гумилева — Лев Гумилев и Орест Высотский — умерли в один год. Лев Николаевич умер 15 июня 1992 года. Есть в этих совпадениях нечто мистическое, нечто в духе Николая Гумилева.

На снимках: Ольга Высотская (1913 г.); автор книги (крайний слева) с семьей Ореста Высотского (1990 г.).

Фото из архива поэта,

доктора исторических наук

Владимира ПОЛУШИНА.