Полет шмеля

В Ярославской филармонии выступил мужской хор санкт-петербургского подворья «Оптина пустынь». Оно находится в 300 километрах от Москвы, недалеко от Козельска. Хор основал молодой энергичный иеромонах Ростислав, художник по профессии. Коллектив — частый гость в Ярославле. Дважды выступал на фестивале «Преображение». Этот богослужебный хор славится тем, что вот уже в течение 16 лет возрождает утраченные традиции древнего монастырского пения.

В Ярославской филармонии выступил мужской хор санкт-петербургского подворья «Оптина пустынь». Оно находится в 300 километрах от Москвы, недалеко от Козельска. Хор основал молодой энергичный иеромонах Ростислав, художник по профессии. Коллектив — частый гость в Ярославле. Дважды выступал на фестивале «Преображение».

Этот богослужебный хор славится тем, что вот уже в течение 16 лет возрождает утраченные традиции древнего монастырского пения.  

— Мы решили отойти от традиций петербургского музицирования, итальянского концертного стиля, который практикуется в храмах. Ездили учиться на Валаам. То, что мы исполняем, больше похоже на григорианские хоры — не плавная, прерывающаяся мелодия, — рассказал руководитель хора Александр Семенов.

Многие певческие рукописи, пребывающие в забвении в книгохранилищах монастырей и академических библиотек, вновь обрели звучание на клиросе подворья. Некоторые — настоящий клад. Это, к примеру, Вяземская и Софийская рукописи с двенадцатью двунадесятыми праздниками, находящиеся в Российской национальной библиотеке. Учеными-медиевистами расшифровано около 180 песнопений. Сделано это с большим трудом. Древнее византийское крюковое письмо совсем не похоже на современное нотное. Из черновых набросков потом складываются партитуры.

Но дело не только в возрождении. В хоре собраны поистине уникальные голоса. Басов-октавистов — это очень низкий голос — в России всего четверо. Двое из них, Владимир Миллер и Михаил Круглов, поют в «Оптиной пустыни». То же самое можно сказать о контртенорах Александре Горбатенко и Александре Бердаке. Все 11 человек — выпускники Санкт-петербургской консерватории.

— Почему предпочтение отдается профессиональным певчим? Людям, имеющим 16-летнее музыкальное образование, не надо ничего объяснять, — говорит Александр Семенов, окончивший музыкальное училище имени Глинки и консерваторию Римского-Корсакова. Загруженность у певчих колоссальная. На Успенском подворье поют почти все службы в году. Иногда по три в день. Выступали на престижном Московском пасхальном фестивале, в Успенском соборе, Александровой слободе, где в давние времена показывали свое искусство распевщики Ивана Грозного. Пели для патриарха Алексия II. Глава РПЦ посетил подворье один раз.

— Надеемся, новый патриарх Кирилл будет бывать у нас чаще. Ведь его родители пели в нашем храме. Здесь, на клиросе, они и познакомились, — улыбается Александр.

А еще гастроли. И далеко не везде попадается благодарный слушатель. Как-то хору довелось выступать в Пошехонье, в одном из сельских клубов. Народу набилось уйма. Шум, гвалт, детский плач. Пришлось запастись терпением. А уж пищащие мобильники и вовсе в порядке вещей. Побывали в Швеции, Испании, Германии, Сербии, Черногории. Через месяц полетят на Канары. За границей репертуар другой. Бортнянский западному слушателю непонятен. Иностранцы больше любят слушать про Стеньку Разина и легенду о двенадцати разбойниках. А еще русскую народную «Однозвучно гремит колокольчик». Хор уже выпустил 12 дисков. Сейчас готовит программу «Духовное творчество русских композиторов: от Бортнянского до Свиридова». Часть композиций из него прозвучала на концерте. Среди них пронзительно-грустная «Пела, пела пташечка» Никитина на слова Дельвига, задорный «Полет шмеля» Римского-Корсакова.

Анастасия СОЛОВЬЕВА.

ПоделитесьShare on VKShare on FacebookTweet about this on TwitterShare on Google+Email this to someonePrint this page